Чтение онлайн

«Простодушный и бедный человек может быть обвинен в любом преступлении, которого он не совершал, и непременно будет осужден» (курсив — Б. П., Е. П.) [32, с. 144].

— «Лентул Сура, оправданный с перевесом в два голоса, оплакивал свои чрезмерные расходы, так как ему пришлось подкупать на одного судью больше, чем было необходимо» [32, с 144].

— «Когда Цезарь прибыл в качестве проконсула в Дальнюю Испанию в шестьдесят первом году до н. э., он был должен 7500000 долларов; по возвращении в шестидесятом году он расплатился со всеми кредиторами одним махом. Цицерон же считал себя щепетильно честным человеком; за год своего губернаторства в Киликии он сделал только 110 тысяч долларов, и его письма полны восторгов по поводу собственной умеренности.

Помпей привез из тех же мест 11200000 долларов, внесенных в казну, и помимо этих денег у него осталось еще 21000000 долларов для себя и своих друзей.

Цезарь овладел буквально бессчетными миллионами во время галльской кампании. За полководцами приходили публиканы, собиравшие с народа суммы вдвое большие, чем отправлялись в Рим» [32, с. 144].

— «Нарцисс и Паллант были превосходными исполнителями, полагавшими, что их жалованье не соответствует их заслугам. Чтобы компенсировать разницу, они продавали государственные посты (курсив — Б. П., Е. П.), запугиваниями вымогали взятки и выдвигали обвинения против тех, чьим имуществом хотели завладеть.

Нарцисс владел состоянием в 400000000 сестерциев; Паллант был достоин жалости, так как располагал лишь тремястами миллионами» [32, с. 294].

— «Сенат запретил своим членам принимать участие в финансовых и коммерческих операциях, но и надменные аристократы, каким был Помпей, и «святые», каким был Брут, обходили этот закон, действуя через посредников.

Оплаченные и неоплаченные проценты по займам, сделанным в городах Малой Азии для удовлетворения притязаний Суллы в 84-м году до н. э. разбухли так, что они вшестеро превышали первоначальную сумму. Для того, чтобы выполнить обязательства по этому долгу, общины распродавали свои строения и статуи, а родители продавали своих детей в рабство, иначе несостоятельных должников ожидало одно наказание — дыба.

Сулла вознаградил сына тем, что позволил ему скупать по минимальным ценам имущество проскрибированных.

Таким же способом Красс (поддержавший во время гражданской войны 82-го — 83-го годов Суллу. — Б. П., Е. П.) приобрел сотни особняков и доходных домов, которые сдавал внаем за большие деньги. Он купил государственные рудники, когда Сулла решил их денационализировать. Вскоре он умножил свое состояние с 7000000 до 170000000 сестерциев (25500000) долларов — сумма, сопоставимая с ежегодным доходом государственной казны» [32, с. 145–146].

Второй рейх. Себастиан Брант (1457–1521 гг.) в своем «Das Narrenschiff» («Корабль дураков», 1494-й год) написал: «Достоинства человека в нынешнем веке (курсив — Б. П., Е. П.) измеряются количеством монет, звенящих в его кармане» [83, с. 37]. И далее: «Правосудие продается за деньги. На виселицу попадают только мелкие воришки, ведь в сетях паука застревают не оводы, а жалкие комары» [83, с. 38]. И там же: «Правосудие слепо и мертво. «Песнь денег» оглушает страну, а зависть, стяжательство, мздоимство, кумовство … (еще раз подчеркнем: это — век XV-й. — Б. П., Е. П.) сокрушают право, науки и искусство» [83, с. 38].

— «Огромная гражданская армия была завербована Святой палатой в качестве членов особого подразделения ордена Святого Доминика — так называемого третьего или третичного ордена, членство в котором давало определенные преимущества — освобождение от налогов и бенефиций (лат. beneficium — благодеяние), запрещающий гражданскому суду возбуждать против членов этого братства какие бы то ни было дела» (курсив — Б. П., Е. П.) [89, с. 184].

«Естественно, количество членов приходилось ограничивать — столь значительно было число желающих завербоваться» [89, с. 184].

— «19-й Вселенский собор (заседавший с перерывами с 1545-го по 1563-й год) осудил продажу индульгенций. Однако отцы Церкви продолжали ими торговать и после этого собора» [53, с. 41].

Третий рейх. «Согласно распоряжению, подписанному в 1933 году первым лицом Третьего рейха — «О защите народа и государства», гестапо получило огромную власть: ему предоставлялось право (курсив — Б. П., Е. П.) прослушивать телефонные разговоры, вскрывать почтовые отправления, производить обыски и аресты без соответствующего правового обоснования и… (конечно же, как же без этого! — Б. П., Е. П.) конфисковать имущество.

Численность сотрудников гестапо с 1933 года по 1935 год возросла в 20 (двадцать) раз. Бюджетные ассигнования на содержание кадрового аппарата гестапо — в 40 (сорок) раз [85, с. 40–42]: служебное рвение и рьяное усердие заслуживают соответствующего поощрения и вознаграждения.

Первый рейх. «Друз (сын императора Тиберия. — Б. П., Е. П.) был уморен голодом во дворцовой темнице. Пытка голодом продолжалась несколько дней, последние из которых прошли в агонии, и пленник даже пытался есть солому из своего матраца» [2, с. 79].

— «Калигула предпочитал свои жертвы убивать медленно, дабы дать несчастным почувствовать, что они умирают» [2, с. 404].

— «Галлиен (Публий Эгнатий Галлиен — римский император. — Б. П., Е. П.) Вериску: «Терзай, убивай, руби, пойми мое настроение, пропитайся моим гневом; все это я написал своей собственной рукой» [104, с. 662].

Второй рейх. «Эсперандо и Урансо вместе отправили на аутодафе 30 июня 1486 года — уже седьмое в Сарагосе в том году.

Эсперандо протащили по городу в клетке и отрубили ему руки на ступенях кафедрального собора, после чего раздели и четвертовали…

Хуан де Абадиа избежал участи в спектакле правосудия Святой палаты, покончив с собой в тюрьме — съел стекло от лампы» [89, с. 179–180].

— «Незадолго перед сожжением Сервет обратился к членам магистрата: пусть прежде, чем предать огню, ему отрубят голову. Об этой милости (курсив — Б. П., Е. П.) он просит на коленях. К нему тут же подскакивает один из помощников Кальвина: «Если отречешься, тебе окажут эту милость». Сервет выпрямляется во весь рост.