Последний выбор
Шрифт:
– Ну, а потом, когда сдохнет?..
– Не знаю, надо спросить у шефа. Мастер, мертвую можно будет трахнуть?
– Можно, – изрекла передняя фигура. – Наберитесь терпения. И хватит болтать! Мы прибыли на место!
Сатанисты мгновенно умолкли. Коротышка-«мастер» первым зашел на площадку, неуклюже взобрался на помост и вынул из-за пазухи пухлую книжицу в черном переплете. Остальные начали приготовления к ритуалу.
Семеро высыпали из рюкзаков колотые дрова, сбрызнули их бензином из большой фляги и быстро развели костер. Двое достали из-под балахонов связки кинжалов и раздали всем присутствующим. Один бережно развернул холщовый сверток, в котором оказались серебряная чаша и железный поднос. А упомянутые выше носильщики уложили мешок на плиты и расстегнули молнию. Я увидел крепко связанную светловолосую девушку – в длинной юбке, в куцем пальтишке на «рыбьем меху» и с заклеенным скотчем ртом. Она жалобно стонала, плакала и тщетно пыталась освободиться. «Дальше нельзя тянуть. Бедняжка одета явно не по сезону! Того гляди, воспаление легких схватит!» – подумал я, аккуратно прицеливаясь в нелюдей.
– Оголите жертву! – надменно распорядился главарь. – Пора приступать!
Носильщики, гнусно лыбясь, потянулись к пленнице, но сорвать одежду не успели.
Т-р-р-р-р-р, – повел я стволом «АКМБ».
Обоих сатанистов с силой отбросило назад. Прошитые насквозь длинной очередью, они треснулись башками о край «плиточного» прямоугольника и застыли без движения.
Т-р-р… Т-р-р… Т-р-р… – продолжил я выкашивать нелюдей. Одновременно заработала «снайперка» Логачева. Спустя несколько секунд в живых остался только главарь: замерший в шоке, беззвучно хлопающий ртом и, похоже, не понимающий – что, собственно, произошло. Громко крикнула сойка. Я опустил автомат, и в следующее мгновение на площадку влетел огромный живой шар. Сгруппировавшийся в прыжке Васильич обрушился всей массой на «мастера», подмял его под себя, заломил руки за спину и позвал:
– Иди сюда, Дмитрий. Я наручники забыл взять.
– Не беспокойся, Петро. Они тебе не понадобятся, – приблизившись и присмотревшись к коротышке, сказал я.
– ??!
– Да он же «двухсотый». Неужто не видишь?!
– То есть как! – опешил Логачев, рывком перевернул сатаниста мордой вверх и проверил у него пульс на шее.
– Действительно… сдох, – растерянно пробормотал седой богатырь. – Но почему?! ПОЧЕМУ?! На нем же нет ни единой царапины и… Кости целы!
– Вероятно, от страха, – усмехнулся я. – Слуги дьявола, как правило, невероятно трусливы. Вспомни осенние события в Сосновске… (см. «Инквизитор») или, допустим, колдуна Маркаряна[18]…Короче, твоей вины здесь нет. Не унывай. А займись-ка девушкой! Она, по-моему, здорово замерзла, да и нервы… сам понимаешь!
Тяжело вздохнув, Логачев поднялся на ноги и вместе со мной подошел к несостоявшейся жертве. Юная блондинка была без сознания.
– Оно и к лучшему, – проворчал Васильич. – «Проконтролируй» уродов. А я позабочусь о бедном ребенке…
Глава 5
Черный внедорожник с Белоярскими номерами на бешеной скорости несся по предрассветному городу. За рулем сидел Ерохин. На заднем сиденье расположился Логачев со спящей девушкой, закутанной в его пальто. А я устроился на переднем, рядом с Виталием Федоровичем, и устало смотрел в окно.
Луна уже перестала свирепствовать и теперь постепенно таяла, как мороженое в душной комнате. Встречных машин попадалось мало. А гаишники даже не высовывались из своих будок. Впрочем, как я помнил, они вообще не решались цепляться к Ерохину[19]. Почему? Ума не приложу!.. Чувствовал я себя неважно. Вялость, подавленная мною в начале недавних «приключений», сейчас взяла полный реванш, вдобавок притащив с собой тошноту и головокружение. На кладбище, правда, я еще держался. Добросовестно произвел контрольные выстрелы в головы всем тринадцати сатанистам, стер наши отпечатки пальцев с винтовки и с автомата, бросил их на помост и подошел к Васильичу, склонившемуся над бесчувственной девочкой:
– Помощь нужна?
– Нет, спасибо. – Седой богатырь сделал ей какой-то укол в шею, влил в рот несколько капель из маленького флакончика, скинул с широких плеч пальто, бережно укутал дочь священника и легко поднял ее на руки. – Идем, Дмитрий. Ты – первым. Подстрахуешь на всякий случай!
Вернувшись обратно на Центральную аллею, мы быстрым шагом направились на восток.
– Что за лекарства ты использовал? – на ходу спросил я.
– Успокаивающее и согревающее. Новейшие разработки конторских эскулапов. Принцип действия объяснять долго.
– А эффект?
– Проснется часа через четыре. В более-менее нормальном состоянии. По сторонам смотри! – судя по закаменевшему тону, Логачев начал терять терпение.
Я прикусил язык и принялся старательно выискивать глазами потенциальную угрозу. Однако обошлось. За всю дорогу мы больше никого не встретили. А когда достигли конечной цели нашего маршрута – сразу увидели Ерохина. С «валом» в руках он стоял за капотом джипа «Чероки» и жестким взглядом фиксировал выход с Худяковского…
Выехав на окраину Белоярска, внедорожник заметно снизил скорость и вскоре притормозил у покрытых ржавчиной ворот в бетонном заборе.
– Открывай, это мы, – бросил Ерохин в прибор связи.
Ворота с лязгом раздвинулись. Машина вкатила вовнутрь и остановилась у длинного, неказистого строения, очень похожего на заброшенное овощехранилище. Захламленная всякой дрянью территория донельзя усиливала сходство.
– Ну и ну! – присвистнул Логачев.
– Камуфляж! – с улыбкой пояснил Виталий Федорович. – Для отвода любопытных глаз. Сама же база находится под землей. – Он выпрыгнул наружу, подбежал к «камуфляжу» и приглашающе махнул рукой.
Покинув вслед за ним джип, мы вошли в здание. Ерохин включил свет. Под потолком загорелась единственная лампочка без абажура. Желтое пятно света вычленило из темноты кусок поломанного конвейера, заплесневелые бочки, рассыпанную по полу мерзлую картошку… В воздухе висел густой аромат испорченной кислой капусты. «Маскировка на высшем уровне», – сонно подумал я. Между тем Виталий Федорович нажал кнопку на пульте дистанционного управления. Фрагмент дальней от входа стены бесшумно отодвинулся, открыв ярко освещенное помещение без окон: с кабиной лифта и с пожарной лестницей за стеклянной дверью.
– Прошу за мной! – вновь улыбнулся Ерохин. – Комната отдыха для вас обоих и санчасть для юной дамы на минус четвертом этаже…
Дохлый сатанист распластался в снегу, обильно оплывая кровью. Пули «АКМБ» изрешетили ему грудную клетку, пробили сердце и легкие. Противная хлыщевая физиономия застыла в предсмертной гримасе. Из уголков рта стекали алые, пузырчатые струйки. Стопроцентный «двухсотый»!…Однако контроль есть контроль. Не стоит нарушать неписаные правила. В жизни-то всякое бывает. Помните фильм «Иллюзия убийства»?!.