Чтение онлайн

— Холодно, так и иди. Отдашь при случае.

Я смотрю на него, и Оракул быстро отводит взгляд. Он все понял. Или заметил. Спотыкаясь за собственные ноги, я спешу к двери.

Нас предупреждают, что при погружении в глубокий транс мы уже не в состоянии контролировать собственное тело: расслабляются сфинктеры, поэтому заниматься предсказанием лучше на голодный желудок и после посещения туалета. А еще лучше — после клизмы. А то с тобой может произойти… пахучая неприятность. Мы поначалу смеялись, а потом… Некоторые перед занятием теперь надевают толстые прокладки.

А у меня вот пришли месячные. На десять дней раньше.

Я с облегчением вываливаюсь в коридор и вижу соседок по комнате, прислонившихся к противоположной стене. И чуть не плачу. Они отираются здесь уже второй час, Олька вон даже обед пропустила…

— Ого! — говорит Сара, щупая ткань пиджака. — Кого раздела? Никак Главнючего Оракула? И как он тебе голенький?

Пиджак я выстирала. А потом еще и отдала в химчистку. Зря, конечно, потратилась. Хотя на пиджак не попало ни капли, Оракул наверняка побрезгует его после этого носить…

Девчонки согласились, что ситуация, конечно, ужасная. Сара предложила перешить пиджак на меня и носить с гордостью. Хотя серый цвет мне не идет. Иногда, когда никто не видел, я прижималась к пиджаку лицом, пытаясь унюхать запах одеколона. Глупо, конечно. Но я готова потратить всю стипендию, чтобы купить хотя бы ма-а-аленький флакончик. Если узнаю название.

Или если моей годовой стипухи вообще на него хватит.

А Синельникова устроила мне скандал! Выловила в коридоре, когда вокруг никого не было, и развопилась, что я специально испортила ей контрольную, и специально выдала совершенно противоположный ответ, и еще висела на Оракуле, чтобы привлечь его внимание, и еще… Дальше я слушать не стала, сообщила, что она дура, и ушла. Вот и помогай после этого людям! Верно говорит моя мама: ни одно доброе дело не остается безнаказанным.

******

Меня послали на практику. Первое полугодие. Осень. А Цыпилма — на практике! Все больше сомневаюсь в рассудке нашей Мадам. Она, похоже, совсем не обрадовалась моему «рождению»: нет бы вплотную взяться за меня, как за многообещающую пифию — они же этого столько добивались!

Хотя мне и одного раза вот как хватило! Неужели Юлька помнит все свои предсказания? Тогда не удивительно, что она такая психованная!

Практика еще и не абы где — в Салоне Виктории. Гибрид обычного салона красоты и гадательного. После того, как посетительниц намассажируют, натрут, выщиплют, наложат маски, напарят, доходит дело и до пищи духовной — то есть гаданий. Лежат эти утомленные интенсивным уходом тетки, покуривают кальян, попивают красное вино, зеленый чай или свежевыжатый сок — и вопрошают томными голосами про какого-нибудь "казенного короля".

Оборжешься.

Сама Виктория напомнила мне Мадам. Уж и не знаю — чем. Возраст неопределим. Голос звонкий, как у девушки, сама полная, белая, вальяжная. Дорогая блондинка, как называет таких ухоженных дам Сара. Золотые серьги, кольца на пухлых пальцах.

Этими самыми пальцами она развернула выписку, которую ей прислали вместе со мной. Думаете, я не пыталась рассмотреть, что там? Но Мадам так умело складывает и запечатывает письма, что нет никакой возможности вскрыть их и остаться безнаказанной.

Виктория прочла, постукивая ногтями по столу; от сияющего маникюра по комнате скакали «зайчики». Подняла глаза на меня — голубые-голубые — видно, не обошлось без контактных линз. Поглядела в окно. Ни во мне, ни в окне ничего интересного не обнаружилось, и хозяйка опять уставилась в бумагу. Прочла пару раз, еще и с другой, чистой стороны осмотрела — точно тайные знаки выискивала. Пробормотала:

— Ор-ригинально.

Я вежливо улыбнулась, гадая, как бы выведать, что в моей «сопроводиловке». По отзывам практиканток, Виктория еще круче Мадам, надо вести себя поосторожней.

— У тебя отвратительное имя! — заявила хозяйка. — Как его вообще можно запомнить?

— Угу. Я, как стану совершеннолетней, собираюсь переименоваться.

— Основы расклада знаешь?

— Ну да. Проходили…

— Будешь сидеть на мелочи.

— В смысле?

— К вип-персонам я тебя и близко не подпущу. Домохозяйки, студентки, мелкие служащие: вопросы простые «да-нет», о королях, о болезнях… Справишься?

— Э-э-э… — предусмотрительно ответила я.

— Ясно. Будешь работать под присмотром Гайдэ.

У Гайдэ были карие пронзительные глаза и черные длинные кудри — на взгляд не определишь, крашенные или нет. Большинство гадалок косит под цыганку или еще какую восточную кровь, среди пифий таких тоже хватает, да еще плюс лица с четко выраженными греческими профилями… А вот узкоглазых крепких степных шаманок (то есть таких, как я) еще искать и искать. Всего одна. Вот и нечего было брать меня в Школу! Изучайте генетику, дамы и господа!

Гайдэ было лет уже порядком — может, двадцать пять. Она встретила меня сочувственным:

— Ну что, сослали из пифий на галеры? Ну, не расстраивайся, гадалкой тоже неплохо. Твой заработок — в твоих руках!

— Да я вроде как на практике…

— Да? Ор-ригинально. Ну ладно. Сегодня смотришь и учишься. Завтра я тебя погоняю по простеньким раскладам. Самое главное в гадании — умение задавать вопросы, психология — и ловкость рук. Все приходит с опытом.

Этого опыта я набиралась до самого вечера. Аж в глазах зарябило. Знаете, зачем идут к гадалке? Погадать на королей. А также на наличие-отсутствие у них любовниц. А также на наличие-отсутствие денег. Пристрелите меня, если хоть когда-нибудь еще я буду гадать на короля! Гайдэ врала и не краснела. И была так убедительна, что даже я верила, что пиковый от "вас без ума", а рядом еще крутится и крестовый, но всему этому мешает трефовая дама… Такой бред я и сама могу нести. И не травить при этом ничем свой юный растущий организм, заметьте! Да еще в конце дня Гайдэ, подмигнув, сунула мне в карман пару бумажек.

— Бери, я ж помню, как в Школе кормят. Купишь себе какое-нибудь пирожное!

— А как же… — я показала в потолок, подразумевая хозяйку салона.

Гайдэ пожала плечами.

— Да все нормально, Вика этих копеек и не заметит!

Вот недаром я подумывала о карьере профессиональной гадалки!

Посмеиваясь, я выскочила из благоухающего и сияющего салона на мокрую мерзко-серую ноябрьскую улицу. И угадайте, на кого наткнулась?

На вип-персону Главного Государственного Оракула.