Чтение онлайн

Я попытался по-особому посмотреть на астероиды. Но ничего не менялось, ни цвета, ни… даже не знаю чего еще. Я попытался снова и вновь тщетно.

— Так, а что я должен увидеть? И куда мне смотреть?

— А ты не видишь? Это вокруг нас. Мы сейчас среди него.

— Опять эти загадки! Вы случаем с Алексом… хотя чего я спрашиваю, подозреваю, что знакомы. Про Джессику же вы откуда-то знаете.

— А это тут, кстати, совершенно не причем. Но раз ты не можешь это увидеть, пойдем другим путем. Что это у тебя на коленях?

Я машинально опустил взгляд, совсем забыв про нее. Там по-прежнему лежала голова Анжелины. Второй раз за сегодня я шарахнулся так, что что-то себе потянул в боку. Рот Анжелины растянулся в широкой леденящей душу улыбке. Не смотреть ей в глаза! Надо не забывать об этом. Я поднял взгляд… и обомлел.

Сквозь купол я больше не видел космоса. Ни звезд, ни астероидов, ни ближайшего светила, ни отдаленных галактик. Ничего. Только что-то пульсирующее, черное и, кажется, живое. Или не совсем живое. Я не видел, но знал, что оно ищет щели и пытается проникнуть внутрь ко мне. Это было что-то больное, я нутром чуял агонию, пропитанное чернью, болью и ослабляющее все чувства восприятия… вещество… естество… существо… а хрен его знает что!

Меня одолевал ужас. Я не мог понять, что это такое, но оно теребило мою душу неописуемым ужасом. Я резко развернул истребитель и обомлел еще больше. Оно обволокло все, всю вселенную. Я посмотрел на сканер. Что за чушь он показывает? Какие астероиды неподалеку? Какие внутренние врата сектора? Какой крейсер рядом со мной? Ничего же нет. Я не вижу ничего!

Я выжал максимум на основные двигатели, и машина рванула вперед. Не знаю почему, но я направился по показаниям сканера в сторону врат. Почему эта развалюха такая медленная?! Мне было все равно, что творилось вокруг. Плевать, что на коленях лежит голова девушки, которая уже давно мертва и улыбается мне. Какая разница, что в ухе говорит капитан мифологического корабля. Только бы выбраться отсюда! Быстрее! БЫСТРЕЕ!!!

Я несся с такой скоростью, которую только мог выжать из своего истребителя. Мне глаза застилала пелена ужаса. Что-то гавкало у меня в ухе, но я не обращал на это внимания. Только бы найти выход… В ухе гавкнули громче и настойчивее. Да наплевать на все… но где-то в глубине подсознание подсказывало, что мне говорят что-то важное и в третий раз я расслышал крик:

— БИЛЛ, ВРАТА!!!

Я пришел в себя и понял, что через две секунды размажусь о врата перехода. Я резко дернул штурвал, произвел умопомрачительный маневр, уклоняясь от портальных колец, и сбросил тягу, когда был уже на безопасном расстоянии. Немного переведя дух, я спросил:

— Что это было?

— Ты о чем?

— О том… — и я запнулся. До меня вдруг дошло, что вокруг расстилается в безграничные дали все тот же старый привычный космос. Никакой пульсирующей черноты, пронизывающей до глубины души не было.

Вдалеке виднелось облако астероидов, надгробный камень по планете, существование которой прекратилось из-за людей и по их вине. Ближайшая звезда все так же была похожа на небольшой теннисный шарик.

Я попытался собраться с мыслями. Что же я видел? Неужели помешательство? Нет! Она меня сюда притащила, чтобы показать мне это. Я увидел, так что пусть не юлит.

— Нет, так не пойдет. Вы же сами говорили, что я должен это увидеть. Я увидел и…

— Ты знаешь, что это было?

— Нет, — честно признался я, не особо горя желанием когда-нибудь узнать. С другой стороны хотелось бы все-таки выяснить, что это такое. Так, на всякий случай.

— И никто еще толком в этом мире не знает. Даже те, кто может действительно с этим что-то сделать, кто может прекратить его распространение, осведомлены об этом явлении еще меньше твоего. И что самое страшное — еще не пришло время, чтобы они это поняли. Такие вот дела.

— Но вы же знаете! Так расскажите им.

— Они меня не послушают. И тебя тоже. Потому что они еще не готовы в это верить. Для всего в нашем мире отведено свое время. Сегодня это будет распространяться. А когда-то его уничтожат не без твоей помощи. А если тебя интересует, почему нам не поверят прямо сейчас, то я тебе объясню. Тебя не послушают, потому что ты не должен знать даже в принципе о таких вещах, даже отдаленно слышать. А мне — потому что они меня… недолюбливают. У меня не слишком хорошая репутация.

— А какой резон мне вам тогда верить?

— Никакого. Поэтому для начала я и показала тебе это, чтобы ты убедился в его существовании до того, как узнал обо мне что-то нехорошее и у тебя не появились основания мне не верить.

— А что оно вообще такое?

— Чума этого мира. Его, если можно так сказать, раковая опухоль. Результат союза алчности одних, подлости других, безразличия ради выгоды третьих, а также вездесущего неуемного любопытства в исследовании физических законов этого мира и необдуманных попыток изобретения технологий, стоящих на службе не тем, кому нужно.

— Секундочку! У меня сейчас голова закипит от таких объяснений.

— А я и не собираюсь тебе ничего объяснять толком и растолковывать по понятиям. В свое время тебе более популярно объяснят те, кому ты расскажешь о его существовании.

— Я расскажу?

— Да. Я привела тебя сюда не посвящать в тайны основ мироздания. Ты должен был увидеть, чтобы потом, когда придет время, вспомнить об увиденном и рассказать кому нужно. От этого зависит больше, чем ты можешь себе представить.

— А почему именно я? Почему не вы?

— Потому что ты один из немногих обладаешь этим своим особым зрением. А почему не я… об этом ты тоже узнаешь в свое время.

— И что значит "когда придет время, вспомнить об увиденном"? Вы что действительно думаете, что такое можно забыть.

— Я тебе помогу.

У меня прямо на куполе открылись огромные глаза. Черные без белков, обрамленные какой-то темной-темной дымкой, они были будто нарисованы на стекле с наружной стороны. Но только они двигались. Я почти потерял дар речи. Единственное, что я успел из себя выдавить, было: