Шрифт:
Вся дальнейшая жизнь уже была распланирована, Виктана готовилась к свадьбе, до которой оставалась лишь неделя. Собственный дом, любимый мужчина, который готов носить на руках - все то, о чем могла мечтать девочка из детдома, стало реальностью. Чтобы рассыпаться как карточный домик, когда у девушки проявляется запретный магический дар. Но даже тогда, когда кажется, что жизнь закончилась, всегда остается выбор…
Часть 1. Слишком высокая плата
День выдался жарким и душным. Весь город стоял под лучами палящего солнца какой-то понурый и тусклый, словно жестокое светило выжгло все краски, эмоции и даже обычное желание шевелиться, дышать, жить. Теперь же, когда огненный диск начал спускаться за горизонт, улицы оживали, еще такая неблизкая ночь обещала желанную прохладу. Впрочем, недолгую и эфемерную.
Шагающая по улице девушка счастливо улыбалась. Виктана почти не замечала всех этих неприятных, изматывающих тело деталей. Ей снова хотелось танцевать, словно предыдущих два часа не провела на занятии в танцклассе, подбадривая учениц, которые двигались как сонные мухи, то и дело утирая стекающие по лбу капельки пота и жалуясь на духоту. Для преподавательницы же это было потребностью души. Жизнь была если не идеальна, то восхитительна.
Подкидыш, выросшая в детском доме, девушка не растеряла веры в людей, умения радоваться каждому дню и искренне улыбаться. Зато научилась не сдаваться, никогда. Она с нечеловеческим упорством продолжала двигаться к намеченной цели, как бы тяжело порой ни было. А упорство и труд обязаны достойно вознаграждаться. В это она тоже верила и, как оказалось, не зря.
Она смогла, она справилась, взобралась к доступным вершинам - сровняться с благороднорожденными обычная девчонка-сиротка не смогла бы никогда. Впрочем, она и не питала ложных иллюзий, поэтому и не испытывала разочарования.
Танцовщица проворно отскочила с пути толкающего тележку с фруктами торговца и лишь улыбнулась. Мужчина, ожидавший проклятий в свой адрес, проводил легко шагающую девушку удивленным взглядом и невольно усмехнулся - такой счастливой женщина может быть либо накануне свадьбы с любимым, либо если спешит на свидание все с тем же избранником сердца. В отношении Виктаны верны были оба утверждения.
В сиротском приюте ее научили многому, но самое большее удовольствие ей приносил танец. Она могла часами кружиться под звуки медленной, томной музыки, которая рождалась под пальцами пожилой классной дамы. Так что и на работу устраивалась сначала помощницей хореографа, затем смогла открыть собственный танцкласс.
А потом нежданно-негаданно пришла любовь. Она началась с его случайного взгляда на улице и ее робкой ответной улыбки. И вот уже через неделю свадьба. Если родители и были сначала недовольны избранницей сына, то предпочли это не демонстрировать. Теперь же ее рады видеть в своем доме всегда. Впрочем, Виктана предпочитала хоть в гости в компании жениха. Ей до сих пор казалось, что она смотрится бледно в этом шикарном доме - не сравнить с ее небольшой квартиркой.
Сейчас Фелон ждал ее в кафе, расположенном всего в паре кварталов от улицы, где находилась школа танцев. В этот день седьмицы они всегда встречались там, пили кофе, а потом жених провожал ее домой, куда тоже было недалеко.
Резная дверь из мореного дуба легко открылась перед посетительницей, и Виктана с головой окунулась в атмосферу этого уютного, романтичного места. Ее тут же окутали запахи кофе и специй: мягкой ванили, чуть терпковатой корицы, бодрящего имбиря… Их было так много, что выделить отдельные нотки во всем этом разнообразии не представлялось возможным.
Маленький колокольчик над дверью звякнул, когда она вошла в зал. Девушка тут же увидела Его. Виктана радостно улыбнулась своему возлюбленному и поспешила к дальнему столику, на котором уже стояли две исходящих ароматным паром чашечки и тарелочка с крошечными пирожными, которые девушка так любила.
Фелон поднялся со стула, приветствуя невесту улыбкой, и она вновь, как при самой первой встрече, залюбовалась этим мужчиной. Высокий, тонкокостный и кажущийся хрупким блондин с грацией танцора каждый раз вызывал восхищение. Ей нравилось наблюдать за его жестами, за тем, как нервно вздрагивают тонкие пальцы, когда он излишне жестикулирует, рассказывая ей о каком-то событии. Нравилось слушать его голос, чуточку режущий слух легкой картавинкой. Виктана иногда жалела, что не умеет рисовать. Она бы изобразила его вот таким, как сейчас: улыбающимся, с веткой ее любимых дымчато-серых ирисов в руке. Как всегда безупречным - крахмальный воротничок рубашки был настолько бел, что почти светился в легком, прозрачном сумраке кафе, а стрелки на отутюженных летних брюках, казалось, могли порезать при неосторожном прикосновении.
– Как прошел день?
– привычно спросил молодой человек, зная, что ответа не услышит.
– Я соскучилась, - так же заучено отозвалась девушка, отвечая ему улыбкой. Это была своеобразная игра, негласных правил которой они оба придерживались последний год.
Виктана мелкими глоточками попивала бодрящий напиток, так удачно утоляющий жажду, и слушала очередной веселый рассказ Фелона, лишь иногда кивая и вовремя угукая. В очередной раз преподавательнице танцев подумалось, что со стороны они, должно быть, выглядят необычно. Наследник одного из известных в сфере кораблестроения семейств, изящный, красивый, и она, ничем не выделяющаяся в толпе девушка среднего роста, тоненькая и почти болезненно хрупкая. Ровные темно-русые волосы спадали до середины спины. Сейчас она привычным жестом заправила их за уши. Черты лица тоже были тонкими: брови вразлет, узкий носик с кажущимися почти прозрачными ноздрями, губы, которые никто бы и не подумал назвать полными и манящими. А вот глаза были ее гордостью - красивые, серо-зеленые, опушенные длинными ресницами. Когда она улыбалась, они словно наполнялись внутренним светом. Фелон неоднократно повторял, что влюбился именно в эту улыбку, заставившую трепетать его сердце в день их знакомства.
Виктана зажмурилась от удовольствия, положив в рот крохотное пирожное. Она редко могла побаловать себя чем-то подобным, зато жених делал это исправно. Не удержавшись, она даже постаралась незаметно облизнуть крем с пальцев - так жаль было вытирать лакомство об ажурную, накрахмаленную салфетку. Заслышав его легкий смешок, девушка смущенно глянула на собеседника.
– Та такая забавная, - мужчина потянулся и пальцем снял пару крошек с уголка ее губ, снова заставив залиться краской. Она неизменно стеснялась, не зная, как реагировать на такой личный жест в общественном месте.
– Пойдем?
– он вложил купюру в книжицу со счетом, даже не глядя, - каждый раз там всегда была одна и та же сумма.
Виктана охотно приняла предложенную ладонь и поднялась. Выйдя на улицу, Фелон поморщился:
– Надоела эта жара, - пожаловался он.
– Скоро станет легче, - негромко отозвалась девушка.
Это была не пустая попытка утешить. Подходила к концу последняя, пятая седьмица такой погоды. Уже через пару дней жара пойдет на убыль и начнется период затяжных дождей. Очередное утро встретит проснувшихся жителей серым низким небом и холодной моросью. Сама Виктана считала, что лучше так, нежели не иметь возможности рассмотреть солнце в течение долгих пяти месяцев. Впрочем, она решила не высказывать свое мнение, а лишь посмотрела на любимого и улыбнулась так, как улыбалась только для него - не только губами и глазами, но и сердцем, и всей душой.