Полярная станция
Шрифт:
Как игрок в шахматы, которому сделали шах, когда он сам намеревался совершить последний победный ход, Шофилд почувствовал, как голова его пошла кругом.
Что они намеревались сделать?
Каков был их план?
В конце концов, у него больше не было времени на раздумья, так как, как только он услышал сообщение Санта Круза, на него обрушился град стрел. Он пригнулся и, обернувшись, увидел Гант на полу недалеко от него. Затем он повернулся к лестнице и до того, как он успел понять, что произошло, с лестницы соскользнула фигура и оказалась прямо перед Шофилдом. Перед ним лицом к лицу стоял француз, которого он знал как Жака Латисье.
Рикошет склонился над Матерью на складе уровня Е.
У нее были глубокие вены, и дело усложнялось тем, что Рикошет пытался сделать укол в очках ночного видения. Он сделал четыре неудачных попытки, прежде чем ему, наконец, удалось ввести лекарство внутривенно.
Сделав укол, Рикошет встал и уже собирался покинуть Мать, как вдруг в туннеле рядом со складом услышал чьи-то быстрые шаги.
Он замер на месте.
Прислушался.
Вскоре шаги утихли, проследовав вниз по южному туннелю.
Рикошет шагнул вперед, схватил дверную ручку и медленно, очень осторожно повернул ее. Дверь открылась, и Рикошет внимательно осмотрел туннель через свои очки ночного видения.
Он посмотрел налево в сторону бассейна. Небольшие волны бились о край площадки.
Затем он посмотрел направо в сторону длинного прямого туннеля, уходящего в темноту. Он сразу же узнал его, этот продолговатый южный туннель вел к буровой выработке.
Так как уровень Е был самым нижним уровнем станции, именно там располагалась буровая выработка — где ученые добывали ледяные керны для исследований. Учитывая глубину, которую использовали ученые, буровая выработка уходила как можно глубже в шельфовый ледник — к югу от станции ледяной пласт был самым глубоким. Выработка соединялась с основным комплексом станции при помощи длинного узкого туннеля, длина которого составляла не менее сорока метров.
Рикошет услышал, как шаги исчезали в глубине туннеля.
Секунду колебавшись, он поднял свой Мэгхук и последовал за ними.
Шофилд выстрелил из Мэгхука в Латисье.
Француз быстро отскочил, и захватный крюк пролетел прямо над его головой, ударившись о лестницу. Крюк сделал петлю вокруг ступеньки и крепко зацепился за нее.
Шофилд отбросил Мэгхук и поднял арбалет в тот самый момент, как Латисье направил на него свой.
Оба одновременно выстрелили.
Стрелы просвистели в воздухе, чуть было не задев друг друга.
Стрела Латисье попала Шофилду в плечо, защищенное бронежилетом. Стрела Шофилда ранила Латисье в руку, когда француз пытался прикрыть лицо от удара. Он застонал от боли, быстро перезаряжая свой арбалет здоровой рукой.
Шофилд взглянул на свое оружие.
У арбалета француза было пять продольных резиновых направляющих желобков, в которых оставались запасные стрелы, позволяющие быстро перезаряжать оружие. У Шофилда все желобки были пусты.
Десантник, у которого он забрал арбалет, видимо, уже успел использовать все из заряженных стрел кроме одной. Стрел больше не было.
Шофилд не колебался.
Он приблизился к французу и напал не него. Он сбил его с ног, и оба солдата повалились на площадку за лестницей.
Гант все еще лежала лицом вниз примерно в пяти ярдах от происходящего, когда увидела, как Шофилд напал на Латисье.
Она вскочила на ноги, собираясь помочь ему, но неожиданно по лестнице спустился еще один француз и преградил ей путь, уставившись на нее через свои очки ночного видения.
Рикошет медленно продвигался по длинному узкому туннелю.
В самом его конце была дверь, дверь на буровую выработку. Она была приоткрыта.
Рикошет осторожно прислушивался, приближаясь к двери. Через дверь он услышал слабые, шаркающие звуки. Кто бы не пробежал по туннелю мимо склада, он был там и чем-то занимался.
Послышался голос человека переговаривающегося по микрофону. Он говорил:
— Le piege est tendu.
Рикошет замер на месте.
Это был один из французских десантников.
Рикошет прижался к стене рядом с дверью и осторожно заглянул в комнату.
В очках ночного видения создавалось впечатление, что смотришь через объектив камеры. Сначала Рикошет увидел дверную раму, плавно переходящую вправо на его зеленом экране. И за ней открылась комната.
Он увидел мужчину, так же в очках ночного видения, который стоял прямо перед ним, нацелив свой арбалет ему в лицо.
Хотя француз, стоявший перед ней, и носил очки ночного видения, она сразу узнала в нем Кювье.
Жан-Пьер Кювье. Тот, который стрелял ей в голову из своего арбалета в начале конфликта. Даже теперь из ее шлема еще торчало острие той самой стрелы. Казалось, он даже улыбнулся, когда увидел, что перед ним оказалась та самая женщина, в которую он стрелял.
Сквозь зеленое облако, она увидела, что он выхватил свой арбалет и выстрелил.
Гант была в двадцати футах от него, и она успела проследить путь стрелы в воздухе. Она быстро отступила в сторону, заведя вооруженную руку за спину, но вдруг — почувствовала сильный удар по руке, когда стрела выбила из ее рук Мэгхук.
Прежде чем она поняла это, Кювье подскочил к ней, выхватив свой длинный охотничий нож, направляя его прямо к горлу Гант.
Последовал резкий звенящий металлический звук, когда лезвие ножа Кювье соприкоснулось с ножом Гант, который она успела достать.
Оба солдата на шаг отступили и начали осторожно обходить друг друга, готовясь к очередной атаке. Кювье держал свой нож лезвием вперед, Гант в сторону, как это делали спецназовцы. Оба были в очках ночного видения.
Внезапно, Кювье сделал выпад вперед, Гант отбила его сильный удар, но резко размахнувшись, когда они снова разошлись, француз смахнул очки ночного видения с ее головы.