Чтение онлайн

Я достал из кармана найденный телефон, набрал номер "скорой". Плевать, что телефон заблокирован. И точно — экстренные службы оказались доступны.

— Радиальная трасса четыре, поворот на Факел, срочно. Автобус с пассажирами. Авария.

Отключил связь прежде, чем успели задать вопрос. Чем быстрее приедут, тем лучше, а тон у меня, кажется, был вполне убедительным.

И я, скорее всего, не помогу Рыси… еще и придумать не сумел, как, а теперь уже не придумаю. Но Рыси вряд ли грозит смерть… буду надеяться, что не грозит. Потому что иначе я все равно выберу тех, кого больше — беспечных мальчишек и девчонок там, у каменного факела. Принцип меньшего зла, так, кажется, это зовется?

Дурак он был, тот, кто такое придумал. Прав, но дурак.

Сумерки. Серое бетонное полотно. По обочинам — невысокий кустарник, будущий перекати-поле. Чистенький новый автобус, в сине-белую полоску — летит, фары включены.

На мгновение мне стало плохо. Приступ тошноты подкатил… Тогда, полгода назад, я ничего не успел понять. Теперь понимал, какой фарш должен остаться от нас с Ромашкой.

Но так, наверное, честно.

Автобус приближался — мне казалось, очень быстро. Моя собственная скорость меня не заботила — тот отрезок, что я пролечу здесь, там будет половиной версты, по гладкой дороге — достаточно, чтобы разогнаться. Ромашка, похоже, рвался вперед… я на миг сжал руль.

Правое переднее колесо, лучше всего — так, скорее всего, не пострадает ни водитель, ни пассажиры.

Всё.

Лаверта

Автобус развернуло, будто невидимая лапа схватила его и сбила с направления — он сошел с трассы, левыми колесами замолотил по гравию обочины, не удержавшись, повалился набок, перевернулся.

Раздались крики, испуганные сойки кружили над растущими неподалеку соснами.

По шоссе мчалась "скорая".

Мики

Я открыл глаза, понял, что сижу, прислонившись к стене. На меня смотрел Адамант, очень серьезно, молча.

Я облизнул губы, не в состоянии говорить. Адамант начал первым:

— Два человека попали в больницу — водитель автобуса и пассажир. Ничего особо серьезного. Остальные отделались ссадинами и синяками.

— Хорошо…

— В последние доли секунды я забрал тебя и Ромашку оттуда. Вы принадлежите этой трассе больше, чем той. Но память среды сильна — мир не успел понять, что вас уже нет. Автобус отлетел в сторону, как ты и хотел. Эксперты решат, что водителю удалось каким-то чудом справиться с управлением.

Ответить хотел — а что отвечать? Спасибо ему сказать, наверное — надо… я правда рад, что еще живу…

Он налил воды в граненый стакан, шагнул, протянул мне. У меня рука дрогнула, половину я пролил себе на колени. Хотел вернуть стакан, но пальцы разжались, негибкие и скользкие — сосиски, не пальцы. Стекло стукнуло об пол; хоть не разбилось. Потом бы пришлось осколки выметать — трудно, тут весь пол в сучках и щелях.

— К солнцу хочу… Снег, дождь… не могу больше.

Сообщение от Службы охраны порядка Лаверты

В связи с увеличившимся количеством происшествий и беспорядками, вследствие систематической угрозы здоровью граждан и нарушении нормального ритма жизни, ради защиты жизни и имущества горожан принято к действию постановление о введении чрезвычайного положения на территории региона, поскольку устранить опасность иными способами невозможно.

Перемещения по городу после 11 часов вечера и до 6 часов утра без уважительной причины будут жестко пресекаться, собрания на улицах в количестве более десяти человек будут приравниваться к несанкционированным митингам.

Помимо вышеназванных мер, будут формироваться добровольные отряды, которым предоставят телефонную связь, видеокамеры, огнетушители и другие технические средства. Их целью ставится патрулирование улиц. Ими допускается временное изъятие у граждан огнестрельного и холодного оружия, боеприпасов, у организаций и предприятий — учебной военной техники, взрывчатых, радиоактивных веществ, сильнодействующих химических и ядовитых веществ.

Мики

Про лабораторию с названием "Рубин" я как-то слышал от своего отчима — то есть, название слышал. А про извлеченную из кокона Пленки субстанцию, влияющую на свертываемость крови, мне сказал Адамант. Он после моей, как он говорит, выходки у Факела, стал более человечным, что ли. В Лаверте я видел патрули на улицах, взял пару газет…

Будет война? — спросил у него, а он плечами пожал. Я и сам не поверил в то, что спросил. Война…как Тара-Куино, вроде и рядом, но пропастью отделено. Там — временной, тут — не знаю даже… тем, что Лаверта — мой город, наверное. Ну не идиоты же в самом деле — люди…

А он рассказал мне про Ная — то, чего я не успел понять сам. С неохотой, я видел, он громадное сопротивление преодолевает, внутреннее… им вмешиваться запрещено?

Так он что, считал, что я выслушаю — и не вмешаюсь? Ну так я же — не он, не ангел, или кто там… я "поросенок между землей и небом", мне все равно.

Я думал, что разревусь. Показалось — из-за меня… я нашел ту проклятую штуку. Лучше бы сдохнуть там, на развалинах, шею себе сломать. А нетушки, мы будем псевдо-жить долго и счастливо, пока не понадобимся Пленочке драгоценной.

— Стой, ты куда? — он окликнул меня, безнадежно. А мотор у Ромашки завелся, похоже, сам… не помню, как я это сделал. Ну и к лешему всё!

Поначалу я думал только о Рыси. Никогда не воспринимал всерьез высокие слова о дружбе, клятвы до гроба стоять стеной друг за друга… да пошли они лесом, красивые слова! Пошли далеко и надолго!

Не знаю, почему я ополчился на ни в чем не повинные изыски риторики — наверное, потому что понял, куда должен ехать в первую очередь.