Чтение онлайн

Маг покачал головой.

– Я не достал его, потому что не смог обойти защиту хозяина дворца.

– Ложь, – усмехнулась девочка. – В твоих интересах отдать его мне, пока Эспинс не обнаружил пропажу и не решил поискать ее в покоях своих подозрительных гостей.

Поколебавшись, Юлиан снял с шеи цепочку с хрустальным кулоном в виде цветка с пятью лепестками. Подойдя к девочке, он остановился, заворожено наблюдая, как светоч, оказавшись рядом с Эвой, начал сиять.

– Все-таки в рабочем состоянии, – удовлетворенно заключила девочка, тем самым разрушая очарование момента.

– Древняя магия крепче современной, – заметил Юлиан.

Девочка фыркнула:

– И древние маги крепче нынешних.

– Кто бы говорил, – пробормотал молодой человек.

Заполучив светоч, незнакомка подобрела и, приветливо улыбаясь, стала прощаться:

– До скорой встречи, Юлиан. С тобой приятно работать.

Не успели отзвучать слова прощания, как девочка исчезла. Не ушла через телепорт, а просто растворилась в воздухе.

– Показушница, – маг презрительно сморщил нос, – а еще богиня.

В ответ прозвучал серебристый смех и едва слышимый шепот: «Помни, я слежу за тобой. Слежу днем и ночью».

Некоторое время Юлиан задумчиво стоял посреди комнаты, а потом, словно очнувшись, кинулся к Эве. Взяв со стола новый амулет против кровотечений, аккуратно разбинтовал шею спящей девушки и не поверил своим глазам. Рана исчезла без следа.

Порез, который нанес дрогнувшей рукой слуга герцога Домини, в первые минуты не вызвал опасений. Из него сочилась, как по-лекарски выразился Лавджой, кровавая роса, признак неопасного кровотечения. А спустя час царапина превратилась в открытую рану, из которой хлестала алая кровь. Эва мгновенно потеряла сознание, и если бы не собранность и хладнокровие целителя, то во цвете лет отправилась бы за Грань.

Сутки Лавджой провел у постели больной, но излечить ее не сумел. Вручив Юлиану ворох останавливающих кровь амулетов, он наказал менять их по мере надобности, а сам улетел на ламчерионе в свой орден, искать ответы, как нейтрализовать действие ножа Мульхема. К слову, уезжать из дворца Эспинсов, куда они с Каримом доставили Эву с Юлианом, ему не хотелось. Задача остановить кровотечение настолько увлекла его, что Лавджой забыл об обязанностях хранителя и о том, что магистр отпускал его из школы всего на пару дней.

Юлиан добросовестно делал перевязки, в срок менял амулеты и поил девушку укрепляющим отваром, когда она просыпалась от лечебного сна. А с наступлением глубокой ночи, отправлялся искать тайники рода Эспинс.

И вот сейчас, после бессонных часов у постели Эвы, после десятков магических ловушек, которых он сумел избежать, похищая реликвию приютившего их рода магов, опасность для жизни девушки миновала. Незваная посетительница исцелила Эву.

Юлиан давно перестал верить в бескорыстие окружающих. То, что он сумел украсть светоч, не могло повлиять на ветреную богиню, ведь древний артефакт Мульхема нужен не ей. И не ради его возможных чувств она спасла девушку. Скорее всего, выглядящая невоспитанным ребенком богиня знала что-то важное о хэмелле, и только поэтому уничтожила губительное заклинание, наложенное на нож Мульхема.

– Кто ты такая, Эва? – задумчиво произнес Юлиан. – Кто ты такая, что боги не позволяют тебе умереть?

Словно отзываясь на свое имя, спящая попыталась открыть глаза. Целебный сон оказался сильнее, и, перевернувшись на левый бок, она ровно задышала.

Юлиан решил, что и ему не помешает немного отдохнуть, и уже устроился на второй кровати, как в спальню бесцеремонно ворвался Вариор Эспинс.

И хотя магистр огневиков был взвинчен, повышать голос в комнате больной он не стал.

– Где светоч? – злым шепотом поинтересовался маг.

Юлиан, вальяжно раскинувшийся на кровати, пожал плечами.

– Какой светоч? Что происходит?

– Не зли меня, юнец! Ты понимаешь, о чем я!

Юлиан деланно нахмурился, будто размышляя о чем-то.

– Я не ошибусь, если предположу, что у вас что-то пропало?

Вариор Эспинс побагровел от гнева, отчего белый шрам на щеке стал отчетливее.

– Во дворце лишь два чужака. Девушка не могла совершить кражу, остаешься ты.

Молодой маг стиснул зубы и оскорблено предложил:

– Тогда обыщите меня. Но если ничего не найдете, вы принесете свои извинения.

Спустя несколько часов тщательного обыска всего дворца Вариор Эспинс, нервно постукивая пальцами по бедру, наблюдал за тренирующимся племянником.

Не застав разминку, старший Эспинс долго смотрел, как Карим отрабатывал рубящие удары мечом в положении с колена. Затем был тренировочный поединок. Партнером молодого мага выступал его зеркальный двойник, отличающийся от оригинала лишь пугающими глазами без радужки и зрачка и едва заметной скованностью в движениях.

– Дзы-ы-ынь! – звонко покатился по шершавыми плитам пола меч, выбитый из рук хитрым приемом.

Обезоруженный двойник замер, ожидая новых приказов.

– Благодарю за бой, ты свободен, – как с живым существом, попрощался младший Эспинс с магически созданным соперником.

Вариор подавил вздох облегчения, вот теперь они смогут поговорить. Магистр рано радовался – Карим, продолжая игнорировать присутствие дяди, перешел в оружейную комнату, которая давно превратилась в музей. Заклинание на входе высушило кожу и одежду мага от пота, защищая экспонаты от губительной влаги. Другие заклинания поддерживали в помещении сухую атмосферу с постоянной температурой.

Арбитр обожал холодное оружие и собирал его по всему Межграничью. Даже самый простенький кинжал имел свою историю. Стены оружейки увешивали мечи, сабли, шашки, шпаги, палаши и прочее колющее, рубящее и режущее, так любимое знатью. Рядом соседствовали орудия труда разбойников и наемных убийц: кастет, дубинка, кистень, палица, стилет, дротик, сюрикэн. Несколько стоек Карим отвел под оружие крестьян и охотников на нечисть: боевые косы, цепи, молоты, топоры, тесаки и рогатины.

Молодой маг не входил в число тех, кто уповал лишь на свой дар. Он знал, что магия когда-нибудь может подвести и следил за своей физической формой. Карим одинаково хорошо владел мечом и дубинкой, без промаха метал ножи и мог выстоять против профессионального кулачного бойца.