Чтение онлайн

Никакого подъёмного моста в старинную цитадель. Просто остатки когда-то распахнутых двустворчатых ворот на массивных стальных подвесах, серьёзно пострадавших от коррозии. Тропа, пусть и узкая, но явно когда-то была широкой дорогой. Только со временем захламлённой всяческими мелкими камешками и заросшей чахлой травой. Так что проехать внутрь можно свободно, что мы аккуратно и сделали. Для уверенности в том, что какой-нибудь не замеченный с «птички» туземец не пустит стрелу в незваных гостей.

Территория достаточно большая, гектара четыре, но в самом центре — не какой-нибудь храм или «королевский» замок, а ровнейшая площадка, занимающая примерно четверть территории. Самое любопытное — тропинка огибает это пространство по кругу. То есть, кто-то приходит, чтобы поклоняться именно этой площадке, посредине которой лежит огромный серый идеально плоский прямоугольный камень, вросший в грунт. Именно на неё сложен какой-то хлам. Жертвенник, что ли?

— Север, ответьте Перцу.

— Слушаем, Перец.

— Поздравьте Доренко: ещё одни инопланетяне…

— В каком смысле?

— Это не туземная крепость, это явно брошенная исследовательская база ещё какой-то инопланетной цивилизации.

— Вы уверены?

— На видео сами разглядите.

— Перец, доложите по форме, а не говорите загадками.

По форме — так по форме. Мне что, сложно рассказать про собранные из железобетона здания, распахнутые стальные двери и следы проводов, уходящие вглубь бетонных стен, про облезлые пиктограммы на их поверхности? Каждый, кто бывал на какой-нибудь промышленной «заброшке», не ошибётся. Даже если оттуда унесли всё, что можно было унести.

— Как давно, по вашему мнению, заброшена база? — звучит в динамике рации голос Вячеслава Игоревича.

— Я же не археолог, чтобы такое вычислить. Но, как мне кажется, лет сто-сто пятьдесят. Явно не больше и не меньше. Тут хорошая такая исследовательская экспедиция нужна, чтобы всё охватить, рассмотреть и оценить. Только… Только мы будем не первыми исследователями.

— Почему вы так решили?

— По следам инструментов, которыми долбили рухнувшую плиту, чтобы попасть в недоступное раньше помещение. Но это, в общем-то, понятно. Тут до базы «осторожных» всего-то километров восемьдесят, не больше. Не могли они такой «вкусный» объект пропустить и не исследовать.

— А это не ваши «старые люди» построили?

— Однозначно нет. У «старых людей» своеобразные пропорции тела: короткие ноги, массивное туловище. А эти, скорее, по телосложению напоминают киношных эльфов.

— Скелеты нашли?

— Увы, только сильно пострадавший барельеф.

— Непременно снимите, как можно подробнее!

— Уже сделано, Вячеслав Игоревич.

Пока шлялись, осматривая помещения, прошло никак не меньше двух часов. Вчетвером осматривали: водители машин и по одному бойцу я оставил бдеть за обстановкой. Во-первых, аборигены могут явиться, чтобы проверить, не осквернили ли мы их святилище, а во-вторых, больно уж «заинтересовался» нашей деятельностью тот самый беспилотник, что «пасёт» нас во время всего путешествия. Не просто кружит где-то в отдалении, а чуть ли не над головой, на высоте всего полкилометра «ходит». И, как сообщает Доренко, постоянно обменивается пакетами информации с базой.

— Перец, прими во внимание, — снова бормочет рация. — В вашу сторону с базы «остророжных» взлетел и направляется ещё один аппарат. Идёт на высокой для небольших БПЛА скорости, порядка 180 километров в час.

Интересно, что это «инопланетяне» задумали?

Пока гадали, поступило новое сообщение: «птичка» сбавила скорость и снизилась. Да её уже и невооружённым взглядом видно.

— Что делать, командир? Кажется, точно на нас идёт, — проявил беспокойство один из дежурных в «Стреле».

— Ждать.

— А может, отпугнуть пулемётной очередью? Вдруг аппарат ударный?

— А вдруг нет? Огня не открывать! Просто ждать и смотреть. Вот если атакует, тогда и будем решать.

— Главное — чтобы поздно не было…

Беспилотник прошёл над нами на низкой высоте, метров двести, после чего зашёл на новый круг, спустившись ещё ниже. И тут от него что-то отделилось.

— Ложись!

Мордой в песок, но башкой кручу. Что-то очень небольшое с прикреплённой к хвостовой части широкой лентой. Сбросил и ушёл в сторону на новый круг.

Нет, не бабахнуло. Металлический стержень воткнулся в землю в полусотне метров от нас, серая лента поникла, но чуть колышется по ветру. А что это за красное утолщение на стержне?

Беспилотник ходит над нами кругами, не пытаясь сбросить ничего нового.

— Ну, что, мужики? Если погибну — считайте меня коммунистом! Всем лежать, пока я не разобрался с тем, чего это нам подбросили.

Ссыкотно, конечно. Но посмотреть надо: до сих пор «осторожные» никогда агрессии не проявляли.

Что-то прикреплённое к стержню чем-то, вроде резинок. Очень похоже на обёрнутый вокруг «железяки» лист бумаги. Неужели какое-то послание? Кажется, в те времена, когда авиация летала не быстрее этих беспилотников, а рацию самолёт поднять не мог из-за её массы и громоздкости, лётчики так общались с наземными войсками, сбрасывая им сообщения с подобными «вымпелами».

Резинки сдвинул в сторону. Действительно, что-то вроде бумаги. Карта! Точнее, аэрофотосъёмка участка территории между вот этой крепостью и базой «осторожных». И извилистая линия по суше, соединяющая эти точки. Ниже, на белом поле, силуэт одной нашей машины, рядом с которой три человеческие фигурки. Одна из них, которая покрупнее, вместо символический головы, имеет… фотографию моей морды. Охренеть! Вход в бухту, в глубине которой находится база «осторожных», отчёркнут жирной линией, восточнее которой ещё один силуэт — «Севера». Млять!

— Перец, что у вас там?

— Вячеслав Игоревич, беспилотник сбросил вымпел с посланием. Они персонально меня и двоих сопровождающих приглашают в гости. На машине. А «Северу» предписывают ждать в открытом море, не входя в бухту, где у них база.

— Что, прямо по-русски пишут?

— Никак нет. Я сейчас камерой сделаю снимок этого послания и пакетной связью сброшу по рации. Сами увидите.

А беспилотник всё кружится…

Помахал ему рукой. Типа, вас понял. И тот, сделав ещё круг, взял курс туда, откуда прилетел.