Чтение онлайн

Была только Дел.

Я смотрел, как она двигается и непредвзято давал ей самую высокую оценку. Как всегда, я любовался ею. И гордился. Гордость была обоюдоострая. Одной гранью было то, что женщина приносит славу ритуалу танца в круге, другой то, что эта женщина была для меня и правой, и левой рукой, спутником, человеком, делившим со мной и испытания, и постель.

Острая? Конечно. Гордость – это отточенный с двух сторон клинок. И когда я думал о Дел для меня гораздо острее была вторая грань, потому что Песчаный Тигр, говоря, что он гордится Дел, добавлял, что он может обладать этой женщиной. Дел как-то сказала мне, что мужчина гордится не своей женщиной как существом, а только тем, что он обладает ею.

Я понимал, на что она намекает, но… мы с Дел не во всем сходимся во мнениях. Если бы между нами не возникало разногласий, наверное мы уже давно надоели бы друг другу.

Я следил за Дел, за приятелями Южанина, не сводившими с нее глаз, и за мужчиной, с которым она встречалась в круге. Я видел как неумело его меч рисовал узоры в солнечных лучах: удар здесь, ложный выпад там, финт, выпад, толчок… и постоянные попытки ослепить ее блеском солнца на клинке. Он от кого-то узнал об этой старой, мудрой уловке и решил применить ее. Другой человек мог бы прищуриться и моргнуть от яркого света, давая тем самым противнику преимущество, но только не Дел. Постепенно Дел привыкла наколдовывать собственный свет Бореал. Южный меч, который использовал Южанин, не годился в противники ее мечу.

Я знал, что она убьет его, но Южанин этого не знал. Он еще ничего не понял.

Лишь несколько человек, едва лишь Дел и Южанин вошли в круг, сообразили, каким будет конец. Люди видели только женщину и вряд ли замечали меч в ее руках. Не присматриваясь к танцу, они улыбались, считая себя щедрыми и великодушными, потому что пришли смотреть на женщину. На прекрасную женщину. И чтобы полюбоваться ею, они жертвовали несколько минут своей жизни.

Дел танцевала. Голые руки и ноги были подставлены лучам Южного солнца. Шаг. Шаг. Скольжение. Отскок. Плавный перенос веса с одной ноги на другую. Мускулы перекатывались под гладкой кожей ее рук, когда она парировала и отдыхала. Сила Дел в запястьях. Изящный рисунок кончиком клинка на латунном полуденном небе блокировал удары ее противника стальной решеткой.

Дел никогда не увлекалась убийствами. Даже сейчас она не стремилась убить: Дел – танцор меча, как и я. Но в такого рода работе, скорее чаще, чем реже, танец – вернее ритуализированное представление высокого уровня мастерства танца – перестает быть просто развлечением и люди умирают.

Я вздохнул, не сводя с нее глаз. Я точно знал, что она не играла с ним – Дел была слишком опытным танцором для такой самонадеянности в круге, но я видел, что она признала слабость и неумение противника. Это не вызвало на ее лице улыбку – Дел не такова. Явное признание своего мастерства не делает ее беззаботнее, оно лишь заставляет Дел искать границы умения противника, используя свой бесконечный репертуар, и показывая, что означает войти в круг с мастером ее ранга.

Независимо от пола.

Я следил за мужчиной. За Южным мужчиной, который так бездумно недооценил женщину с Севера. Я видел как прилипли к его шее мокрые завитки волос, они уже не раскачивались как раньше. Я видел как предательски выдало лицо разочарование Южанина и признание тщетности всех его усилий. Я видел как небрежная самонадеянность в карих глазах сменилась запоздалым пониманием. Теперь и он знал. Наконец-то он понял. Он уже не сомневался, что ничего не мог поделать.

Только умереть.

Дел сделала неуловимый выпад и моментально выбила из рук Южанина клинок, порезав ему пальцы прежде чем он успел моргнуть. Разжав пальцы, в которых больше не было оружия, он втянул воздух, чтобы зареветь, но только уставился на Дел, широко раскрыв рот.

Дел легко балансировала перед ним, собираясь повторить удар, но что-то остановило ее. Она только следила за мужчиной, и я увидел необычный блеск в ее глазах.

– Ты украл столько Северных женщин, что не можешь вспомнить одну? – спросила Дел обманчиво мягким голосом. – Так много Северных басок?

– Ты африт! – закричал он. – Джин!

– Человек, – усмехнулась она, – и женщина. Или твоя идиотская мужская гордость не позволяет тебе признать очевидное?

– Дел, это не главное, – тихо напомнил я.

Я заметил едва уловимое удивление, а потом она меня поняла. Нет, это было не главным. На ее лице появился румянец, линия рта стала жесткой.

– Мне нужен Аджани, – сказала она.

Карие глаза расширились от изумления, потом он нахмурился и прищурился.

– Аджани, – эхом повторил он. – Зачем?

– По той же причине, – объявила она. – Я собираюсь убить его.

Он хрипло рассмеялся.

– Мужчины пытались сделать это, баска, а Аджани живет и преуспевает.

– Это ненадолго, – она взмахнула мечом и клинок разрезал воздух, чуть не задев кончик его носа. – Аджани, – мягко повторила она.

Южанин вышел из круга. Поскольку и Дел понимала, что происходящее не относилось к танцам мечей, она спокойно вышла за ним. Он остановился у границы большого человеческого круга, встал рядом со своими друзьями, которые потянулись, чтобы поддержать его, и я понял, что поединок окончен.

– Аджани на Севере, – угрюмо сообщил он.

– Тогда почему ты здесь, Южанин?

Он сплюнул.

– Он мне уже не начальник.

– Нет? – светлые брови приподнялись. – Неужели тебе наконец-то надоело наживаться на продаже детей?

Его ноздри раздулись.

– Я продал тебя?

Я подумал, что она тут же его и убьет, но Дел не потеряла контроль над собой.

– Ты пытался, Южанин, но удача и боги уберегли меня.

– Тогда почему ты прицепилась ко мне? – он развел окровавленными руками. – Ты свободна, баска. Какой во всем этом смысл?

– Никакого, – спокойно сказала она. – Я просто собираю кровный долг.

Это был бой Дел, а не мой, но я уже мечтал, чтобы она побыстрее закончила.

– Кровный долг…

– Аджани, – повторила она. – И ты свободен.

Вспыхнувшая было надежда тут же пропала. Я легко мог прочитать его мысли. Он высоко ценил свою жизнь, но не меньше стоила его гордость, особенно в глазах друзей. Униженный женщиной, он сохранял первую и терял вторую.

– Я не предаю своих.

Дел выразительно повела плечом.