Чтение онлайн

В тягостном ожидании прошло пять минут.

Сбоку к Мору подошел профессор.

– Один наповал, один тяжелый – не протянет и до ночи. Двое легких. Тебя перевязать?

– Позже.

В следующие пять минут в водоеме и вокруг него ничего не изменилось. Моряки все так же стояли на причалах и палубном настиле подлодки, взяв на изготовку готовые к стрельбе автоматы.

– Либо мы их нашпиговали пулями, либо русские используют неизвестные нам дыхательные аппараты, – негромко произнес Ланге.

Корветтен-капитан вытер вспотевший лоб и приказал:

– Передай обербоцману, чтобы приготовил свою команду к погружению. Надо обыскать водоем.

Прошло еще десять минут. Шесть матросов боцманской команды спешно надевали теплые вещи, резиновые костюмы и дыхательные аппараты «Драгер Лунг».

– Герр капитан, мы готовы, – доложил обербоцман.

– Они ранены, и тем не менее соблюдайте осторожность, – отчеканил Мор.

– Нам следует их уничтожить?

– Постарайтесь взять живыми – хотелось бы узнать об их планах.

Водолазы поочередно попрыгали в воду с левого причала. Все остальные – подводники, врачи, инженеры – замерли в напряженном ожидании…

Отдав Маринину автомат, я вытащил из ножен свой любимый нож, способный за пару минут перепилить арматуру. Этими волшебными ножами отряд боевых пловцов «Фрегат-22» некогда обеспечил специальный цех одного из прославленных уральских заводов. Мастера постарались на славу. Лезвие из великолепного сплава, умопомрачительная заточка, не дающее бликов покрытие, продуманная балансировка и удобная анатомическая рукоять. Одно короткое движение, и противник получает ужасающие повреждения – данный факт многократно проверялся в нашей подводной практике.

Медленно поплыл навстречу шестерым чужакам, облаченным в темные костюмы с бурыми жилетами на груди и в странные резиновые маски с раздельными стеклами. На ногах – короткие ласты черного цвета.

Чужаки заметили меня и разошлись веером.

Очень скоро я понял: передо мной не новички – срывать маску, пережимать воздушные шланги или заниматься фехтованием не будут. Подобные штучки прокатывают лишь в дешевых сериалах или в тех редких случаях, когда противник не ожидает нападения.

В реале все иначе. В настоящем подводном бою натренированный профессионал даже без маски и загубника способен две-три минуты грамотно двигаться и выполнять разящие атаки. А хороший спец вообще не даст себя «раздеть», сунув лезвие под вытянутую руку желающего сорвать элемент снаряжения. В легкое, в печень, в селезенку или под плечевой сустав – разницы нет. В воде любая резаная рана приводит к сумасшедшей кровопотере – недаром склонный к суициду народ предпочитает вскрывать себе вены, лежа в наполненной ванне.

Так что желательно действовать на дистанции. А если по какой-то причине ты лишился возможности применять штатный огнестрел, то снаряжение нужно выводить из строя с помощью ножа. Нож – основное оружие ближнего боя. Движения вооруженной руки короткие и желательно по прямой траектории, дабы избежать лишнего сопротивления воды.

Итак, начали.

Мы кружились, стараясь не сближаться. Противникам было легче – их много. Мне сложнее, ибо нельзя оказаться к ним спиной.

Пора действовать – запас смеси в баллонах ребризера на исходе.

Я специально сократил дистанцию с одним «товарищем». Он сделал разящий выпад, я выполнил защиту «юлой» и успел полоснуть лезвием по единственному шлангу его дыхательного аппарата. Из шланга заструился воздух, а хозяин аппарата резко ушел к поверхности.

Неплохое начало. Осталось пятеро – уже легче.

Между тем я оказался в центре сумасшедшего хоровода.

– Евгений Арнольдович, вам помочь? – ожила гарнитура встревоженным голосом Маринина.

Его реакция понятна – пятеро оставшихся пловцов зажали меня в плотное кольцо. Точнее, в сферу, все выходы из которой отрезаны. Спереди близко не подходили, зато те, что оказывались вне поля зрения, норовили провести атаку.

Ситуация и впрямь аховая. Когда вокруг вьется полдесятка человек, вооруженных длинными кинжалами, то ты хоть глистом извертись на солнцепеке, но кто-то обязательно окажется за твоей спиной. А это вернейший признак гибели.

– Сумеешь отсечь нижнего? – крикнул я напарнику.

– Попробую!

Раздался резкий одиночный щелчок – так звучит выстрел из АДС под водой: будто кто-то тюкнул молотком по толстой железяке.

Из сумрака с противным шипением вырывается белый росчерк, напоминающий сверкнувшую и медленно угасающую молнию. Белый след – не что иное, как мелкие пузырьки воздуха, или следствие кавитации. Росчерк закончился точно в груди одного из пловцов, находящегося ниже других. Пловец трижды дернулся всем телом, выпустил из руки нож и медленно ушел вниз.

Случившееся на секунду внесло сумятицу в ряды немецких подводников. Мне же только этого и надо. Стремительным рывком оказываюсь возле зазевавшегося пловца и наношу прицельный удар в среднюю боковую часть корпуса – она наименее защищена ремнями дыхательного аппарата.

Готово. Этот тоже уже корчился от боли, окрасил «бассейн» в розовый цвет и ушел на дно.

В следующее мгновение мне пришлось вновь вращаться бешеным волчком, уклоняясь от целящего в подреберье лезвия. Вместо подреберья с длинным ножом встретилось запястье толстой перчатки.

Я ощутил боль, но в тот момент было не до нее – нужно драться до конца.

Трое пловцов шли на сближение, видимо, решив со мной покончить. Один подошел сверху, второй снизу и слева, а третий – с которым мы мерялись ножичками – находился точно передо мной. Его повторный выпад я удачно парировал гардой своего ножа, а следующим движением всадил лезвие в его грудь по самую рукоятку.

Поврежденный бурый жилет, исполняющий роль дыхательного аппарата, мгновенно «испустил дух» – большой воздушный пузырь устремился к поверхности. А хозяин жилета таращил на меня глаза сквозь круглые стекла резиновой маски.

Порадоваться очередной победе я так и не успел. Оглядываясь по сторонам и пытаясь выдернуть нож, вдруг понял, что это не так просто – видать, кончик лезвия вошел в позвонок и наглухо там застрял.

– Подавись, сука! – оттолкнул умирающего пловца и отстегнул от подвесной системы фонарь.

Источник света довольно тяжелый и тоже является оружием. Под водой (а особенно на большой глубине) даже ерундовая травма, с легкостью переносимая на суше, становится смертельной. К примеру, правильно выполненный удар в солнечное сплетение или чуть ниже вызывает у пловца баротравму легких с последующей газовой эмболией – воздушной интервенцией в кровь. Эмболия всегда ведет к прекращению сопротивления, а это равносильно смерти.