Чтение онлайн

– Надо расседлать коней и дать им сена.

– Я сделаю.
– Сказал в ответ Отшельник и уверено забрал поводья у путников.

Гости пошли в дом к нехитрому столу. В кувшине ягодный морс, в корзинке свежие лепешки, козий сыр и грибная похлебка в чугунке в печи.

– У него огород, вон за той стенкой.
– Пояснил знакомец Отшельника.

– Откуда знакомы?
– второй пристально изучал избу изнутри. Лежанка у печи аккуратно застелена волчьей шкурой, печь небеленая, но чистая, у маленького окошечка стоит ткацкий станок, на полке немного книг, все разномастные, будто оставленные случайными гостями. В кухонном углу ряд ступок. Несколько деревянных из разных пород дерева, одна керамическая, две каменные и одна из непонятного серо-бурого металла. Тумба с ящиками, на тумбе ушат с водой, на гвозде рушник.

Вот и все хозяйство.

Мужчины разделись, сели за стол, молча начали есть.

Отшельник вернулся на свою скамейку и опять замер недвижимый. Будто никаких гостей не было.

Они заговорили только вечером. Отшельник и незнакомый ему гость.

– Как твое имя?

– Это важно?

Вопрос поставил гостя в тупик, но Отшельник продолжил:

– Ты не обязан называть и свое. Мне все равно.

– Меня зовут, Майорин.
– Будто вопреки назвался гость.

– Зови меня отшельником, Ивен зовет "старче". Ему я кажусь древним.
– Отшельник заметил, что Майорин посмотрел на спящего Ивена, раскинувшегося на медвежьей шкуре.

– Откуда вы знакомы?

– Это важно?
– опять спросил Отшельник и усмехнулся.
– Вижу. Важно. Ну, что ж. Пойдем, расскажу.

Отшельник вывел его наружу, задрал голову вверх, и говорить не торопился.

Майорин ждал, они стояли так довольно долго.

– Я встретил его в лесу в начале прошлого лета. Он не знал, куда идти, и я его приютил. Почему ты удивлен?

Он даже не смотрел на своего гостя, и Майорин удивился еще больше.

– Я видел его воспоминания. Но тебя там не было.

– Магия не всемогуща.
– Отшельник смотрел на небо, в глазах без цвета отражались звезды.
– Ты привык ей доверять, больше чем себе. Ты не спишь, потому что тебя снедает гонка. Иди спать. Спешка ничего не решит.

С этими словами Отшельник повернулся и пошел в дом.

Спешка ничего не решит, только создаст лишние круги на воде, путая картину бытия.

Майорин последовал совету хозяина и лег спать. Как ни странно сон дался легко, не сопротивляясь.

Когда он проснулся, избушка была пуста. Он слишком резко сел. Больно.

Майорин задрал рубашку, посмотрел на бинты. Крови не было. Повязка казалась чистой, снаружи хотя бы.

Немного поразмыслив, колдун потянул за хвостик бантика и снял бинты. До исчезновения швов было далеко.

Косидар предупреждал, чем чреваты магические заживления. Да Майорин и без него знал. Рана могла так никогда и не зарасти, мог остаться болезненный рубец, реагирующий на любое заклинание. Вряд ли у него будет время, чтобы проверить правда это или нет.

Сначала мышцы, потом кожу. Срасталось бесовски медленно и больно.

Он откинулся на шкуру и прикрыл глаза.

Внутри разошедшиеся мышечные волокна тянулись друг к другу навстречу. Майорин тихонечко застонал.

Пальцы заскребли по дощатому полу. В голове занудно ворчал голос Косидара, грозя последствиями.

– Я до них не доживу.
– Отбрехивался от него Майорин. Мышцы стянулись, помогли швы лекаря, за ними подалась кожа.

Кожа зажила быстрей.

Майорин полежал, дожидаясь, пока перестанет колотиться сердце и успокоится дыхание.

Многим людям колдуны и маги казались всесильными, могли телепортироваться из одного места в другое за тысячи верст в считанные мгновения, врачевать других и себя, могли убить одним взмахом руки... Пожалуй, только последнее и было правдой.

Магия бесспорно помогала в медицине, облегчая боль, борясь с заразой, но вылечить легко и непринужденно не получалось ни у кого.

Телепортация же до сих пор оставалась вещью опасной и неизученной. Майорин предпочитал трястись в седле несколько недель, чем лезть в щели в мироздании, которые непонятно куда заведут.

Нет, не все так просто, как кажется необразованным и темным людям.

Он обтер бинтами сукровицу с живота и бока, сунул бинты в топку горящей печки. И вышел на крыльцо, как был - босой, в нижних портах и рубашке. Снег куснул кожу ступней, ветер обжег лицо, белая пыль обсыпала волосы серебром.

За избой звонко кололи дрова.

– Как у тебя выходит?
– удивлялся Ивен.

– Что?
– удар топора и звук разлетающихся чурок.

– С одного удара и ровно пополам!

– А как должно быть?
– опять.

– У меня вязнет.
– Маг растерянно постучал поленом по пню.

Майорин почувствовал себя шпионом, меньше всего ему хотелось подслушивать чужие разговоры.

– Покажи.

– Нечего показывать. Твой спутник встал.

– Откуда знаешь?

– Дом пустой.
– Ответил отшельник.

Колдун чертыхнулся и зашел внутрь, в ногах тут же загорелось пламя.

Отшельник зашел с охапкой дров.

– Доброе утро. Затянул рану?

– Видишь силу?

– Нет. Вижу изменения.
– Отшельник сгрузил дрова в поленницу под лавкой.
– Любое действие меняет среду.

Отшельник придержал мохноногую лошадку. В рыжие щетки, прикрывающие копыта, набился снег, храп покрылся инеем. Лошадка была в недоуздке - трензель отсутствовал.

– След в след.
– Предупредил отшельник.

Майорин направил коня следом, недовольный и настороженный. Вчера Отшельник сказал им, что намерен проводить их до Лусора. Ивен попытался его отговорить, Майорин несогласно помотал головой, на что хозяин маленького домика у затерянного в горах озерца пояснил: