Победит сильнейший
Шрифт:
И вот тут-то проявляется искусство пилота: чем меньше "порханий" совершит "осенний лист" и чем ближе окажется последнее из них к заданному месту приземления, тем быстрее закончится спуск.
Петр Черноруцкий владел искусством слалома в совершенстве. Он выполнял меньше "порханий", чем любой из его соперников, рассчитывая и преодолевая коридор входа так, чтобы все время оставаться на грани максимально допустимых перегрузок. К тому же Петр приземлялся "в одно касание", планируя до момента посадки. Большинству же спортсменов приходилось дотягивать к финишу на моторе, теряя дорогие минуты.
...Щелчок - выпущены крылья. Рука привычно ложится на штурвал. Взгляд сквозь алмазное стекло. Наперерез, в почти отвесном падении, - желтая молния!
"Катастрофа?
– обожгло мозг.
– Или... Неужели решил напролом? Безумие!"
Петр дал сигнал общей тревоги - впервые за свою спортивную жизнь. И тут же увидел черную молнию, сверкнувшую вслед за желтой.
Близилось к концу ожидание. Болельщики давно закончили навигационные расчеты. Заключали пари, как когда-то на скачках. То, что первой приземлится черная "десятка", ни у кого не вызывало сомнений. Страсти разгорелись вокруг того, кто окажется на втором месте, завоюет титул чемпиона. Из уст в уста передавали шутку, что чемпионская медаль нынче не золотая, а лишь позолоченная, как пресловутая пилюля...
Менее искушенные наслаждались иллюзией космического полета, лунными ландшафтами, багровыми облаками Марса: полиэкраны были щедры на зрелища.
Но вот они разом ослепли, пригасли, затем засияли матовой белизной. Невидимый Арго задышал в уши болельщикам:
– Внимание, внимание! Совершает посадку...
– Пауза, потом недоуменно: Совершает посадку Петр Черноруцкий, стартовый номер З!
С полиэкранов навстречу зрителям уже несся под разными ракурсами васильковый космоплан чемпиона. Беззвучно скользнув по пластобетону посадочной полосы, он замер вблизи центральной трибуны.
Не прошло и минуты, как приземлился серебряный призер Виктор Яншин на фиолетовой "девятке". Спустя три минуты стал известен обладатель бронзовой медали - Гарольд Ли. Его алая "единица", подхваченная тормозящим электромагнитным полем, остановилась в нескольких метрах от синего и фиолетового космопланов.
Пилотируемая роботом черная "десятка" запаздывала.
Один за другим опускались на космодион финалисты. Последней приземлилась зеленая "четверка" Милана Славича.
Ни "десятка", которой прочили фактическую победу, ни желтая "двойка" Джанни Рикко так и не появились...
– Теперь будет жить сто лет, - сказал профессор Макуэлл.
– А летать?
– спросил Лесс Гюнт.
– Жить, петь в опере, а вот летать... разве что пассажиром.
– Глупый мальчишка, - огорченно проговорил Лесс Гюнт.
– Ради золотой медали чуть не поплатился жизнью!
– Кто пришел первым?
– зашевелил губами Джанни.
– Робот?
– Нет, Петр Черноруцкий.
– Рад, что не робот...
– Вот как?!
– воскликнул Лесс Гюнт в изумлении.
– А я-то думал, ты просто тщеславный юнец! Выходит, ошибся... Знаешь, кому обязан жизнью?
– Неужели...
– Угадал. Лишь робот с его феноменальной реакцией и филигранной точностью движений способен состыковать космопланы в беспорядочном падении.