Чтение онлайн

— А я не любила своего отца, — вставила Долли. Женщины улыбнулись и вежливо дождались, пока она не отойдет, и только тогда продолжили разговор.

— Странно. Получается, Джек вел себя как доктор Джекилл и мистер Хайд. [22]

— Ну, не до такой степени. Босс никогда не вредничал. Просто казалось, что витал где-то далеко — в смысле чувств. Понимаете, что я хочу сказать?

— Думаю, что да.

— А теперь он отзывчив, как только может быть человек. Словно смерть вашего друга Майка открыла шлюзы его чувств. Посмотрите, как он занимается этим делом. Отдается душой и сердцем.

— Да, это так. Но меня тревожит, что с ним будет, если он потерпит неудачу.

— Ты хочешь сказать, если Руди погибнет?

— Если Руди казнят.

— О, даже не хочу об этом думать!

— Никто не хочет, — отозвалась Пат. — Но это вполне вероятно.

— Я надеюсь, что Джек не позволит этому случиться, — покачала головой Нэнси. — В конце концов, он личный друг губернатора штата. Если дойдет до самого худшего.

— Я об этом забыла. Возможно, ты права.

Вернувшись в контору, они сразу взялись за дело. Пат заметила, что, пока она настраивает компьютеры, Нэнси читает какой-нибудь том дела.

— Нам предстоит обработать еще очень много информации, — сказала она как можно мягче.

— Понимаю, — ответила девушка. — Но это так интересно: расследование, слушания, суд.

— Ты рассуждаешь прямо как юристы.

— Да. Мне хочется, чтобы это стало делом моей жизни.

— Вот как?

— Джек, когда приглашал меня на работу, сказал, что со временем я сумею стать адвокатом. Раньше я ни о чем подобном не думала. Но его слова пробудили во мне надежду. А уж если я что-то решила, то пойду до конца.

— У тебя есть образование? — спросила Пат.

— Два курса. И еще пятнадцать кредит-часов. [23] В Веро-Бич есть Мэдисон-колледж с четырехлетним обучением, где через год я могу получить степень бакалавра. Форт-Лодердейл в двух часах езды. Если я сумею составить расписание занятий таким образом, что буду занята два или три дня в неделю, то смогу продолжать работать на Джека, хотя и не полную неделю. У отца пособие по инвалидности от министерства по делам ветеранов плюс социальная страховка. Так что концы с концами сведем.

— Да, я вижу, если ты что-то решила, то пойдешь до конца! Ну а как насчет личной жизни?

— Какая личная жизнь? У меня нет никакой личной жизни.

— Не поверю! — улыбнулась Пат. — У такой красивой девушки, как ты?

— Спасибо за комплимент, Пат. Но я как-то не вписывалась в Майами. Не бойкая, не броская. А мне ребята моего возраста кажутся тупицами. У них одно на уме. Ни разумения, ни души.

— Ничего не меняется, когда они стареют, дорогая. Содержательных мужчин очень мало, и попадаются они очень редко. Но ты обязательно кого-нибудь встретишь.

— Подожду, пока не получу юридическое образование.

— Вот только любовь не ждет. Если она приходит к мужчине или женщине, этого не изменишь. — Пат посмотрела в окно.

Нэнси покосилась и едва не спросила о ее личной жизни. Но, спохватившись, промолчала. Она понимала, что коллега не готова к откровенности.

Всю ночь на вторник Джек провел в доме Дика Рейдека и проснулся с головной болью. Они с Диком сидели на задней веранде, пили пиво почти до рассвета и решали мировые проблемы. А теперь в голове гудело, и он не мог вспомнить ни одну из этих проблем.

Тобин быстро принял душ, надел привезенные запасные брюки и рубашку и стал ждать, когда проснется Дик и они пойдут снимать ксерокопии.

Потребовалось немногим больше часа, чтобы сделать копии всех документов. Они вместе позавтракали. Затем Джек высадил старого детектива у дома и повернул в сторону Индианатауна, где теперь постоянно жил Хоакин Санчес. Накануне вечером Хоакину позвонил Дик, якобы для того, чтобы сообщить, что приезжает Джек. Но Джек понял истинную причину звонка — адрес. Дик хотел заручиться его согласием сообщить адрес. Напарники до сих пор прикрывали друг друга.

Хоакин тоже жил у воды — на берегу небольшой протоки, которая, извиваясь, вытекала из озера Окичоби. Когда приехал Джек, он чистил лодку. Джек позвонил в колокольчик, минут десять дожидался у входа и только потом догадался заглянуть на задний двор. «Вот так и работай сыщиком», — ворчал он, обходя дом. Хозяин был увлечен своими делами. Хоакин встретил его приветливо.

— Боюсь, не сумею вам сильно помочь, — сказал он. — Я занимался этим делом совсем недолго. — Зато накануне вечером он перечитал свой отчет и теперь мог сообщить Джеку некоторые детали. — У меня нет сомнений, что Люси Очоа убил Джеронимо, а Руди просто оказался в неудачном месте в неудачное время. Беда в том, что у вас нет информации из первых рук. Тот тип — Пабло, — с кем я беседовал, не отказался бы вам помочь. Но все, что он знает, только со слов других.

— Дик вам сказал, что незадолго до смерти Трейси разговаривала с кем-то о деле Руди? С кем-то, кто сообщил ей некую новую информацию?

— Еще бы! Последний год он только об этом и говорит. Я старался помочь ему обо всем забыть — вытащить на рыбалку, — но он целыми днями сидит у себя на задней веранде, пьет пиво и психует. Копу трудно смириться с тем, что у него под носом убили человека. Вот и винит себя в том, что случилось с Трейси.

— А вы? Тоже считаете, что ее убили?

— Не знаю. Я не очень знаком с деталями. Дик — тот да. В таких делах важна интуиция. Я доверяю интуиции Дика.

— У вас есть соображения, кто звонил мисс Джеймс?

Не вызывало сомнений, что Хоакин много раз все обдумал. И теперь он не промедлил с ответом:

— Либо Раймон Кастро, либо Хосе Герреро — кто-то из тех двоих, которые были с Джеронимо в вечер убийства. Прошло десять лет, кто-то мог вернуться в город, узнать о положении Руди, и возникло желание как-то помочь. На мой взгляд, это единственная версия.

Джек поблагодарил Хоакина за то, что тот уделил ему время, и уже собирался уходить, как хозяин вспомнил кое-что еще.