Чтение онлайн

— Конкурс устроила компания-производитель. — Она замерла на бегу в гардеробную и удивленно взглянула на него: — Не помнишь?

— Ну, пусть так. И что же?

— То, что папа все время вспоминает эту историю. Рассказывает о том, как Дуглас и Энн приняли участие в конкурсе и выиграли тур на Санта-Лючию… Ну, теперь-то вспомнил? — Она оглядела его, ожидая огонька воспоминания в его глазах.

Лу покачал головой.

— Ну как же ты можешь этого не помнить! — И она опять рванула в гардеробную. — Это ж его любимый рассказ. Он будет в восторге.

— Не будет. Папа ни от чего не приходит в восторг.

Рут скрылась в гардеробной и появилась вновь в одной туфле, другую она держала под мышкой. Она сновала взад-вперед по комнате, пока не очутилась возле туалетного столика.

Люси хихикнула.

Рут надела драгоценности: серьги, браслет — и только после этого вторую туфлю.

Лу с улыбкой глядел, как она потрусила в ванную.

— Да! — громко раздалось оттуда, — когда увидишься с Мэри Уолш, не упоминай имени Патрика. — Она высунулась из ванной. Половина головы у нее была еще в бигуди, половина — в локонах. — Он бросил ее, — печально добавила она.

— Ладно. — Он кивнул, стараясь сохранять серьезность.

Когда голова Рут всунулась обратно в ванную, Лу повернулся к Люси.

— Патрик бросил Мэри Уолш, — сказал он. — Тебе это известно?

Люси энергично качнула головой.

— Это твоих рук дело?

Она опять покачала головой и засмеялась.

— Кто бы мог подумать!

Люси пожала плечами:

— Может быть, сама Мэри могла. Лу засмеялся.

— Может быть, и так.

— О, и еще, пожалуйста, не спрашивай Лору, — продолжала Рут, — не похудела ли она. Ты вечно пристаешь к ней с этим вопросом, а она сердится.

— Разве это такой уж неприличный вопрос? Он сдвинул брови.

Рут засмеялась.

— Милый, последние десять лет она все толстеет и толстеет. Когда ты спрашиваешь ее, не похудела ли она, она считает, что ты издеваешься.

— Толстуха Лора! — шепнул он Люси, и она со смехом повалилась на кровать.

Он посмотрел на часы, глубоко вздохнул и почувствовал, как внутрь заползает какой-то странный трепет.

— Ладно. Мне действительно пора. Увидимся завтра, — сказал он Люси и поцеловал ее в голову.

— Я теперь опять тебя полюбила, папа, — весело прощебетала она.

Лу застыл, поднимаясь с кровати.

— Что ты сказала?

— Сказала, что я теперь опять тебя полюбила. — Она улыбнулась, и он увидел, что у нее нет одного из нижних зубов. — Мы с мамой и Пудом завтра собираемся на каток. Пойдешь с нами?

Все еще под впечатлением от ее признаний и от действия, какое они оказали на него, он смог лишь выговорить:

— Да, конечно. Рут вновь появилась в комнате, внеся с собой аромат духов; завитые локоны прикрывают плечи, лицо накрашено безукоризненно и в меру. Он не мог отвести от нее глаз.

— Мамочка, мамочка! — Люси вскочила и стала прыгать на кровати. — Папа идет с нами на каток!

— Слезь с кровати, Люси. Я не разрешаю на ней прыгать. Слезь, лапочка! Ну, вот так, спасибо. Помнишь, я ведь говорила тебе, как папа занят и что он не может…

— Я пойду на каток, — прервал ее Лу. У Рут отвисла челюсть.

— О-о…

— Ты не против?

— Нет, конечно, просто я… Нет, совершенно не против. Я рада. — И кивнув, она, ошеломленная, пошла куда-то, куда не собиралась идти. Дверь ванной тихо закрылась за ней.

Он выждал пять минут, но потом не вытерпел:

— Рут! — Лу слегка тронул дверь ванной и постучал. — Ты в порядке?

— Да, все прекрасно. — Она откашлялась и с непреднамеренной резкостью добавила: — Мне просто высморкаться надо! — И он услышал громкое сморкание.

— Ладно. Увидимся, — сказал он. Ему хотелось зайти и поцеловать ее на прощание, но он понимал, что она откроет дверь, лишь когда сама захочет.

— Ладно, — отозвалась она, на этот раз не столь резко. — Увидимся на празднике.

Дверь так и не открылась, и он уехал.

В помещениях «Проектной компании Патерсона» в разной степени разброда толпились сослуживцы Лу Сафферна. Было только семь тридцать вечера, но некоторые уже настроились на праздник. В отличие от Лу, который после работы поехал домой, большинство сотрудников отправились в паб, а затем вернулись в контору, чтобы продолжить начатое. В глаза бросались женщины, совершенно неузнаваемые в платьях, подчеркивающих и обнажающих тело, о существовании которого под деловым костюмом совершенно забывалось, тело, которое у некоторых словно и создано было исключительно для этого костюма. Унылое дневное единодушие было сломлено, в воздухе веяло юностью, желанием покрасоваться и показать, кто ты есть на самом деле. Настало время нарушить все правила и установления, прямо выражать свои чувства, что придавало атмосфере привкус опасности. Почти с каждой притолоки свешивались ветви остролиста. И, едва ступив из лифта, Лу получил два поцелуя от слонявшихся по площадке искательниц приключений.

Пиджаки были сняты, повсюду маячили яркие новомодные галстуки, санта-клаусовские колпаки и рога на головах. У многих женщин, а также некоторых мужчин за ухом были елочные украшения. Все присутствовавшие трудились на полную катушку, а теперь хотели оторваться, тоже по полной.

— Где мистер Патерсон? — спросил Лу у Элисон, которую застал сидящей на коленях у пятого из встреченных Санта-Клаусов. Она взглянула на него осоловелыми и слегка косящими глазами. Узкое красное платье облегало каждую выпуклость и каждый изгиб ее тела. Он с трудом заставил себя отвести от нее взгляд.

— А ты какой подарок хочешь на Рождество, мальчик? — рявкнул кто-то из-под маски.

— Привет, Джеймс! — вежливо поздоровался Лу.

— Новое повышение, вот что он хочет! — крикнул кто-то из толпы, и послышались смешки.

— Не просто повышение, а место Клиффа, — заметил некто с рогами на голове, и присутствующие вновь рассмеялись.

Улыбнувшись, чтоб скрыть досаду и легкое смущение, Лу присоединился к общему веселью, а вскоре, когда беседа перешла на другую тему, он незаметно ретировался. Он вернулся к себе в кабинет, где было тихо и спокойно и глаз не мозолили ни остролист, ни серебряная фольга. Он сел, подперев голову руками и слушая, как горланят в коридоре «Бабку раздавил олень», и стал ждать мистера Патерсона. Внезапно музыка стала громче, потому что дверь кабинета открылась и тут же вновь закрылась, приглушив музыку. Еще не взглянув, он догадался, кто это.