Чтение онлайн

 Долгое время я размышляла: рассказать Марианне о том, что Алек хочет отвезти меня к мессе или нет? В конце концов, я решила, что не надо. Он ещё может сто-мильонов - раз передумать, а ссориться с единственной подругой – не хотелось. Марианна оказалась такая ревнивая! Что такого, если мы проедемся до храма? 

 - Если ты идешь в приличное место с приличным человеком, то хотя бы вырядись прилично! – ворчала Вики. В этом была доля смысла. Я так давно не была в храме, что мне хотелось, чтобы встреча с ним была праздником. Я надела своё бело-черное платье от Готье-Дюпон и черные туфли.

 - Ну, вот, хоть на человека стала похожа!
– подытожила Вики, пробегая мимо. Они тоже собирались в свой молельный дом.

 Я уже хотела выйти на улицу, чтобы не мешаться под ногами у мачехи, но меня остановил Том. Он протягивал мне маленькую черную сумочку клатч. Она была обтянута черным кружевом.

 - Возьми, Софи. Как раз подходит к твоему наряду. Раньше это принадлежало Салли, нашей дочке. – Он смутился. – Я думаю, она не была бы против. И это так… - он подбирал слова – дополняет твой наряд.

 - Спасибо, Том, - искренне поблагодарила я.

 Мне хотелось поцеловать его в щеку, но я не стала. Наверное, это было бы неприлично.

 По настоянию Вики я надела пальто и моё роскошное платье скрылось под ним.

 Алек приехал за мной на черной машине. Я плохо разбираюсь в технике, упомяну только, что она плавно и бесшумно двигалась и сверкала чистотой и ухоженностью.

 Пока я садилась в машину, всё семейство Харди высыпало на улицу. Вероятно под предлогом похода в свою церковь, но я - то видела, как они пожирали глазами и Алека, его одежду и машину. Даже маленькая Стейси откровенно разглядывала моего спутника.

 Я снова вспомнила слова Джо: «Это как на сцене. Нужно улыбаться и держать спину, даже если внутри плачешь.»

 Я улыбнулась моей приемной семье, села в машину Алека и уже через 20 минут, одолев мосты, мы были в штате Вашингтон, в моём любимом храме.

 Месса была проникновенна. Может быть потому, что я давно не была в храме и столько нагрешила за это время, звуки органа и торжественная латынь священника вызвали у меня слезы. Спохватившись, что у меня нет платка, я полезла в сумочку. Там оказался платок Салли. Он был кружевной и чистый, несмотря на то, что сумочка некоторое время валялась в кладовке. Но платок был абсолютно черный. За неимением другого я приложила его к глазам.

 - Ты в трауре? – шепотом спросил меня Алек. – По своим родителям?

 Я гневно сверкнула на него глазами. Слезы мгновенно высохли.

 - Они не умерли! – ответила я чуть громче положенного и на нас устремились укоризненные взгляды.

 Алек только понимающе кивнул и погрузился в собственную молитву. А мои мысли теперь были о родителях. Прошло уже больше года, как они исчезли. Я разослала письма во все уголки мира: в яхт клубы, спасательные станции, порты, таможенные посты. Ответы приходили и по большей части вежливые, но не те, которых я ожидала. Когда Вики начала ворчать, что я слишком много трачу денег на конверты и марки, я переместила свою деятельность в Интернет и каждый день регистрировалась на бесчисленных сайтах. Мне приходило множество уведомлений, я с трудом успевала просматривать их.

 В этой громоздкой лавине информации терялись письма моего дружка, Сэма Найколайски. Последний раз он писал мне, что Степан женился и уехал в Джуно, что Фрол стал спасателем, а Ставр так и промышляет крабов, вместе с отцом. Там же в мельчайших подробностях Сэм сообщал о своих оценках и упоминал, что собирается поступать в колледж в Ситке.

 Я так глубоко задумалась обо всём этом, что не заметила, что служба давно закончилась и в храме остались только мы. Точнее я продолжала сидеть на скамейке, а моего спутника не было. Он о чем-то разговаривал со священником. Увидев, что я вышла из задумчивости, оба заулыбались и закивали.

 Всю обратную дорогу в машине Алека я молчала, погруженная в свои мысли и не заметила, как мы подъехали к небольшому ресторанчику. Но это был другой городок, не Астория.

 - Где мы? – спросила я оглядываясь. Во всю ширь перед нами открывалась пристань с лесом мачт.

 - Это Илвако.

 - Зачем мы здесь?

 - Пообедаем.

 - А ближе ничего не было?

 Алек смутился и я пожалела, что была такой бесцеремонной. Может быть он действительно голоден. А уехал так далеко от Астории, чтобы его не увидела со мной Марианна. Не хочет осложнять себе жизнь объяснениями с ней. И в этом случае он прав. Я вздохнула.

 - У меня нет денег на ресторан.

 Алек воодушевился.

 - Могу я угостить тебя? Ну, хотя бы в компенсацию того, что увез так далеко.

 - Шутишь? Это я вся по уши в долгах перед тобой: ты вытащил меня из под ареста, свозил к мессе, а теперь ещё хочешь накормить… Мне с тобой во век не расплатиться.

 - Хорошо, давай посчитаем. Представь, что вытаскивание тебя из под домашнего ареста я сделал из профессионального долга. Ну, как врачи: оказывают первую помощь. Совершенно бесплатно. Это раз.

 Он отогнул один палец.

 - Поездка к мессе – это был мой христианский долг и он оплачен. Это два.

 Он отогнул второй палец.

 - А в ресторане ты меня проконсультируешь по яхтам. Какие они бывают, какого класса. Ты же знакома с яхтами?

 Я недоверчиво улыбнулась. Алек подбодрил меня:

 - Твоя консультация стоит обеда?
– И не дожидаясь ответа, продолжил: - Три! Пошли!

 И протянул мне раскрытую ладонь. Я колебалась.

 - Ну, а если тебе не понравится моя консультация?

 Алек пожал плечами.

 - Тогда будешь должна. На счет денег – не переживай. Тебе скоро выплатят возмещение.

 - За что? – удивилась я.

 - Разве миссис Харди не говорила тебе? – в свою очередь удивился Алек.

 - Нет.

 - Она подала иск на газету, за ту фотографию…

 Меня обдало жаром. Ну вот. Теперь и Алек видел эту мерзость. Я не знала, куда провалиться со стыда и закрыла лицо руками.

 - Что ты? – испугался Алек.
– Тебе нехорошо?

 - Не напоминай мне. Мне так стыдно!