Чтение онлайн

— Доброе утро, — сонный голос застал Луизу врасплох.

Краска залила щеки, и она отвела глаза.

— Прости, я пялилась.

— Да. Мужчины ненавидят, когда женщины любуются их мышцами, — Конор театрально вздохнул. — Мне одеться?

И что ей ответить?

— Если хочешь...

В его глазах разлилось веселье.

— Меня больше интересует, чего хочешь ты, — Конор понизил голос до хриплого шепота.

«Ох!» Все тело охватил жар. Луиза отодвинула одеяла. Уже включили отопление?

— Если ты снимешь рубашку, будем в расчете, — пошутил он.

— А разве не нужно покормить или выгулять собаку?

Конор повернулся на бок, лицом к ней.

— Кирра уже изволила позавтракать и совершить утренний моцион.

Услышав свое имя, собака, развалившаяся на краю кровати, подняла голову и повиляла хвостом.

Луиза была тронута такой заботой.

— Спасибо. Она поела?

— Немного. Я даю ей время до понедельника, а потом к ветеринару.

Конор изучающе смотрел на ее лицо. «Ох, ее лицо!» Луиза коснулась челюсти, почувствовав припухлость. Можно представить, что там…

Он поймал ее ладонь и поцеловал.

— Выглядишь прекрасно.

— Откуда ты знаешь, о чем я думаю?

— У меня сестра, помнишь? Синяк наверняка болит. Я принесу лед, — мышцы его груди и живота напрягались, когда он двигался.

Луиза старалась не пялиться, но тщетно.

— Мы с Киррой купили завтрак, пока гуляли. Я принесу еду, а потом ты сможешь выпить аспирин, — Конор придвинулся к краю кровати, потянулся и встал. Оглянувшись, он поймал ее взгляд. — Я не стану надевать футболку, — и улыбаясь вышел из комнаты, все еще полуобнаженный. Луиза увидела его широкую и мощную спину, и этот вид вызвал такое желание, что забылась боль от синяков.

Луиза упала на подушки. Конор был не первым, кого она видела без одежды, но никто не имел над ней такой силы. Под этими мышцами скрывалось большое и доброе сердце, и это заставляло Луизу трепетать. Красивое тело в довесок к щедрой натуре — разве может быть она против такого сочетания?

Если бы она не чувствовала себя такой больной…

Тогда что? Вместо завтрака, они занялись бы кое-чем другим?

Почему нет? Конор явно хотел того же. Оба были свободны. У Луизы давно никого не было, но секс всегда ей нравился. Он никогда не был для нее проблемой. Проблема была в эмоциональных ожиданиях, которые возникали от физической близости. Она предпочитала кратковременные отношения, но многие мужчины хотели их развития. Хотели брака, детей и тех чувств, которые Луиза не могла себе позволить.

Она понимала, что секс с Конором будет значимее, чем все, что она испытывала в прошлом. Справится ли она? Или он станет очередным провалом? Пойдет ли она на риск причинить ему боль?

С этими печальными мыслями Луиза села. Ее конечности отекли. Боль пульсировала в челюсти, но она чувствовала себя лучше, чем ожидала. Сегодня была суббота. На работу не нужно, поэтому она может провести в кровати целый день…

Суббота.

«О, нет».

— Что случилось? — Конор вошел в спальню с двумя чашками кофе и белым пакетом из пекарни.

— Сегодня благотворительное мероприятие в музее, — она прижала забинтованную ладонь ко лбу.

— Полагаю, тебе придется отказаться, — он поставил кофе на прикроватную тумбочку.

Луиза свесила ноги с края кровати.

— От этого вечера многое зависит.

— Помедленнее, — Конор взял ее за руку, чтобы помочь встать на ноги. Его хватка была крепкой и надежной, а вот пол качнулся под ее ногами, будто корабль в шторм. Конор окинул ее встревоженным взглядом. — Голова кружится?

— Нет, — соврала Луиза и похромала к ванной, стараясь держаться прямо. Она включила свет и посмотрела в зеркало. «Фу». Челюсть опухла, синяк тянулся от подбородка почти до самого уха. Ей повезло, что зубы остались на месте.

Ладони были в лучшем состоянии, да и ободранные колени можно было скрыть брюками, но лицо… Тут придется хорошо постараться с макияжем.

— Учитывая, что недавно ты пропахала асфальт, выглядишь неплохо, — Конор прислонился к двери. — Почему тебе просто не объяснить все боссу? Уверен, он поймет.

— Музей зависит от пожертвований, — Луиза чистила зубы. — Это первое серьезное мероприятие, с тех пор как я пришла в него работать. Открытие выставки «Кельтский воин» — самое большое событие этой осени. Мне нужно быть там, рассказать о себе и моем проекте. Меценаты захотят узнать, на что идут их деньги.

А еще она не доверяла директору. Что он скажет в ее отсутствие?

Конор покачал головой.

— Значит, все еще хочешь пойти?

— Выбора нет, — Луиза вытолкала его из ванной и закрыла дверь. Когда она вышла, Конор, устроившись на кровати, пил кофе, словно каждое утро проводил в этой спальне. — Я не хочу потерять эту работу.

Конор огляделся.

— Тебе действительно нужно работать?

— Это все не из-за денег. Мне нравится мое дело.

Кроме того, отец будет разочарован, если она снова потеряет работу. Как бы он к ней относился, если бы она просто прожигала жизнь? Управляла бы своим трастовым фондом, проводила светские благотворительные мероприятия? Карьера была смыслом ее жизни. Идея оставить все это приводила Луизу в замешательство.

Он ткнула пальцем в свой подбородок.

— Думаешь, можно снять отек к вечеру?

— Возможно. Держи голову выше и прикладывай лед.

— Это поможет?

— Должно. Когда я занимался боксом, после каждого боя клал лед на лицо. Уж поверь, оно выглядело намного хуже, — Конор потянулся к футболке.

— Я видела фотографию в прессе. Это ужасно. — Впрочем, даже избитый, он был сексуален. — И они связали стычки с хозяином Кирры и Хитом, выставляя тебя в худшем свете.

— Дэмиан сказал, что именно этим они и будут заниматься, — Конор скривился. — Мне нужно заехать к Джейн и забрать свои вещи. В моей квартире полная разруха. Справишься тут сама?

— Я в порядке.

— Ладно. Я принесу обед. Хочешь что-нибудь особенное?

Луиза подвигала ноющей челюстью.

— Что-нибудь мягкое.

— Я быстро, — Конор нежно поцеловал ее в здоровую щеку и ушел.

Луиза прижимала лед к лицу двадцать минут, потом схватила ноутбук и притащила его к кровати. Затем легла и включила его. Кирра запрыгнула на одеяло и растянулась рядом.

Луиза проверила почту. Двадцать сообщений и письмо от отца с пометкой «Маршрут». Она щелкнула по нему и скопировала детали визита в календарь. Живот скрутило. Что отец хочет ей сказать? Луиза посмотрела на часы. Девять часов утра. В Стокгольме — день. Время их еженедельного разговора по телефону. Уорд Хэнкок придерживался строгих правил. По субботам он работал у себя в кабинете. Если повезет, она застанет его относительно трезвым.