Попаданка
Шрифт:
– Пошли в мой кабинет, – сказал мне строго.
Там, давши увесистую книгу, сел за секретер и что-то выписывая, часто макая заострённый кончик в чернильницу, долго скрипел длинным пером. Я же молча стояла рядом и терпеливо ждала. Потом он придавил испиcанный бумажный квадратик тяжёлым пресс-папье, подул на буковки и подал мне.
– Иди, милая, - сказал как-то задумчиво.
– Сегодня уже отдохни, а подсчёт по оброку к послезавтрашнему вечеру уж мне предоставишь.
Уже привычно угукнув в oтвет, я тихонько вышла, несильно прикрывши за собою дверь. Любопытство, что он там такое тем самым пером нацарапал, меня так и пожирало, и чуть отойдя, я развернула бумажку и прочитала:
«Сей билет дан села Благородского людям: Захару Кузьмину росту 2 арш. 5 вер. волосы темнорусыя, глаза кария, бороду стрижёт, лет 32, да Варваре Николаевне Синицыной росту 2 ар. 3 вер. волосы светло-русыя, брови тонкия, глазом чернява, лет 20, в удостоверение, что они
точно посланы от меня в Новопавловск по собственным моим надобностям, и потому прошу господ командующих на заставах чинить им свободный пропуск.
Благородский помещик Ф. Ф. Куликов».
* * *
Всё моё «барское» к утру ещё окончательно не просохло, и ехать я решила в сарафане. Выглядела в нём достаточно прилично, пусть и не настоящей барышней, но и не как простая крестьянка тоже. А чего тут такого? Дворовые девки по деревне и дому в куда худших платьях ходят, а моё новое и приличное даже очень.
– Так ты чего, тоже крепостная, раз он тебя в подорожную вписал?
– так и пронзил меня пристальным взглядом Захар, перед тем взявши написанную Фомой Фомичом бумагу и долго водя по ней пальцем.
– Ну вписал и вписал, ему так проще... да и мне тоже... Кому и чего я там объясняться буду?! – бросила ему, забираясь в запряжённую двумя лошадками бричку.
– Да... Барские дела нам неведомы, барин захочет, и из дворовой девки настоящую барыню сделает, а захочет и
из города барышню себе привезёт, – мне в такт прокряхтел Захар, беря вожжи и садясь рядом.
– Но, милыя! – хлестнул лошадей.
Чуть вздрагивая на кочках, бричка выехала из ворот, да покатила по неприметной дороге, густо поднимая колёсами пыль.
– Я ведь знаю всё про тебя и Праську... – через какое-то время сказала я.
– Сама рассказала?
– скосил Захар в мою сторону злобные глаза.
– Да видела я её, из кладовой твоей выходящей...
– Выходит, догадалась...
– Как ты думаешь, если я барину и про тот случай со мной, а самое главноe, про тебя и Праську расскажу, да он её пред свoи светлые очи вызовет, сможет ли она не признаться?
– Разболтает, конечно... – выдержав паузу, громко проскрипел зубами Захaр.
– Только у нас полюбовно всё... Ну выпороть меня прикажет, за то что девку попортил... Жениться на ней заставит... С управляющих всё равно не уберёт! Кого тогда поставит?
– Да думаю, найдётся кого...
– Сама в ключницы метишь...
– недовольно сплюнул он за край брички.
– Аль вообще в барыни?
– Никуда я не мечу, - сказала спокойно. – Предупреждаю просто...
– А давай мировую заключим, – взволнованно продолжал Захар.
– Ты в мои дела не лезешь, я же тебя больше и пальцем не трону, поблажки всяческие делать стану, туфли вон барские сегодня новые подарю, а то твои царапанные уже все...
– А подари! – лукаво заявила я.
– Да купишь мне за барские деньги сегодня всё, что захочу! Да не бойся, сильно тратиться не заставлю, понимаю ведь, что перед барином отчёт за каждую копеечку держать будешь.
– Так договариваемся тогда?
– прищурено посмотрел на меня Захар.
– Но ты ведь понимаешь, что она и понести от тебя может? Тогда как скрываться-то станете?
– К знахарке нашей, Прасковье сведу, выведет у неё всё...
– Лучше не надо, - устраиваясь поудобнее на жёстком сидении, я случайно коснулась своей скрытой под юбкoй коленкой до Захаровой ноги, и, надеясь, что он не удумает себе многого, немного отодвинулась. – Опасно это, - продолжила пару секунд спустя.
– Помереть она может... или никогда больше не родить... Девка-то она хорошая, взял бы уж её в жёны!
– Подумаю я над тем... – насуплено кивнул Захар.
– Я вот про барина у тебя кое-что спросить хочу... Честно ответишь? – чуть повернувшись в его сторону, я пристально посмотрела в лицо своего задумавшегося собеседника.
– ?тчего ж не ответить... Отвечу... – как-то невнятно пробубнил он.
– А бывает, что барин наш, Фома Фомич, дворовых девок к себе зазывает, ну сам понимаешь, для чего?
– Не было за ним ничего подобного, - убеждённо покачал Захар головой.
– Разве за то, как в Новопавловск, аль куда ещё ездил, не скажу. Есть в горoде заведение, куда частенько господа захаживают. «У мадам» называется... Да знаешь и ты, поди, о таких мадамах...
– Наслышана, – кивнула я.
– Раз уж мировая между нами, то и ты честно скажи, ведь не родня-то барину?
– спрашивая, Захар как-то хитро прищурился.
– Нет, не родственница... – уже не стала я врать.
– Пожалел просто меня, сироту, и взял в дом. А почему бы и нет? Я грамотная, как считать, так читать и писать умею, причём, куда скорее тебя. Баланс при надобности могу подбить. Вот вчера мне Фома Фомич книгу учёта дал, чтобы я ревизию по оброку сделала.
– Непонятно, мудрёно ты говоришь! Так понимаю, паспорту нет у тебя, с жёлтым билетом верно барин-то наш тебя с другого городу привёз, вот и вписал в подорожную, словно крепостную, чтоб не узнал никто...
– Да думай и понимай, что хочешь, – здесь отмахнулась я от него. – Главное, про нашу мировую не забывай!
Вдруг рядом раздался сту? копыт. Нашу бричку окружили несколько верховых в голубых мундирах и с саблями на боках. Жандармы... Как-то сразу догадалась я.
– Тпру! – натянул вожжи Захар.
– Бумаги покаж! – грозно рявкнул с виду самый важный из них, седоватый и с лихо закрученными кверху уcами.
Повернувшись в его сторону, Захар натянуто улыбнулся.
– Здравствуй, Захар! – сказал усатый жандарм.
– Эт что с тобой за краля такая?