Поезд смерти
Шрифт:
Внезапно перед ними возникла Милдред Дрэглер с охапкой мехов в руках. Изумленно подняв брови, она поинтересовалась:
– Позвольте узнать, чем это вы занимаетесь?
Джереми Дрэглер был занят тем, что, казалось, пытался пробить головой Карен кузов машины, а Карен оказывала ему всяческое сопротивление. Некоторое время Милдред Дрэглер наблюдала за этим молчаливым поединком, потом спросила:
– Джереми, кто эта женщина?
– Су... сумасшед... шая, – пыхтя от натуги, ответил он.
– Позвать полицию?
– Да нет! Помоги мне... выгнать ее.
Карен запустила зубы в державшую ее жилистую руку и, когда кольцо вокруг шеи ослабло, отпустила его запястья и тут же, обхватив по-медвежьи, прижала обе руки Дрэглера к туловищу. Он застыл, притиснутый к машине. Их лица почти соприкасались.
– Сдавайтесь, или я откушу вам нос, – прошипела Карен.
– Милдред, помоги!
Миссис Дрэглер аккуратно положила меха на крышу автомобиля и подняла с земли дорожную сумку.
– Произошла утечка газа... – задыхаясь от усилий, говорила Карен. – Из поезда вытекает нервно-паралитический газ, произведенный на заводе Дрэглера. Погибли люди, многие находятся в тяжелом состоянии...
– Что? Нервный газ? Это правда, Джереми? Ты категорически уверял меня, что вы этим не занимаетесь и никогда заниматься не будете, что бы ни говорил твой дурак генерал.
– Бей ее! – еле выдохнул Дрэглер. – Бей ее!
– Нет! – закричала Карен. – Бейте его! Он хочет удрать из страны! Он должен сказать все, что знает об этом газе!
Жена Дрэглера угрожающе раскачивала свою дорожную сумку.
– Я думаю, она права, Джереми. Решил уехать в отпуск посреди ночи? Не выйдет.
Дрэглер, почувствовав новый прилив энергии, вырвался из объятий Карен и, прежде чем она успела опомниться, схватил ее за волосы и потянул к машине. Она выставила вперед ногу, но он подставил свою костлявую голень, и она, споткнувшись, на мгновение потеряла способность сопротивляться. Тогда он с неожиданной силой стукнул ее головой о кузов автомобиля, потом еще и еще раз.
Милдред Дрэглер, размахнувшись, изо всех сил ударила Джереми по лицу, отчего он тут же свалился на землю. Карен прижала одну его руку, Милдред – другую.
– Ты лгал мне, Джереми, – сказала Милдред Дрэглер. – Вот, оказывается, почему ты вскочил среди ночи и стал метаться по дому как сумасшедший. Я сразу поняла: тут что-то не так.
– Ты веришь... Ты веришь этой сумасшедшей, а не мне?
– Да, потому что то, что говоришь ты, не имеет смысла, а то, что сказала она, объясняет все.
– Газ вытекает, – пояснила Карен, переводя дыхание, – а поезд никем не управляется. Он может сойти с рельсов... Дрэглер поморщился.
– Никем не управляется? Мне сообщили только об аварии в Траки, а не... вы уверены?
– Два иранца заминировали цистерны с газом, некоторые взрывные устройства уже сработали. Если поезд дойдет до Окленда, взорвется целый вагон. Можно ли как-нибудь прекратить утечку газа, не дать ему распространиться? Существует ли какое-нибудь противоядие? Что вообще можно сделать? Пожалуйста, у нас почти не осталось времени...
Они позволили ему сесть. Покачав головой, он сказал:
– Я... не нужно мне было... Я знал, что-нибудь вроде этого... Я говорил Трейнеру, что мы... Если бы... – Он спрятал лицо в ладони и глубоко вздохнул.
Карен потрясла его за плечи.
– Если целая цистерна с этим проклятым газом взорвется посредине города, что нужно делать?
– Мне приходит в голову только одна вещь, но я не знаю, выполнима ли она...
Карен внимательно выслушала все, что он сказал, затем побежала в дом звонить по телефону.
Глава 23
– Вода? – переспросил ее Джим Иган. – Сколько воды? Из шлангов?
В комнате стоял шум, и голос Карен был едва слышен. Заслонив трубку рукой, Джим напряженно ловил каждое слово.
Сквозь толпу, сгрудившуюся возле пульта управления, к Джиму пробирались Леон Магнус и двое железнодорожных полицейских. Магнус приказал ему положить телефонную трубку, но Джим не обратил внимания на его требование.
– Пожарных шлангов недостаточно, – говорила Карен по телефону. – Во всяком случае, если взорвется вся цистерна. Дрэглер сказал, что газ необходимо затопить водой. В лаборатории они хранят пробирки в бочках с водой. Вода нейтрализует газ.
– Ради Бога, мы же не в лаборатории! К нам сюда мчится целый состав! У нас нет бочки!
– Зато у вас есть залив. Направьте поезд в залив.
– Ты что, спятила? Это твоя идея?
– Нет, Дрэглера.
– Ну конечно, это же не его поезд. Хорошо, слушай меня... Не занимайте телефон: наверное, кто-нибудь из наших людей захочет поговорить с ним. А ты возвращайся в госпиталь, нельзя убивать себя, бегая как сумасшедшая.
Джим передал телефон стоящему рядом человеку и начал объяснять собравшимся, что нужно делать.
– Подождите минутку, Иган, – прервал его Магнус, – здесь распоряжаюсь я. Если вам это не нравится, я арестую вас за правонарушение. Вы ведь даже не работаете в нашем отделении. Я приказал очистить первый путь, чтобы поезд мог свободно следовать дальше на юг, пока у него не кончится горючее. Это должно произойти где-нибудь в районе Ватсонвила.
– Леон! – закричал Джим, в отчаянии потрясая кулаками. – Отступись и дай нам с Фрэнком довести дело до конца! Где-то на этом отрезке пути цистерна должна взорваться. Мы не можем допустить, чтобы, благополучно проехав здесь, поезд выпустил где-то ядовитый газ и на многие мили вокруг...
– Откуда ты знаешь, что цистерна должна взорваться? Джиму пришлось коротко объяснить следующее:
– Одна женщина, ее зовут Карен Эллис, вдова человека, который разрабатывал этот газ, она... о черт, не она, а ее подруга знает людей, которые заминировали поезд. Она только что звонила из дома Дрэглера в Рино – ему принадлежит этот проклятый завод. Только полностью погрузив цистерну в воду, можно...
– У нас нет доказательств, что газ выходит именно из нашего поезда...
– Открой глаза, Леон! Пострадавшие стали поступать в больницы Траки и Сакраменто сразу же после того, как там прошел 7661-й, и я готов поспорить: то же самое происходит сейчас в Бенисии. Впереди Ричмонд и Беркли, там взорвутся отдельные отсеки в цистернах, а в Окленде взлетит на воздух вся цистерна! Придется отправить поезд под воду.
– Черта с два! Погубить три локомотива и пятьдесят товарных вагонов с грузом из-за каких-то нелепых догадок, которые мы даже не можем проверить...