Чтение онлайн

Сканер моментально ухватил пеленг и координаты патрульной базы. Связь также быстро синхронизировалась. Видимо, на базе держали постоянно открытым основной канал на всякий случай. Ну вот он, этот самый случай. Я включил рацию и сказал:

— Альфа-1 — базе. Ответьте. Говорит старший патрульного звена Альфа. База, прием.

— А-а-а… капитан? — неуверенно произнесла рация. — Тут у нас… пеленг… кое-кто на связь вышел… и, кажется, это он… нет, пропажа наша…

— Алле, база. Вас там не учили, что по форме нужно сначала мне отвечать, а потом уже обсуждать свои внутренние проблемы?

— База — Альфе-1, прием. Я бы на твоем месте не была столь голословной. Где тебя вообще черти носили? — судя по голосу, Ниола была не на шутку обеспокоена. Ну, они там имели на это право…

— Это сложно объяснить.

— Тогда начинай собираться с мыслями. Я рапортую о твоем прибытии капитану и старшему наряда. Шуму ты тут поднял… Но все-таки приятно слышать тебя в добром здравии. Отбой.

— Отбой, база, — это все, что я мог ей ответить. Меня и самого очень интересовали детали моего исчезновения.

Кажется, недавно я размышлял о романтике в космосе. Ну так вот, за время полета до базы я успел несколько переосмыслить свое отношение к ней. И, несмотря на то, что в корне ничего не изменилось — мне по-прежнему нравился космос — но теперь мне было с чем сравнивать. И вот именно сейчас больше всего на свете хотелось находиться не здесь, а оказаться на Земле на теплом диване в доме за семью… нет за пятьюдесятью замками. И укутаться там в теплый-притеплый плед. И пить… что-нибудь, только теплое, а еще лучше — горячее.

Подлетев поближе к базе, я притормозил и стал ожидать инструкций. Судя по всему, ничего по поводу моей посадки они так и не успели придумать, так что придется рисковать и садится в грузовой док с большой вероятностью разбиться о палубу не справившись с управлением. Если у меня опять откажет нижний передний двигатель, то я уже ничего никому объяснять не буду. Хоть что-то хорошее будет в том, что мне не удастся сесть.

— Альфа-1, прием, — услышал я знакомый голос в ухе. Это была Джессика.

— Прием, как наряд?

— Да не особо. Пропал старший одного из звеньев вместе с кораблем, существование которого еще недавно считалось мифическим, потом появился в другом конце сектора и, судя по всему, ничего не помнит. А так ничего, нормально.

— Это ты обо мне? Откуда ты знаешь, что я ничего не помню. И с каким это еще мифическим кораблем я встречался?

— Значит, все-таки не помнишь?

— Помню только, как гнались за неизвестным кораблем. Потом было что-то странное, а дальше… ладно, сдаюсь — ничего не помню!

— Подожди, сейчас причалим, потом объяснять будешь.

— А вы уже здесь?

Краем глаза я заметил справа от себя какое-то движение. Посмотрев в ту сторону, я увидел истребитель Джессики. Она пристроилась рядышком и так же, как и я, зависла в ожидании инструкций. Девушка встретилась со мной взглядом и помахала рукой.

— А если у меня опять двигатель откажет?

— Не откажет.

— С чего вы взяли?

— Уверена.

— Мне бы ваш оптимизм.

— Ты знаешь, для бессмертного, чтобы не умереть от скуки, нужно постоянно поддерживать подходящий настрой. Для меня это пессимизм — когда сражаешься, реализм — когда обдумываешь что-то серьезное, а оптимизм — во всех остальных случаях. Иначе очень быстро надоест жить.

— Ну, может вам виднее…

— Альфа-1, старший наряда, прием, — вмешалась в разговор Ниола. Интересно, она слышала, о чем мы только что говорили? Ведь немногочисленные выжившие патрульной базы и военной лаборатории, как и часть моих однокурсников, до сих пор не были посвящены в тайну Алекса и его компании. Не знаю даже почему.

— Слушаю вас, база, — ответила Джессика.

— Мы не успели ничего придумать насчет посадки для Билла, поэтому придется рискнуть.

— Вас понял, — удрученно пробубнил я.

— Не дрейфь, все обойдется, — и, кажется, Джессика мне подмигнула. Но космос очень темен, и ей на лицо не падал практически не один луч света с приборной панели, так что я мог и ошибиться. Хотя она могла специально так повернуться, чтобы я не видел ее лица. Кто там ее разберет.

Сделав контрольную проверку "ненадежного" двигателя я стал приближаться к доку. Чем ближе и больше становился атмосферный экран, тем больше росло напряжение внутри. Если я не расслаблюсь, у меня может и инфаркт случится. Еще до посадки. Глубоко вздохнув, я тряхнул руками, как бы пытаясь через них скинуть напряжение, и уцепился в штурвал. Самое страшное, как я потом задним умом понял, было вовсе не то, что я мог прочесать носом палубу, а неожиданные попытки исправить ситуацию, которые я в панике мог предпринять, если бы что-то пошло не так. Это могло бы стоить жизни не только мне.

Истребитель приблизился достаточно близко к станции и на меня начало действовать искусственное притяжение. Я перебросил тягу на нижние двигатели, и стал потихоньку пересекать экран. Пока что все шло нормально. Навигатор подал сигнал на посадку в девятом квадрате от входа. Это было лишь условное разделение, внесенное программным методом, которое, однако, давало абсолютно точное представление о том, куда садиться, что позволяло экономить и время и нервы рабочим доков, а пилотам предварительно координировать свои действия. Медленно пролетев два сектора посадки, я славировал вправо и аккуратно, постепенно попуская тягу нижних двигателей, опустился на палубу. Лишь услышав, как стихает за спиной мерный гул реактора, я смог вздохнуть с облегчением.

Сдвинув купол, я вылез из кабины и спустился на железный пол. И стал свидетелем виртуозной парковки Джессики. Совершенно не включая нижнюю тягу, она пролетела на прилично большой скорости в пятнадцатый квадрат посадки. Там, включив абсолютно все двигатели на минимум, она притормозила передними, крутанулась левым поворотным и, выключив все, кроме нижних, мягко, но быстро села. Явно эту посадку она отрабатывала не один год, а, возможно, и не одно десятилетие. Вот интересно… нет, я понимаю, по инерции с приличной скоростью можно было влететь достаточно быстро, чтобы нос не потянуло книзу, но как у нее получилось не потравить меня газами? Ведь стартуя и приземляясь на минимальной скорости, мы, прежде всего, соблюдали технику безопасности. Для того чтобы это было возможно, двигатели истребителя имели специальный режим работы, практически непригодный для каких либо перелетов в огромном пространстве за бортом, но позволявший безвредно для присутствующих стартовать прямо из дока. Любопытно, что эта функция была нормой для серийного производства истребителей. То есть, несмотря на то, что их выпускали оборудованными для ячеек быстрого запуска, положение вещей, как сейчас на нашей базе, было изначально предусмотрено и ситуация, в которой истребители должны были стартовать из доков, и, соответственно, выход из нее закладывался на аппаратном уровне. Правда, как она там говорила?"…появляется свищ на всю систему подачи воздуха…" Не тот случай, да, но суть то неизменна: "…так что в этом вопросе промашек быть не может…" Кажется, я в очередной раз признал правоту ее слов. Если бы она была моей девушкой, думаю, был бы повод ей погордиться собой в том смысле, что она была оценена в моих глазах. А также ткнуть меня носом в очередное доказательство существования "женской логики" и отсутствия мужской. Хотя… кажется, она выше этого.