Чтение онлайн

— Я завтра приеду.

— Что это ты надумала?

— Ты моя мама…

— Приятно, что спустя столько лет ты наконец об этом вспомнила.

— Это несправедливо, и ты это знаешь.

— Я знаю одно: в настоящий момент я не нуждаюсь в твоем обществе, Джейн.

Я хотела бросить все и отправиться к матери немедленно, но не смогла из-за учебного расписания и трудностей с поисками ночной няни. В то утро, когда приехала Кристи, мне в офис позвонил доктор Сэнди Янгер.

— Ваша мать дала мне этот номер, — сказал он, — некоторое время назад, когда мы начали сеансы химиотерапии. Она велела позвонить только в том случае, если дело явно «пойдет к финалу».

Его слова застали меня врасплох. Хотя я и знала — догадывалась на основании скудной информации, полученной от мамы, — что ее болезнь смертельна, но, услышав об этом прямо от врача, почувствовала, как костлявая ледяная рука сжала мне горло.

— Сколько ей осталось? — сдавленным голосом спросила я.

— Может, месяц, не больше. Я бы на вашем месте постарался появиться здесь как можно скорее. На этой стадии заболевания ситуация может ухудшиться стремительно. Простите, что лезу, может быть, не в свое дело, но мне показалось, что вы с матерью в разладе…

— Она так решила, не я, — услышала я собственный голос.

— У каждой такой истории есть две стороны. Но хочу дать совет: примиритесь с ней сейчас. Вам потом будет куда легче перенести все, если сумеете закрыть это дело…

Он так и сказал: «закрыть это дело». Выражение, которое приводит меня в бешенство, поскольку допускает мысль о том, что можно на самом деле перешагнуть через какие-то вещи, что ощущение непоправимой потери и боли можно вот так просто уложить на полку, сдать в архив в папочке с надписью «Пройденный этап». Закрыть можно шкаф, но с людьми такое не проходит.

— …закрыть это дело до ее кончины.

— Хорошо, я буду завтра, — пообещала я.

Когда я пересказала все это Кристи, она без раздумий сказала:

— Не беспокойся насчет ночей. Езжай спокойно, я побуду с Эмили, пока ты не вернешься.

— Я тут думала, может, мама захочет наконец познакомиться с внучкой.

— Когда у меня умирал от рака отец, в последние дни он и меня-то с трудом узнавал. И вообще, если до сих пор твоя мама не проявляла никакого желания взглянуть на Эмили, зачем тащить туда маленькую девочку, да еще и пугать зрелищем умирающего человека? Пожалей ее, избавь от таких впечатлений в раннем детстве.

Я согласилась с этими доводами и на другой день поехала в Стэмфорд одна. На всем протяжении этой трехчасовой поездки на юг я не чувствовала ничего, кроме ужаса, и не только потому, что представляла маму на последней стадии рака, но и от мысли, как легкомысленны мы были и сколько времени потратили впустую, живя с ней на одной земле. Мы не научились приносить друг другу радость, не сумели сделать решающий шаг от неприязни к любви. Между нами всегда стояла обида. Мы обе знали это — всегдазнали, — но так и не смогли найти способа это исправить.

И вот теперь…

Мама лежала в трехместной палате онкологического отделения. Низко наклонив голову, я прошла мимо двух других больных, которых почти не было видно за проводами и трубками, кабелями, электронными мониторами и прочими приспособлениями для поддержания жизни. Мама, напротив, была почти свободна от подобных атрибутов высоких технологий — только два проводка, отходящих от обеих ее рук, да монитор, тоненько выводящий « бип-бип-бип» в ритме ее пока еще бьющегося сердца.

Ее внешний вид меня поразил. Как я ни готовилась увидеть ее на пороге смерти, все равно это было полной неожиданностью — так сильно она изменилась. Она не только полностью лишилась волос, но вся стала меньше, будто съежилась, пепельно-серая кожа туго обтягивала усохший череп. Когда мама открыла рот, я увидела, что у нее осталось всего несколько зубов. Болезнь одержала победу, отняв у нее все. Но как только я присела рядом с кроватью и взяла иссохшую, но все еще теплую мамину руку в свою, мне немедленно стало ясно, что чувства ее ко мне нисколько не ослабли.

— А… ты явилась посмотреть финал, — прошелестела она.

— Я приехала повидать тебя, мама.

— И не привезла свою дочь с собой. Это был единственный мой шанс ее увидеть, но ты меня его лишила…

Не заводиться, не заводиться…

— Никто не лишал тебя возможности увидеть ее, — тихо сказала я, — ты сама от этого отказывалась.

Мама высвободила свою руку из моей.

— Это с какой стороны посмотреть, — шепнула она.

— Мне просто показалось, что сейчас не самый подходящий момент везти Эмили…

— На днях звонил твой отец, — перебила она.

— Что?

— Что слышала. Мне звонил твой отец. Сказал, что уход от меня был ошибкой, самым ужасным решением в его жизни, и что он возвращается в Стэмфорд, чтобы снова на мне жениться… прямо здесь, в больнице…

— Понятно… — Я постаралась говорить спокойно. — А откуда папа тебе звонил?

— Из Манхэттена. Представь, он теперь управляющий в очень крупной компании. Все гадости, которые про него рассказывали… в общем, все это оказалось ложью. Я с самого начала это знала. Не просто ложью, Джейн, — клеветой.Но правда всегда выйдет наружу, и сейчас твой отец снова на коне. Он прибудет завтра, чтобы повторно заключить со мной союз.