Чтение онлайн

– Мне показалось, что вы к нему питаете некую антипатию, - проронил наконец Абурхад.
– Стоит ли руководствоваться эмоциями в серьезных делах?

– Ваш Нариман не барышня, да и я не кавалер, - парировал Кин.
– Эмоции тут ни при чем, просто я далеко не в восторге от его профессиональных качеств.

– Ну, идеальных людей на свете нет...

– Согласен. Однако существует деление на талантливых профессионалов и, прошу прощения, их полную противоположность.

– Именно так, без полутонов?

Ввязываться в общетеоретическую дискуссию смысла не имело, а выкладывать обнаруженные факты, свидетельствующие о недобросовестности Наримана, Кин счел преждевременным.

– Что касается вашего шефа контрразведки, разговор о нем я предпочел бы перенести на другое время. Конкретнее говоря, после того как обобщу результаты проводимой инспекции.

– Пожалуйста, как вам будет угодно, - охотно согласился Абурхад.
– Могу ли я узнать, как продвигается ваша работа?

– К сожалению, пока я не получил полного доступа к имеющейся здесь информации, - выпалил Кин.

Продолжая сидеть в расслабленной позе, командир гарнизона несколько насторожился.

– Позвольте, насколько мне известно, у вас были некоторые проблемы с секретной сетью кадрового отдела, но их сразу же уладили по вашему первому требованию. Разве не так?

– Так, но я имею в виду другое обстоятельство. Надеюсь разрешить это маленькое недоразумение с вашей помощью.

– Конечно. Слушаю вас, инспектор.

Кин чуть помедлил, словно ему предстояло броситься вниз головой в воду с головокружительной высоты. Невесть почему им исподволь овладело зябкое ощущение того, что предстоит сделать необратимый рискованный шаг.

– Оказывается, в вашей компьютерной сети сервер лаборатории занимает исключительное положение, - медленно заговорил он.
– С ним объявлен анизотропный режим обмена, причем совершенно противоположный тому, какого следовало бы ожидать. При взгляде со стороны может показаться, что именно лаборатория концерна представляет собой стратегический военный объект, а частным владением штатских лиц является вверенный вам гарнизон.

– Вы хотите сказать, что лаборатория не имеет стратегического военного значения?
– За неимением лучших возражений Абурхад попробовал запутать разговор, цепляясь к словам.

– Я хочу сказать, что здесь гражданский объект почему-то имеет информационный приоритет в контакте с военной структурой. Признаться, впервые сталкиваюсь с таким необычным положением дел, и это, по-моему, совершенно недопустимо.

Командир гарнизона снял ладони с подлокотников и небрежным жестом выставил их вперед, словно бы снисходительно ограждая себя от чересчур энергичного натиска.

– Давайте будем исходить из конкретной обстановки,.- предложил он.
– Мне кажется, вы несколько сгущаете краски, инспектор.

– Ничуть, просто называю вещи своими именами, - возразил Кин.
– А именно, сотрудники лаборатории имеют полный беспрепятственный доступ к любой информации, однако сами делятся с военными лишь тем, что соизволят им раскрыть. Мне хотелось бы знать ваше отношение к этому факту.

– Сетевые приоритеты распределены по взаимному соглашению между сторонами в целях соблюдения секретности, - невозмутимо разъяснил Абурхад.
– Позвольте напомнить, что, кроме военных тайн, существуют еще и коммерческие.

– Проект целиком финансируется из бюджета вооруженных сил, - не уступал Кин.
– Соответственно, мы вправе иметь полный доступ ко всем данным.

– Теоретически да. Но представьте, что любой унтер сможет на досуге скопировать сведения, за которые конкуренты концерна готовы выложить миллионы. Я нисколько не преувеличиваю, угроза промышленного шпионажа слишком реальна, чтобы ею пренебречь.

– Насколько мне известно, здесь раздолье не только для промышленных шпионов, - не преминул подпустить шпильку Кин.

– Раз вы и это знаете, к чему лукавить, - с досадой поморщился Абурхад. Само собой, еще и поэтому мы вынуждены предпринимать повышенные меры предосторожности. Иначе вы же первый забили бы тревогу, разве нет?

Оставив риторический вопрос без ответа, Кин упрямо продолжал докапываться до сути дела:

– Позвольте узнать, как давно был введен анизотропный режим обмена с лабораторией?

– С самого начала ее работы здесь, в начале позапрошлого года по вселенскому календарю.

– Однако о деятельности имперского шпиона стало известно лишь полгода назад.
– Расставленный Кином логический капканчик захлопнулся.
– Значит, причина в другом, не так ли?

По усталому лицу Абурхада скользнула легкая тень недовольства.

– Давайте не будем путаться в простых вещах, инспектор, - веско промолвил он.
– Только что я вам объяснил причину, она предельно проста. Ценность информации на сервере лаборатории неизмеримо выше по сравнению с нашей. Соответственно этому распределены приоритеты доступа.

– Меня интересует, на каком уровне было принято это решение.

– По согласованию между мной и руководителем лаборатории. Можете отметить это в своем отчете.

– Непременно так и сделаю, - пообещал Кин.

– Если же говорить о конкретной процедуре выхода на лабораторный сервер, до сих пор она не вызывала нареканий, - добавил Абурхад.
– Те, кому нужно, беспрепятственно получают все, что им нужно, достаточно сделать запрос дежурному лаборанту.

– Меня это не устраивает.
– Кин протестующе вскинул руку.
– Во-первых, чтобы сделать запрос, нужно иметь полное представление об имеющейся на сервере информации, поэтому получается порочный круг. Во-вторых, при таких условиях темпы работы существенно снизятся, и мне придется потерять уйму времени, а сроки поездки достаточно жесткие.