Чтение онлайн

— Что было дальше? — голос Рамисы словно немного отодвигает волну боли.

Дальше я прекращаю жить.

— Я знаю твои чувства. Расскажи мне события.

Я объясняю будущим родителям моих дочерей то, что вынуждена расстаться с малышками. Отключаю их страхи и недоверие, и они соглашаются забрать девочек почти мгновенно. Я уже вижу любовь и восхищение в их взглядах, направленных на моих крошек, и стараюсь не обращать внимания на то, что перестаю чувствовать вообще. Но будущая мать моих детей остается настороже и уже начинает защищать своих девочек. Она берет с меня клятву, что я никогда не раскрою дочерям тайну их рождения. Я клянусь, потому что такая формулировка дает мне возможность маневрировать. Ведь я все еще надеюсь…

Остается последний пункт расхода энергии — документы. Поскольку жизнь в этом мире невозможна без них. Но я справляюсь и с этим, и мое счастье официально обретает настоящую любящую семью. Новая мать не хочет оставлять меня с малышками наедине, но муж все-таки уводит ее в другую комнату. А я получаю десять минут общения с уже не моими детьми. Не буду рассказывать об этом. Это только мои воспоминания.

Я чувствую прикосновение пальцев Рамисы к щекам и вдруг понимаю, что она вытирает мне слезы. В тот день я не плакала, потому что превратилась в камень.

Потом я вернулась в свой лес и провела ритуал прощания. Фирхаши и жрецы не знали настоящих имен моих девочек, поэтому для ритуала я дала им другие, чтобы не навредить. И мой мир поверил в то, что малышек больше нет. Поверил на десять лет. А я продала нашу с мужем квартиру и порталом ушла в горы, окруженные лесом. Жить среди людей я просто была не в состоянии.

— Почему меня не могли найти жрецы? — спрашиваю у Рамисы.

— Твое горе придало тебе небывалую мощь. Оно перекрыло все каналы доступа к тебе, и эта же мощь затуманила все вероятности будущего. Твоего и девочек. Поэтому тебе удалось сохранить тайну даже от Дэсмиша и Тэйхирта.

— Что же изменилось через десять лет?

— У девочек начала пробуждаться Сила, и этот всплеск ощутили и жрецы, и фирхаши.

— В чужом мире?

— Это для тебя он остался чужим, а они родились в нем. Но как ты узнала, что о девочках стало известно в твоем мире?

— Жрецы и сообщили.

Я только сейчас понимаю, что в глазах Дэсмиша светилось счастье, ведь все десять лет он не переставал искать меня.

— Он боялся, что тебя нет в живых, — сообщает Рамиса.

— Все мои усилия были совершенно напрасными, — ровным голосом отзываюсь я. — Я зря рассталась со своими детьми. Почему вы решили, что от проговаривания этого факта мне станет легче?

— Потому что ты начала вытаскивать боль наружу. Мгновенно легко не станет. Но шаг к освобождению ты уже сделала. Твои дети сейчас рядом с тобой, и они переживают за тебя. Пора отпустить прошлое. Ты не в силах его изменить.

— У них замечательные родители, — шепчу я.

— Как эти люди отреагировали, когда ты снова появилась рядом?

— Я затуманила свой образ в их памяти, они не узнали меня. Да и не ожидали, наверное, увидеть меня здесь, ведь после нашей встречи они сменили даже город. Когда мать моих дочек встретила меня с распущенными волосами и перевела задумчивый взгляд на девочек, я стала прятать волосы. Они слишком привлекали внимание, потому что у малышек оказались точно такие же. Наше сходство начинало бросаться в глаза, хотя лицом они больше похожи на отца.

— Что рассказали тебе жрецы?

— Что я и девочки нужны им для возвращения в мир равновесия.

— Они же не говорили, что отберут у вас жизни?

— Мне хватило того, что я уже слышала это десять лет назад.

— Но ты не делала больше попыток их спрятать.

— Не видела смысла. Я просто старалась быть рядом, чтобы суметь прийти на помощь. Пойти за ними, если их все-таки затянут в наш мир.

— Каково тебе было с ними рядом?

Разговор начинает напоминать интервью. Наверное, это воздействие Рамисы, но мне действительно теперь легче озвучивать воспоминания.

— Не знаю, как объяснить. Я наслаждалась уже тем, что могу их видеть, часами наблюдала за ними из окна. Но это же приносило и невероятную боль, ведь я не могла даже обнять их. Я ненавидела свой мир в этот момент.

— А ты не думала, что твой мир дал тебе возможность снова быть рядом с твоими детьми?

— Думала. Лучше бы он просто оставил нас в покое с самого начала.

— Ты хотела уйти из жизни.

Снова констатация факта. Рамиса знала все и без моих рассказов.

— Постоянно.

— Пыталась?

— Дважды. После того, как потеряла детей.

— Что останавливало?

— Сама не знаю. На меня словно туман какой-то наплывал, я просто не помню, что происходило.

— Это работала защита Дэсмиша. Он поставил ее на тебя, когда отпустил в этот мир.

Я закрыла лицо руками. Берег меня даже вопреки собственному счастью. Всегда. А я его ненавидела. Только сейчас я впервые попыталась представить себе его чувства. Отдать любимую другому ради спасения ее жизни, долгие годы существовать только надеждой когда-нибудь встретиться в родном мире, десять лет метаться в поисках, не зная, есть ли еще, кого искать…

— Вы оба заплатили немалую цену. Но впереди еще возрождение вашего мира. И вы нужны ему.

Мне в голову вдруг приходит неожиданная мысль, и я с подозрением спрашиваю:

— А как фирхаши смогли прийти ко мне?

Сколько лет было Самой Древней фирхаши, не знала даже она сама. Ей казалось, что она живет уже дольше вечности. Она помнила Экспериментаторов, помнила тот страшный взрыв, что унес с собой всю ее семью.

Возле нее любили собираться маленькие фирхаши, потому что Самая Древняя всегда готова была их выслушать и рассказать интересные истории.

— Наш мир совсем маленький, в детстве я обходила его целиком.

«Облетала, конечно…» — грустно думает она, но не говорит этого бескрылым потомкам.

— И видела Бездну? — восхищенно-испуганно выдохнул кто-то из малышей.

— Нет, — улыбнулась она, — Бездну не видела. Наш единственный материк омывается Океаном со всех сторон. Чтобы увидеть Бездну, надо его пересечь. И не забывайте, что весь материк вместе с Океаном укрыт куполом, который защищает нас.