Чтение онлайн

Антон наблюдал за тем, как цвет лица деда наливался малиновым, пока он говорил.

– А твой отец?

Чернота в глазах Натаниэля приковала к нему взгляд Антона. Он чувствовал себя так, будто его заставляют смотреть в глаза и выкладывать остальную часть информации.

– Он свидетельствовал в пользу государства.

Метания Натаниэля продолжились.

– Это было сделано за закрытыми дверями, но это не секрет. Средства массовой информации называют его героем нашей семьи.

Натаниэль склонил красное лицо и повержено опустился на стул. Очевидно, на него подействовало осознание того, что его сын стал свидетелем от штата. Его тон стал выдержанным.

– Мальчик, ты справишься.

– Да, сэр, справлюсь.

– То, что сегодня ты, добыв эту информацию, пришёл сюда, и что самое главное, тебе хватило на это смелости, является доказательством твоего будущего. Твой отец всегда был разочарованием, но, думаю, он был лучше меня лишь в одном.

Антон сидел на металлическом стуле напротив деда. В его тоне и словах сквозила искренность, так что он попросил Натаниэля договорить то, что тот хотел сказать.

– Общественное мнение - мне всегда было плевать на то, что обо мне думают. Я много трудился и заслужил все свои деньги и благосостояние. Но я хотел большего. И это никогда не было тайной. Запомни: ты можешь хотеть весь чёртов мир, но никогда этого не показывай.

Натаниэль посмотрел вверх на камеру, закреплённую в углу комнаты.

– Если они узнают, чего ты хочешь, то будут следить за тобой и заберут это у тебя. Не нарушай правил приличия, мальчик. Если ты будешь следовать этому правилу, то сможешь взять всё, что захочешь - весь этот чёртов мир будет твоим.

Клэр сидит в тюрьме уже больше трёх месяцев и даже успела примириться с мыслью о том, что скоро все это не закончится. Клаустрофобная камера и фактическая изоляция стали её новой нормой. Удивительно, но она адаптировалась. Поначалу было трудно, но со временем она обрела силу и решительность.

18 апреля 2012 года зал суда был пуст за исключением присутствующих судьи, обвиняемой и команды юристов. Клэр Николс встала перед судьёй федерального суда и с помощью своей защиты заявила о своем нежелании оспаривать обвинения в покушении на убийство. Пока судья объяснял Клэр последствия её заявления, она слушала, ощущая под рукой гладкую поверхность стула, который использовала в качестве поддержки, следила за губами судьи и беззвучно плакала.

Данное заявление спасало её от унижения в суде присяжных. Она не признавала себя виновной, не стала бы и не смогла бы оспорить обвинения. Поэтому ее ждет более мягкая мера наказания, но в дальнейшем она не сможет воспользоваться возможностью апелляции. Так ей удалось избежать вопросов и нападок со стороны мистера Эвергрина, давай она показания, а также взгляда чёрных проникновенных глаз Энтони Роулингса. Ей не пришлось объяснять всему миру, как её заставляли совершать некие действия и как эти действия отличались от того, чем казались на самом деле. Она просто тихо и спокойно удалилась.

Суд общественного мнения также прошёл не в её пользу. Жители Айова-Сити, штата Айова, и Соединённых Штатов Америки все признали её виновной. Они рассматривали её как охотницу за чужими деньгами. Конечно же, большая часть информации не просочилась наружу. Даже то, что стало достоянием обеих команд юристов, осталось конфиденциальным. Энтони Роулингс лично в этом удостоверился.

Федеральный судья приговорил её к семи годам лишения свободы за вычетом того времени, которое она уже провела в изоляторе, с отбыванием в федеральной тюрьме с умеренной системой безопасности. Степень тяжести совершенного ею преступления требовала умеренных мер безопасности. Несомненно, даже её бывший муж свидетельствовал перед судьёй, прося для нее режим минимальной строгости, что являлось ещё большим доказательством его всепрощающего и доброго характера.

Адвокат от имени Энтони Роулингса заполнил все необходимые документы, чтобы расторгнуть брак между ним и Клэр Николс. Конечно же, без каких-либо возражений. Благодаря некоторым согласованиям, судебные протоколы были ускорены. И развод вступил в силу 20 марта 2012 года. Так как между ними не было заключено брачного договора, за свои пятнадцать месяцев брака Клэр не получила никакой финансовой компенсации. В конце концов, её обвинили в покушении на его убийство. Поэтому о какой финансовой компенсации может идти речь?

Если судить по низкопробным телевизионным шоу, что показывают в местах общего пользования в тюрьме, мистеру Роулинсу не составит большого труда найти женщину, которая её заменит. Мир сплотился вокруг него и его отчаянной ситуации. Даже акции «Роулингс Индастриз» взлетели.

Через маленькое окошко в двери камеры Клэр внутрь проникало минимальное количество света от флуоресцентных ламп, делая стены тусклыми и бесцветными. Свет от включённой настольной лампы наполнял комнату ощущением тепла. Её камера в исправительной колонии для женщин Айовы была меленькой и будет её домом, по крайней мере, на следующие четыре года. Её приговорили к семи годам, но с правом на досрочное освобождение дома она теперь будет как минимум через четыре года. Клэр хорошо умела соблюдать правила.

У неё была односпальная кровать, комод, открытое пространство для движения, несколько полок, стол и стул. Этого было немного, но она чувствовала себя удовлетворённой. У неё уже была возможность вкусить большего, но ей это не принесло пользы.

Существование в утешающей однообразной смене дней помогало Клэр выжить. Теперь у нее не было никаких сюрпризов, всё было предсказуемо. День за днём одна и та же рутина: просыпаешься, одеваешься и завтракаешь, затем возвращаешься назад в камеру, в одиночестве проводишь до обеда. Обед и затем час свободного времени либо в большом спортивном зале, либо в тюремной библиотеке или же во дворе на улице. Клэр нравилось проводить время на улице. Она шла туда всякий раз, как позволяла погода. Далее следовало возвращение в камеру до ужина. После ужина им давалось дополнительное общее время, если ты заслуживал данную привилегию – еще один час. Клэр заслуживала ее каждый раз, но отдавала предпочтение своей камере. Дружеское общение требовало доверия к другому человеку. Доверие Клэр больше не распространялось ни на кого, кроме неё самой. Она оставалась в своей камере до того, как звучал звуковой сигнал. Он возвещал о том, что настало время душа. Она шла в душ, возвращалась после него в камеру, свет выключали в одиннадцать. Просто и предсказуемо - Клэр достаточно настрадалась от непредсказуемости.

Всё своё свободное время Клэр проводила за чтением. Эмили пыталась присылать ей книги как можно чаще. То, что ее сестра и муж оказались в тюрьме, сурово сказалось на Эмили. Её попросили уйти с работы в Тройе. Системе частной школы необходимо было поддерживать свою репутацию, и некоторые спонсоры, очевидно, были озабочены её влиянием на маленьких детей. Она вернулась в Индиану, в знакомое окружение и стала преподавать в сфере общественного образования возле Индианаполиса. Зарплата была так себе, но она, по крайней мере, могла выжить на эти деньги.