Чтение онлайн

Элисон приближалась к нему со стаканом красного вина в одной руке и виски в другой, ее обтянутые красным шелком бедра слегка покачивались, вторя движению какой-то блестящей висюльки на шее. Икры слегка подрагивали от неверных шагов на высоких платформах, и вино в стакане выплескивалось на большой палец руки.

— Осторожно. — Лу следил за каждым ее движением, не сводя с нее глаз, с уверенностью и в то же время неуверенно.

— Ничего. — Она поставила стакан на стол и соблазнительно сунула в рот палец, слизывая с него капли вина и кокетливо поглядывая на Лу. — Я вам виски принесла, — сказала она и, передав Лу стакан, уселась на край стола. — Ваше здоровье! — И чокнувшись с ним и продолжая пристально глядеть на него, она осушила свой стакан.

Лу кашлянул и, внезапно ощутив некую неловкость, отодвинул подальше свой стул. Но Элисон, неверно поняв его движение, поерзала по столу и очутилась прямо перед ним. Ее грудь оказалась на уровне его глаз, и он, отведя взгляд, устремил его на дверь. Он находился в опасной ситуации и выглядел не очень хорошо. Но чувствовал он себя превосходно.

— Мы так и не закончили начатое. — Она улыбнулась. — А ведь все старались разобрать свои столы до Рождества. — Ее голос был тих и хрипловат. — Я подумала, что могу вам помочь.

И она скинула со стола несколько папок. Папки упали, и на пол посыпались бумаги.

— Вот так! — Она улыбалась, сидя перед ним. Короткое красное платье задралось еще выше на бедрах, обнажив длинные загорелые ноги.

У Лу выступил пот на лбу. Он лихорадочно перебирал в уме варианты. Он мог встать и отправиться на поиски мистера Патерсона. Мог остаться в кабинете с Элисон. Две таблетки, найденные им возле мусорного бака, были при нем — аккуратно завернутые в платок, они находились у него в кармане. Он мог принять таблетку и сделать то и другое одновременно. Установить последовательность: побыть с Элисон и отправиться на день рождения к отцу. Нет, лучше побыть с мистером Патерсоном и отправиться на день рождения. Одновременно.

Расцепив скрещенные ноги, Элисон одной ногой стала подталкивать его кресло поближе к столу. Краешек красного кружева между ее ляжек приветствовал его приближение. Теперь она сидела на самом краю стола, а ее платье было задрано еще выше. Можно принять таблетку и быть с Элисон и с Рут одновременно.

Рут.

Элисон подняла руки и притянула его к себе, обхватив ладонями его голову. Он ощутил на лице прикосновение акриловых ноготков, каждодневный стук которых по клавиатуре так его раздражал. Вот они, на его щеках, на его груди, они ощупывают его всего, бродят по его телу, царапают ткань его костюма, того самого, который должен был обеспечить его внешнюю, под стать внутренней, красоту.

— Я женат, — пробормотал он, когда ее рука скользнула к его промежности.

Он был в панике, и это прозвучало так по-детски — слабое возражение, которое так легко отбросить.

Элисон запрокинула голову и расхохоталась.

— Знаю, — промурлыкала она, а пальцы ее все блуждали по его телу.

— Я не шучу, — решительно сказал он, и она на мгновение замерла, подняв на него взгляд. Он встретил этот взгляд, и секунду они смотрели друг на друга. Уголки губ Элисон чуть-чуть дрогнули в желании сдержать улыбку. И потом, не в силах более терпеть, она разразилась смехом. Длинные русые локоны упали на столешницу и запрыгали по ней, когда, откинувшись назад, она от души хохотала.

— О Лу, — вздохнула она, вытирая выступившие слезы.

— Я не шучу, — повторил он еще строже, уверенно и с достоинством. За эти пять минут мужество в нем значительно укрепилось.

Поняв, что он и не думает ее дразнить, Элисон тоже посерьезнела, и улыбка сошла с ее лица.

— Не шутите? — Она подняла бровь и устремила на него пристальный взгляд. — Это вы ее можете дурачить, Лу, а нас — не получится.

— Нас?

— Да, нас. — Она небрежно махнула рукой, указывая куда-то позади себя. — Всех нас. Кто бы там ни был.

Оттолкнувшись, он отъехал от стола.

— Хотите поименно? Что ж, можно и поименно. Джемма из бухгалтерии. Буфетчица Ребекка. Луиза из спортзала. Трейси, ваша секретарша до меня. Ну а как звали вашу няньку, я так и не выяснила. Продолжать? — Она улыбнулась и, не сводя с него глаз, отхлебнула вина. Ее глаза были влажны и чуть покраснели, словно вино воздействовало непосредственно на ее роговицу, окрашивая ее в красные тона. — Припоминаете?

— Это так. — Лу стало трудно дышать, и он проглотил комок в горле. — Но столько времени прошло… Я не тот, что прежде.

— Няня была всего полгода назад, — усмехнулась Элисон. — Ей-богу, Лу, неужели вы и вправду считаете, что за полгода можно измениться, если это вообще возможно?

Внезапно Лу почувствовал тошноту, его замутило. В страхе он провел по волосам потными ладонями. За что ему это?

— И впредь помните одно, — дерзко продолжала она. — Когда вы станете первым замом, вы сможете выбрать себе любую помощницу, но помните, что преимущество тут за мной. — Хохотнув, она поставила на стол свой стакан с вином и вытянула ногу, вновь подтаскивая к себе его кресло. — Если выберете меня, я стану исполнять все, что только пожелаете.

Она взяла у него из рук стакан и поставила его на стол. Потянув Лу за руку, заставила подняться. Он повиновался — безмолвный, покорный, как тряпичная кукла. Проведя ладонями по его груди, она ухватила его за лацканы, притянула поближе к себе, и, когда их губы уже готовы были сомкнуться в поцелуе, он опомнился и, отклонившись, шепнул ей на ухо:

— Мой брак не шутка, Элисон. Шутка — это ты. А такой женщиной, как моя жена, ты можешь стать разве только в мечтах.

И с этими словами он отвернулся от нее и отошел.

Элисон замерла на краю стола. Только губы ее чуть шевельнулись, и рот изумленно приоткрылся, а потом зашевелилась рука, теребя край юбки.

— Да, — сказал он, глядя, как она поправляет платье. — Прикройся-ка лучше. Приди в себя, а перед уходом собери и положи на стол папки.

Голос его был спокоен, и, сунув руки в карманы, чтобы скрыть дрожь, он вышел из кабинета и очутился в центре караоке, где кривлялся пьяный бухгалтер Алекс, вместе с Мэрайей Кэри исполнявший «Все, что желаю на Рождество». Вокруг Лу вились ленты серпантина, а бородатые мужчины и нетрезвые женщины, едва он появился, накинулись на него с поцелуями и чуть не задушили в объятиях.