Чтение онлайн

— Перед тем как отойти от дела, Трейси отправила прокурору штата письмо и приложила к нему мой отчет. Копию письма она дала мне — наверное, потому что это был мой отчет. У меня есть еще один экземпляр. Если хотите, могу вам дать.

Джек не представлял, будет ли от этого польза, но письмо взял и, еще раз поблагодарив Хоакина, отправился обратно в Бэсс-Крик.

В тот вечер во время пробежки он рассказал Пат о своей поездке. Они бежали по новому маршруту, Пат обнаружила эту тропу накануне, пока Джека не было в городе. Уединенная дорожка шла в лесу среди деревьев.

— Протяженность десять миль, но мы можем в любой момент свернуть.

Джеку новый маршрут понравился. Вокруг стояли высокие сосны и древние дубы. Бородатый мох покрывал стволы и ветви деревьев, создавая зловеще-таинственную атмосферу одиночества и отрезанности от всего мира. Джек начал рассказ с первых минут путешествия и к третьей миле подытожил, что удалось выяснить.

— Таким образом, Трейси Джеймс погибла и ее главный следователь считает, что адвоката убил детектив Уэсли Брюм, занимавшийся делом Руди. Теория, которую я не принимаю. Да, Трейси решила вновь заняться этим делом. И что-то обнаружила. Нечто такое, что, как она полагала, давало возможность освободить Руди и, вероятно, бросало тень на Брюма. Рейдек уверен — именно поэтому Брюм ее и убил. Рейдек не представляет, с кем разговаривала Трейси, но ему кажется, что разгадка таится в ее документах, которые он бережет пуще жизни. Хоакин же не сомневается, что ей звонил один из двух парней, которые видели, как Руди шел в дом Люси, но у него нет доказательств. После разговора с Рейдеком и Хоакином я пришел к выводу, что Люси Очоа убил Джеронимо. К несчастью, человек, с которым разговаривал Хоакин, некто Пабло, уже умер. Я навел справки, как только вернулся в город.

— Чем-нибудь из этого можно воспользоваться, чтобы не допустить казни Руди? — спросила Пат, запутавшись в нагромождении фактов. Она уяснила одно — Руди не совершал преступления. Но терялась в догадках, как это доказать.

— Нет. Все, что я раскопал, недоказуемо, и нет оснований подавать апелляцию. Необходимы улики, свидетельствующие о том, что, кроме Руди, в тот вечер в домике Люси был еще Джеронимо или кто-то другой. Они нужны как можно быстрее. В одном я согласен с Диком Рейдеком — улика кроется в документах Трейси. Я их еще не читал. Но уверен, есть там нечто такое, что я уже видел в делах, но не обратил внимания.

— Почему бы тебе не перечитать дела?

— Нет времени. Завтра займусь документами Трейси. Послезавтра поедем к Руди, а затем мне надо составлять записку по делу в апелляционный суд, хотя писать пока не о чем.

— Что-нибудь обнаружишь. Я в этом не сомневаюсь. Послушай, насчет того, чтобы ехать с тобой к Руди. Возьми лучше Нэнси.

— Ты не хочешь его видеть? — растерялся Джек.

— Конечно, хочу. Но Нэнси ушла с головой в это дело, знает все детали и поможет тебе лучше, чем я. Проштудировала все тома.

— Можете поехать обе. — Они миновали отметку в пять миль и свободно бежали, не считая расстояния.

— Нет, — отрезала Пат. — Я буду только мешать. Введи Нэнси в курс дела, как только что ввел меня, и расскажи, где и какие необходимо расставить точки.

— Нэнси интересует работа секретаря.

— Ошибаешься, Джек. Ты ее изменил — заставил поверить, что в ней есть все, чтобы стать юристом. Девочка успела обегать всю округу и выяснила, какие здесь есть институты. Она разбирается в нюансах дела и сумеет обнаружить иголку в стоге сена, которая тебе нужна. Так что бери ее.

Джек не хотел сдаваться так скоро, и это не имело никакого отношения к Нэнси.

— Она с тем же успехом может оставаться в конторе и заниматься документами, пока мы съездим к Руди.

— В другой раз. А сейчас лучше ей познакомиться с парнем.

— Почему ты так говоришь?

— Не знаю. Наверное, женская интуиция. Узнав Руди, она найдет, что тебе требуется. — Джек понял, что спор окончен и усмехнулся. — Ты о чем? — повернулась к нему Пат.

— Вспомнил Нэнси. Знаешь, первый год, когда она со мной работала, я не сказал ей ни слова.

— Она говорила об этом. Призналась, что считала тебя примером бессердечного адвоката, пока не увидела, как ты плакал, узнав о смерти Майка.

Джек на мгновение задумался.

— Она права. Тот день многое изменил для меня. До этого я не плакал лет десять. Но с тех пор во мне что-то словно прорвалось. Я растрогался, когда увидел Руди. Плакал по дороге домой, когда приехала ты, — так был рад. Что далеко ходить: вчера вечером я смотрел в своей спальне кино и разревелся. Становлюсь слюнявым идиотом. — Оба рассмеялись.

— Ты снова ожил, Джек. И по твоим жилам заструилась горячая кровь.

— Наверное, так и есть. — Внезапно мужчина взял Пат за руку, и они остановились. Положил ладонь на бедро. — Я правда плакал в тот день, когда ты приехала. Твое присутствие очень много для меня значит. С тобой мне спокойно, и я уверен, что у меня все получится.

Пат, не стесняясь, обняла его потными руками за шею.

— Ты и до моего появления был не робкого десятка.

— Пусть так. Но сейчас я занимаюсь любимым делом и хочу, чтобы ты тоже в нем участвовала.

Она не ответила, только прижала Джека крепче к себе. И они молча стояли среди высоких сосен и покрытых бородатым мхом развесистых дубов.

Потом, искупавшись, надев шорты, майку и сандалии, Джек сходил в бакалейную лавку за бифштексами. Проходя Мимо спальни Пат, заглянул в дверь. В комнате ее не оказалось.

— Не зайдешь на секунду? — Ее голос доносился из примыкавшей к спальне ванной. Дверь ванной была тоже открыта, но из коридора он не видел, что происходило внутри.

— Конечно. В чем дело? — Джек переступил порог. Душ был включен, и Пат стояла рядом с кабинкой в чем мать родила. Он моментально оценил ее фигуру. У нее был плоский живот и крепкие груди — женщина выглядела потрясающе. Он не знал, что сказать. Пат заговорила первой:

— Я ужасно вспотела. Не потрешь мне спину, пока я моюсь под душем? Самой мне не достать.

— Хорошо. — Он сделал шаг вперед.

— Джек! — воскликнула она.

— Что? — Господи, неужели в этот решающий момент он сделал что-то не так?

— Если ты собираешься тереть мне спину под душем, тебе необходимо раздеться!

— Подожди, я сейчас.

По какой-то странной причине Джек отступил в спальню, словно застенчивость не позволяла ему снимать одежду в присутствии Пат. Стянул майку, но шорты не успел и, сообразив, насколько он смешон, повернул в ванную. Теперь он спешил — опыт подсказывал, что в таких делах время играет решающую роль. Сделал два прыгающих шага, пытаясь освободиться от шорт, которые волочились на щиколотках, но споткнулся и с громким стуком распластался на полу спальни. Пат заглянула в комнату узнать, в чем дело. И, увидев Джека в таком положении с шортами на щиколотках, разразилась хохотом.