Чтение онлайн

— А… — я понял, что всё-таки согласия не ожидал. Хотел, чтобы поуговаривали? Нет… просто как-то так сразу…

Вспыхнули фары Ромашки. Оранжево-золотые, замерцали, отсчитывая секунды. Я хотел попросить Адаманта — прекрати это… потом передумал. Он не из тех, что устраивают психические атаки. Значит, так нужно. А Ромашка все равно мой. Уж как-нибудь перенесу.

Поэтому я сначала зажмурился, а потом открыл глаза и смотрел. Потом фары перестали мигать, и я повел взглядом по сторонам — радужные зайчики прыгают, и ничего толком не разглядеть. Жаль… даже в мокрой дороге и сухих чахлых кустиках есть что-то родное. С чем можно проститься… хватит.

Я вернулся в домик и сел, ноги отказывали. И Адамант сел напротив. Молчали мы долго, будто перед дальней дорогой. Адамант ждал, я не мог понять, о чем он думает.

— Вот еще что… — почувствовал себя глупо, но решил договаривать, раз уж раскрыл рот. — Я сам выбрал, но всё же — не мог бы ты кое-что сделать, если я попрошу?

— Последнее желание? — мускул на его щеке дрогнул, но голос прозвучал вполне обычно, довольно-таки едко:

— Чего ты хочешь?

— Мороженого… — сам понял, насколько жалко прозвучала шутка. Кстати, мороженого и впрямь хотелось. Причуды Пленки?

— Помоги Айшану. Ты говорил о пропасти… так помоги. Он хороший товарищ… но ему самому не вырваться. Пусть его просто не трогают, ладно? С Наем они вместе сейчас, я верю, они справятся, но потом… ведь Службы обычно не отпускают своих, особенно тех, кто пошел против.

— Мики, он тоже выбирает сам.

— А он и выбрал… Или обязательно лезть под пули, чтобы освободиться?

Адамант долго молчал. Послышалось тиканье часов — я даже оглянулся.

Потом он сказал:

— Хорошо.

Я помялся немного, потом спросил:

— Адамант… Что со мной было бы… там?

— А что будет, не хочешь знать? Каково то, что ты выбрал, на самом деле?

— Не хочу. Смерти я не боюсь. Глупо — после всего…

— Боишься, — очень мягко и очень по-человечески сказал Адамант.

Он никогда не прикасался ко мне. А сейчас обнял. Запах тоже был — человеческий. Немного сырой плащ… снаружи-то морось.

Зарыться лицом и не двигаться, будто рядом с отцом — настоящим, которого я узнать не успел.

Трасса

Мики не произнес больше ни звука. Больше всего походил на испуганного щенка, не знающего, погладят или ударят.

— Я уважаю твой выбор, — сказал Адамант.

Они вышли наружу — Мики невольно прищурился. По-прежнему сыро, только белесое небо яркое очень. Отвык тут, на трассе, от подобного.

Пленка что-то подозревала, или, скорее, чувствовала. Не шевелилась — как бы она могла? — но вся напряглась, больно было двинуться. Мышцы — каменные будто. Казалось, еще немного, и кровь застынет.

Мики зашипел невольно, сквозь зубы — неприятно до жути… впервые ощутил, что его тело делит с ним самим иное существо, непонятное. Но оно в своем праве, что пытается противостоять неизбежному. А сам бы — не защищался? Как в подворотне на "волчат" напоролся, так сразу хорошим мальчиком перестал быть…

— Да не тяни ты… — это к Адаманту. Несправедливое — только выйти успели.

— Поспешишь — людей насмешишь. Не смотри.

Мики закрыл глаза, не видел — может быть, Адамант поднял руки и из ладоней вылетела голубая молния, а может, ничего не было. И рук никто не поднимал, и вообще — никаких эффектных жестов, сияний, или прочей атрибутики "потустороннего".

Рывок ощутил — будто под наркозом выдрали зуб.

И слабость — ему показалось, что вместо тела осталась одна оболочка. Даже стона не получилось. Упав на колено, уперся ладонями в бетон трассы. Отнял одну ладонь, пытаясь оттолкнуться и встать. Стыдно было — так показать беспомощность свою. И больше всего не хотелось, чтобы Адамант принял это за согласие пойти-таки с ним.

— Не вставай, — услышал ровный прохладный голос. — Не двигайся.

Мики ощутил облегчение — Адамант сдержит слово.

Кивнул, и замер. Это в детских фантазиях умирать надо обязательно стоя, глядя смерти в лицо. А здесь нет врагов, да и со смертью он успел сродниться.

Хоть и ждал, небытие пришло все-таки неожиданно и настолько быстро, что понять ничего не успел.

Новости от газеты "Городской обозреватель"

В ночь с 29 на 30 апреля в Лаверте и пригороде обстановка была относительно спокойной. Зафиксированы три хулиганских нападения, пострадала машина следователя окружного суда — в нее бросили бутылку с горючей смесью.

Один человек доставлен в клинику с черепно-мозговой травмой. Он был обнаружен патрулем возле фонтана Аста-Уэно. В сознание не приходил и никаких подробностей сообщить не может.

30 апреля в здании городской Ратуши прошла встреча глав администрации Лаверты с полномочными представителями Пламенной и округа Юта. Рассмотрено предложение о добровольном вхождении Лаверты в состав одного из округов.

Адамант стоял один на шоссе, поглубже в карманы спрятав плотно сжатые кулаки. Снегопад сначала усилился, затем резко прекратился — снежинки, ровным слоем лежащие на светлом плаще, не таяли.

Неподалеку от трассы отходила неширокая грунтовая дорога, и на ней снега не было — по обочинам ее росла невысокая ломкая трава, тронутая морозом.

Адамант смотрел прямо перед собой, туда, где шоссе сливалось с туманом. Ему не понадобилось идти, чтобы оказаться здесь… и чтобы перенести сюда Мики. Тот лежал на асфальте — сразу став хрупким, чуть не бесплотным.

Адамант стоял долго; наконец, с усилием стряхнув с себя оцепенение, повернулся к лежащему — отводя взгляд. Поднял юношу, осторожно, будто и впрямь изделие из стекла — и без малейшего напряжения.