Чтение онлайн

– А водка что – сладкая? – усмехнулся Кантор и принялся одеваться. – А что же он так ушел, я ему даже “спасибо” не сказал…

Элмар помрачнел и отставил кофейник.

– А тебе кто-нибудь “спасибо” сказал? Хоть кто-нибудь? Хоть одна живая душа? Ведь никто. Включая меня. Так что, не переживай так. Мэтр просто не хотел тебя будить. Кстати, спасибо.

– Почему же никто? – возразил Кантор. – Король сказал. Так что, ты зря. А где Мафей?

Элмар кивнул на дверь.

– В спальне. Мэтр ему велел посидеть с Шелларом и присмотреть на всякий случай. А ты как? Полегчало?

– Как новенький.

– Да, мэтр специалист, каких мало. С ним не всякий мистик потягается. Ну что, оделся? Пойдем?

– Куда?

– В большую купальню. Девчонки уже там. И Жак тоже. Сейчас они отмоются и будем кутить. Не знаю, как тебе, а мне просто необходимо что-то срочно выпить. И съесть.

– Ты же только с банкета, – засмеялся Кантор.

– Да разве на этом банкете можно поесть? А я перенервничал. А когда я нервничаю, я всегда жрать хочу, как дракон. Хоть бы нас не взяли в оборот до того, как поедим…

– В оборот – это как? – поинтересовался Кантор, следуя за его высочеством.

– А это так, что им после битвы, наверное, надо стресс снять, а у Этель на этот счет один испытанный метод – хорошенько потрахаться. Она, небось, и Ольге уже присоветовала, а та рот разинула и послушала. Ей фиалок за уши насовать проще простого – если ей скажут, что у героев так принято, она и сомневаться не будет. Да еще и крови нахлестались на халяву, тепленькой, неразбавленной… – Элмар ностальгически вздохнул.

– А что, – поинтересовался Кантор, – У героев на самом деле так принято?

– Да когда как… – неопределенно пожал плечами Элмар. – Бывает, высокое вдохновение в разгаре, а враги кончились, тогда да… И еще в некоторых случаях. А когда после битвы в тебе торчит восемь стрел или просто устал так, что падаешь, где стоял – какой уж тут секс… Нам вниз… А особенно я боюсь, как бы Этель опять оргию не учинила, а то она это любит…

– Я пас, – сказал Кантор. – У меня на сегодня было запланировано свидание с одной девушкой, так что твоя Этель тут ни к чему.

– Это хорошо, – одобрил Элмар. – Если все откажутся, может, и удастся избежать безобразий… Интересно, что скажет Жак.

– Не думаю, что он сейчас на что-то вообще способен, – заметил Кантор. – Нервный он у вас…

– Он не нервный, он впечатлительный. А если он ни на что не способен, то это плохо…

– Почему?

– Как – почему? Так бы мы с ним менялись, а так Этель меня как оседлает… – Он снова тяжко вздохнул. – И поесть не даст… Вот, нам сюда.

Большая купальня была действительно большим просторным помещением, отделанным мраморной плиткой и поморским кафелем, в центре которого помещался бассейн, уже наполовину наполненный. Чуть дальше пол был покрыт пушистым ковром, а вдоль стен стояли небольшие скамеечки, резные деревянные стульчики и столики. На одном из этих стульчиков сидела Ольга, закутанная в махровую простыню, а в дальнем углу прижались друг к другу, как замерзшие воробушки, Жак и Тереза. При виде вошедших Ольга радостно вскочила и бросилась им навстречу, чуть не потеряв свою простыню. Она притормозила, получше закрепила концы и освободила руки для объятий. Элмар поймал ее первым, поскольку Кантор отчего-то заколебался, будет ли это в порядке вещей – лезть обниматься при посторонних. Ольга повисла на его высочестве, дрыгая ногами, а он с отеческой гордостью стиснул ее в объятиях и возгласил:

– Ольга, как я счастлив!… – на этом его голос предательски дрогнул, и речь была заменена еще одним могучим прижатием и восторженным взглядом, в котором смешались радость, любовь и зависть. Тоскуете по подвигам, ваше высочество? Так что ж не совершаете? На коня – и вперед. И поставьте на место чужую даму, тискаете тут…

Элмар поставил Ольгу на пол и чуть подтолкнул вперед.

– А теперь обнимайтесь, а я пойду распоряжусь насчет покушать. Где Этель?

– За кровью пошла, – ответила Ольга, неуверенно делая шаг вперед.

– Кому сказано – обнимайтесь! – грозно рявкнул Элмар. – А то как со мной – так запросто, а как со своим мужчиной – так стесняешься! Где это ты так стесняться научилась? У его величества?

Кантор засмеялся, представив себе такую нелепость, как стесняющийся король, и все-таки обнял девушку, решив, что никто тут не посторонний, все свои, и вообще… В конце концов, за этим он сюда и приехал. Чтобы увидеть ее. Обнять. Прижать к груди.

– Здравствуй, – негромко сказал он, поскольку ничего умнее придумать не смог. Она молча кивнула и прижалась к нему крепче, уткнувшись лицом в его плечо, как тогда, в переулке. Она дрожала до сих пор, видно, никак не могла успокоиться после этой битвы с драконом, чтоб он сдох… Впрочем, он и так сдох… Успев предварительно искалечить одну девушку и перепугать еще двух. – Как ты?

– Ничего… – поежилась она. – Жива.

– Страшно?

– Очень.

– Это нормально, – успокоил он ее. – Это со всеми бывает. Давай сядем вон там, на коврике, и ты мне все расскажешь. Я никогда не видел дракона и тем более не знаю, как с ними сражаются.

– И не надо, – вздохнула Ольга, послушно опускаясь на коврик. Он снял куртку и сел рядом, и они прижались друг к другу точно как и Жак с Терезой в другом конце комнаты, такие же два воробушка.

– Не хочу я быть героем, – продолжила она, глядя куда-то вниз. – И воительницей не хочу. В гробу видала такие битвы. Полный бардак, куда я попала и где мои вещи… Кровища хлещет, мясо клочьями летит, вы вопим, дракон ревет, ледяные шары над головой свистят, паленым смердит, как на пожаре… Он чуть-чуть до нас не дошел… Этель Кире кричала, чтобы назад отошла, а у нее дальность маленькая, если отойдет – не достанет, а там совсем чуть-чуть осталось дорезать. Она и не отошла, думала, успеет. А он подошел… У Терезы уже патроны кончились, а у меня еще было пару зарядов. Я ему успела хвост разнести, но по ней все равно попало. Шип с хвоста отлетел – и прямо в лицо… Но она все равно успела.

Кантор мало что понял из ее бессвязного рассказа, но уточнять не стал, только обнял крепче и подумал, что об этих девочках стоит написать балладу. Без всяких технических подробностей, как принято в классике, а просто о том, что жили-были три девчонки, которые не захотели умирать просто так. И им повезло, потому что отчаянным всегда везет. Эх, ему бы хоть искорку Огня, сам бы написал…

– И не надо тебе быть воительницей, – сказал он. – Это опасно… Нет, не смейся, не в том смысле, что и для всех, а просто такой мультикласс как бард-воин почти не встречается. Знаешь, почему?