Чтение онлайн

Джейн снова с тоской взглянула на Гвина. И произнесла, поборов свой страх:

– Со мной что-то происходит. И я не знаю, что и почему. Я…

Гвин смотрел, не мигая и сведя брови. Слова застревали в горле, мысли путались.

– Иногда я… - Джейн ни разу еще не произносила этого вслух, - теряю зрение. И ничего не вижу.

Всё. Сказала. Петля на шее затянулась, мешая дышать. Девушка сжалась, ожидая. Гвин откинулся на спинку стула, скрестив пальцы рук.

– Как давно это началось?
– деловито, совсем как врач, спросил он.

– Два месяца назад.

– И часто случается? Чаще одного раза в неделю?

– Нет. Не знаю… - Джейн задумалась, вспоминая.
– Может быть. В последнее время чаще, чем в начале.

– Это происходит внезапно?

– Да. Я… я просто на пару мгновений ничего не вижу. А потом все снова нормально.

Гвин закрыл глаза. На лбу его пролегла морщинка. Брови сведены. Губы стиснуты. Джейн не было бы так страшно, если бы он не вел себя подобным образом. Его молчание, его погружение в мысли, пугало. Но Джейн не решалась нарушить его молчание. Наконец, Гвин открыл глаза. И то, как он взглянул на нее, заставило всё внутри девушки перевернуться.

– Думаю, вы и сами уже догадались, что происходит, - тихо и мрачно ответил Гвин. Джейн ожидала этого в глубине души, но запрещала себе думать о худшем. Еще надеялась, что причина может быть в другом.

Она с трудом сглотнула набравшуюся во рту слюну, но голос ее все равно был сиплым:

– Но… вы говорили, до первых симптомов пройдет лет десять…

Гвин с болью сжал губы.

– Я так же говорил, что не знаю всех сторон Древней магии, ведь тайны ее безграничны. Как говорил и то, что у всех последствия обряда по передаче жизненных сил проходят по-разному. Десять лет - это в среднем. Должно быть, что-то в вашем организме спровоцировало ускорение процессов.

– И что теперь?
– вспыхнула Джейн.
– Вы сказали, у меня будет время! Получается, нет? И может, я завтра полностью ослепну? А что потом? Через месяц перестану ходить, а через год всё забуду?

Гвин словно и не заметил начавшейся истерики девушки. Он мягко посмотрел на нее и тихо выдохнул:

– Мне жаль. Но такова плата за жизнь Эдгара. Вы отдали ему часть себя, и это не могло пройти бесследно. Я предупреждал вас о цене.

Верно. И Картер согласилась. Как могла она отказаться, зная, что тогда Эдгар умрет? Ей был предоставлен выбор, спасти его ценой своего здоровья, или дать умереть, но себе сохранить полноценную жизнь. Как Джейн могла поступить иначе? Никогда бы она не простила себе, если бы в ту ночь струсила. Гвин сказал, что через десять лет после обряда она начнет терять зрение. Постепенно ноги перестанут ходить. А в конце ей откажет память. Но он говорил о том, что на всё это уйдет как минимум двадцать лет, а то и больше. И потеря зрения начнется примерно лет через десять.

Джейн закрыла лицо руками. Почему все так? За что?

– Я думала, у меня будет время… До того, как я всё потеряю.

Она убрала руки и решительно взглянула на Гвина.

– Может, кто-то другой знает? Мы могли бы спросить…

Но профессор резко помотал головой.

– Нет, - отрезал он.
– Все, кто могли знать, мертвы. Остался только я.

Джейн ведь знала это. Знала, что он Последний Жрец. Просто паника мешала ей думать здраво.

– Тогда… профессор… сэр… возможно, есть способ замедлить это… Ведь только полгода прошло!

Гвин не отвел взгляда. И лицо его оставалось непоколебимым. Будь на его месте Джейн, говори она кому-то те ужасы, что говорил он, она бы не смогла так спокойно смотреть в лицо.

– Всё уже началось, Джейн. Процесс необратим. Возможно, в старых книгах в Особой секции есть что-то, но я не уверен. В любом случае, мне не попасть туда, а у вас нет разрешения.

Джейн провела руками по лицу. Все это сон, пусть сон, пусть кошмар. Пожалуйста. Но тогда вся ее жизнь - сон.

– Что же мне делать, профессор?
– пролепетала она потерянным голосом, чувствуя себя маленькой напуганной девочкой. Раньше в подобные минуты рядом всегда оказывался Ник. Старший брат как никто умел успокоить ее и дать нужный совет. Но он мёртв. Мёртв.

Гвин протянул руку через стол и накрыл ладонь Джейн своей рукой. Он правда хотел ей помочь, Картер видела это. Хотел, но не знал, как. Наверное, незнакомое чувство, чего-то не знать.

– Быть сильной, - тихо ответил он.
– И не сдаваться. Обряд жизненных сил индивидуально действует на людей. Я не знаю, почему сейчас все началось так рано. У меня нет ответов, Джейн. Я не должен был проводить этот обряд. Это я обрек тебя на эти муки.

В голосе Гвина под железной броней сквозило столько боли, такое явное терзающее чувство вины, что сердце Джейн сжалось от жалости. Не к себе. К нему. Это было несправедливо. Он не виноват. Он спас Эдгара. И должен это понимать.

– Я сама сделала выбор, профессор, - шепотом выдохнула Картер.
– Сама. Вы предупредили меня, и я знала, на что иду. Я не жалею об этом. Просто… мне страшно…

– Оставаться одной во тьме - всегда страшно.

Джейн второй ладонью накрыла руку Гвина, сжимавшую ее первую ладонь. О ком он говорил сейчас - о ней или о себе?

– Вам нужно рассказать об этом друзьям. Они поддержат вас, - мягко предложил Гвин. Джейн взглянула в ту сторону, где смеялись мародеры, Лили и Эми. Сердце ее болело. Как сможет она взвалить свои проблемы на их плечи? Не слишком ли это? Но ведь они ее друзья.

Ведь есть еще Особая секция. Что, если книги дадут ей ответы, которые не знает Гвин? Джейн невольно подумала, будь бы жив тот, кто учил Гвина Древней магии, старый Жрец, смог бы он ей помочь? Но спрашивать она не стала. Какая разница, ведь тот Жрец оказался злодеем, и Гвину пришлось его убить.

– Скажите им, Джейн, - вновь подал голос Гвин.
– Они заслужили знать правду. Особенно, ваш мистер Поттер. И мистер Боунс тоже имеет право знать, чем вы пожертвовали ради него.