Чтение онлайн

– Очень на него похоже, – согласился я.

– Вы были правы, когда писали, что он психически ненормален.

– Особенно сомневаться не приходилось.

– По тому, как он обращался лично с вами?

– Да.

Бекетт с любопытством взглянул на меня и спросил:

– А все-таки интересно, что за жизнь у вас была в конюшне Хамбера?

– Что за жизнь? – Я усмехнулся. – С жизнью на курорте я ее сравнивать не стал бы.

Он подождал – думал, что я продолжу, но я молчал. Тогда он спросил:

– Это все, что вы можете сказать?

– Думаю, что да. Сыр очень вкусный.

Мы выпили кофе, а потом из бутылки, на которой стояло имя Бекетта, налили в стаканы бренди и тоже выпили. А потом не спеша зашагали обратно к его кабинету.

Как и раньше, он с удовольствием опустился в кресло и удобно откинулся в нем, а я снова разместился напротив, по другую сторону стола.

– В ближайшее время вы собираетесь назад, в Австралию? – спросил он.

– Да.

– Вы, видимо, сгораете от желания как можно быстрее надеть на шею свой хомут.

Я взглянул на него. Он не отвел глаза, смотрел на меня неулыбчиво, даже строго. Он ждал ответа.

– Не сказал бы.

– Почему?

Я пожал плечами. Усмехнулся.

– Хомут мало кому нравится.

Пусть знает, какая в принципе разница?

– Вы возвращаетесь к процветанию, хорошей пище, солнечному свету, семье, прекрасному дому, любимой работе... Правильно я говорю?

Я кивнул. Действительно, разве может нормальный человек не желать вернуться ко всему этому?

– Мистер Рок. – Он чуть выпрямился в своем кресле. – Я задаю эти вопросы не без причины. Пожалуйста, отвечайте мне честно и искренне. Ваша жизнь в Австралии вас чем-то не удовлетворяет?

Наступило молчание. Я думал, он ждал. Прежде чем ответить, я решил: какая бы у него причина ни была, если отвечу ясно и просто, хуже не станет.

– Я должен довольствоваться тем, что делаю, но на душе часто скребут кошки.

– Кем бы вы стали, если бы не умерли ваши родители и вам не пришлось бы воспитывать троих детей?

– Адвокатом, наверное, а может, и... – Я заколебался.

– Может, кем?

– Вам это покажется странным... особенно после последних дней... полицейским.

– Вот оно что, – мягко произнес он. – Это важно.

Он снова откинулся на спинку кресла и улыбнулся.

– Женитьба могла бы вам помочь утвердиться в жизни, – предположил он.

– Еще больше себя связывать, – возразил я. – Обеспечивать еще одну семью. Значит, заковать себя в цепи навечно.

– Вот как вы на это смотрите. А что скажете об Элинор?

– Чудесная девушка.

– Но не в качестве супруги?

Я покачал головой.

– А ведь вы многое поставили на карту, чтобы спасти ей жизнь, – заметил он.

– Я не мог поступить иначе – в беду она попала из-за меня.

– Конечно, вы не могли знать, что произведете на нее неизгладимое впечатление, и ей захочется съездить и посмотреть на вас еще раз. Когда вы вернулись к Хамберу, чтобы вызволить ее, ваше расследование было уже закончено, все прошло гладко и спокойно, вам удалось остаться нераскрытым. Верно я говорю?

– Пожалуй, да. Верно.

– Принесло ли вам это радость?

– Радость? – с удивлением переспросил я.

– Я говорю не о последней драке и не о тягостных часах работы в конюшне, которую вам приходилось честно выполнять. – Он коротко улыбнулся. – Но... захватила ли вас... скажем, романтика поиска?

– Вы спрашиваете, охотник ли я по натуре?

– Именно.

– Да.

Снова наступила тишина. Короткое словечко одиноко повисло в воздухе, смелое и разоблачающее.

– Было ли вам страшно? – Голос звучал ровно.

– Было.

– Вы знали, что Эдамс и Хамбер убьют вас, если узнают, кто вы такой. Ощущение постоянной опасности как-то отразилось на вас? – Он словно выспрашивал у меня историю болезни, и я отвечал с той же бесстрастностью.

– Я старался быть осторожным.

– Понятно. – Снова маленькая пауза. Потом новый вопрос: – Что было для вас самым трудным?

Я заморгал, усмехнулся и солгал:

– Носить эти мерзкие остроносые туфли.

Он кивнул, будто я сказал ему самую что ни на есть правду. А может, это и была правда? От остроносых туфель страдали не пальцы ног – страдала моя гордость.

Бекетт спросил как бы вскользь:

– А еще раз проделать что-нибудь подобное вы бы согласились?

– Наверное. Пожалуй, да. Только при других обстоятельствах.

– В каком смысле?

– Видите ли... во-первых, у меня совсем нет опыта. К примеру, мне просто повезло, что Хамбер днем никогда своей конторы не запирал, иначе я бы вообще туда не попал. Открывать двери без ключей я не умею. Не помешал бы и фотоаппарат... Я бы отщелкал на пленку всю голубую папку в конторе Хамбера, да мало ли что еще, но в фотографии я почти полный профан. Будь я знаком с боксом и самбо, Эдамс, наверное, остался бы в живых, да и себя я не позволил бы так отделать. Кроме всего прочего, у меня не было возможности быстро связаться с вами или Эдвардом.

– Да, вы правы. И все же, несмотря на все неудобства, вы свою работу выполнили.

– Мне просто повезло. Два раза рассчитывать на везение не приходится.

– Пожалуй, что так. – Он улыбнулся. – Как вы собираетесь распорядиться двадцатью тысячами фунтов?

– Я... собираюсь вернуть большую часть Эдварду.

– То есть как это?

– Я не могу взять такую сумму. Мне хотелось только одного – вырваться, пусть ненадолго. Такое большое вознаграждение предложил не я, а Эдвард. Наверное, он считал, что на меньшее я не соглашусь, но он ошибался... Я бы взялся делать эту работу бесплатно, будь такое возможно. Поэтому я возьму лишь те деньги, которые заработал бы, не уезжая из Австралии. Он знает, вчера я сказал ему об этом.