Чтение онлайн

Увидев её, Патриция покачала головой, словно стараясь отогнать плохие воспоминания. Они, однако, оставались слишком яркими и сейчас тоже одолевали её, как всякий раз, когда она приходила сюда.

Прежде всего ей вспоминалось лицо Леонардо Минаксо. Он стоял тогда внизу у лестницы, в темноте, сжав кулаки, словно хотел что-то раздавить, и смотрел на неё снизу своим единственным глазом.

«Мне очень жаль, Патриция, — тихо произнёс он. — Похоже, что-то случилось с твоим мужем».

Вместе с ним она помчалась сюда, в Китовую гавань, и увидела, что на берегу собралась уже половина города. Десятки горящих факелов и рыбацких фонарей заполнили побережье. Рыбаки ожидали её, окружив лодку.

Лодку её мужа.

Их лодку.

Пустую.

«Её нашёл Леонардо… в море…» — произнёс кто-то.

Здесь, на берегу, смотритель маяка отошёл в сторону, смешавшись с толпой. Маяк погас.

Только факелы пылали.

Патриция смотрела на небольшую лодку своего мужа, но не видела её. Подошла ближе. Песок был холодный.

В лодке лежали одежда и сети. И снаряжение для подводного плавания. И ещё какой-то тряпичный свёрток.

«Что случилось?» — спросила она у окружающих.

«Не знаем. Лодка была пуста».

«Думаем выйти в море поискать, — ответили рыбаки. — Мы найдём его…»

Кто-то положил руку ей на плечо.

Патриция подняла свёрток и развернула, но не обратила внимания на то, что нашла в нём, — какой-то старый ржавый ключ, поднятый со дна моря. Больше ничего.

Она прижала его к груди и обернулась к людям, собравшимся на берегу.

И поняла, отчётливо поняла, что муж погиб.

Когда луч маяка снова осветил берег, Патриция вернулась к действительности.

Сошла к воде и осмотрела лодку — меньше той, на которой выходил в море муж. Простая вёсельная лодка с гнилостным морским запахом. Название на носу хорошо знакомо: «Аннабелле». Так звали старую госпожу Мур, первую из этой семьи, кто трагически погиб.

Мать Рика со злостью взглянула на освещённые окна виллы «Арго» и решила отправиться туда за своим сыном.

Она знала тропинку, которая вела вдоль берега к скалам, к пляжу и лестнице, поднимавшейся прямо в сад виллы «Арго».

Много лет прошло с тех пор, как она была там последний раз, но хорошо помнила эту дорогу.

Патриция провела рукой по холодному борту лодки и скрылась в темноте.

Вырываясь из рук солдат, Дагоберто вопил:

— Отпустите меня! Отпустите! Я ничего не сделал!

Метрах в ста от него квадратную башню, где находилась Громыхающая мастерская, освещали яркие, разноцветные огни фейерверка.

— Рассказывай это кому-нибудь другому! — сказал солдат в кольчуге, схвативший мальчика и прижавший к стене.

— Я ничего не сделал! — снова закричал воришка. — Это не я был!

— Ах, не ты! Тогда кто же? — спросил солдат.

Ночное небо раскрашивали яркие огни фейерверка.

Другие стражники священника Джанни поспешили в Громыхающую мастерскую.

Дагоберто услышал, как они закричали:

— Эй, вы там! Выходите! Вы в ловушке! Вам не уйти оттуда.

Потом стражник, схвативший Дагоберто, снова потребовал ответа от воришки, и тот уже не смог уследить, что происходит в башне.

— Так кто же это был? — продолжал допрос стражник. — Сколько вас тут, воров?

— Они не воры! Это коммерсанты! — признался Дагоберто. — Мальчик и девочка.

Стражник обернулся к остальным и сообщил им новость:

— Два человека. Мужского пола и женского! Вперёд! Отыскать!

Потом, словно вознаграждая Дагоберто за признание, ослабил хватку, и юный вор медленно сполз на землю.

— Отпусти меня, пожалуйста, — заплакал Дагоберто в надежде, что слёзы разжалобят стражника. — Я не настоящий вор.

— Думаешь, поверю тебе при том, сколько носишь на себе верёвок? Ты ведь из тех, кто бегает по крышам, не так ли?

— Я ещё маленький… — захныкал Дагоберто.

Неожиданный шум заставил стражника обернуться. Двое солдат со всего разбегу налетели на дверь Громыхающей мастерской, желая выбить её.

— И почему они всегда повторяют эту глупость?! — вздохнул стражник. — Она ведь открыта. Как все двери. — Он покачал головой, не одобряя поведения подчинённых. Потом обратился к Дагоберто: — А теперь идём со мной, слышишь, парень? Эй, ты где?

Воришка исчез. Услышав, как что-то прошумело и звякнуло, стражник посмотрел вверх и всё понял: мальчишка был уже на крыше.

— Спустись сейчас же, паршивец! — закричал стражник, глядя на его силуэт на фоне звёздного неба. — Спускайся немедленно, ты понял? Иначе обстреляю из лука! Ты слышал меня, негодяй?

В ответ — молчание.

— Поймаю, — заорал человек, — на всю жизнь засажу за решётку!

Спрятавшись в разных концах огромного ткацкого станка, Джейсон и Джулия затаили дыхание. Если б могли, то остановили бы и биение своего сердца, которое бешено колотилось и, казалось, вот-вот выскочит из груди.

Джейсона скрывала толстая шерстяная пряжа, колыхавшаяся при малейшем движении воздуха, а Джулия спряталась под сложными педалями станка, служившими для работы на этой огромной и сложной машине.

Ребята оказались по разные её стороны, и понимали, что это единственное место, где, может быть, им удастся укрыться. На всякий случай они заранее договорились, что, если придётся бежать в разные стороны, встретятся в том же монастырском дворике, куда вывела их Дверь времени.

В окно доносились грозные крики солдат, окружавших Громыхающую мастерскую. Потом стало слышно, как они с треском высаживают дверь, как лязгают их доспехи и ломаются копья.