Принятие
Шрифт:
Быстро осмотревшись по сторонам, он обреченно закрыл глаза. Опять! Больничное крыло! А ведь еще даже первый триместр не закончился! Обидно...
Драко высокомерно глянул на медиведьму и бросил ей:
– Вот так!
Затем он повернулся к Гарри:
– Пгивет, мой пгинц, обожаемый и любииимый, единственный мой!
– Драко?
– Глянь, Гайи. У меня тоже большая бобо, как и у тебя!
– с гордостью объявил блондин, указывая на свой лоб, где остался почти незаметный след от удара.
– Ой, а твоя бобо уже вылечена!
Гарри слишком встревожился странным поведением Драко и не особенно вслушивался в его слова. И видя это, заговорил Дамблдор:
– Наверняка следует кое-что разъяснить, Гарри... С тобой и Драко произошел... несчастный случай. Последние три дня вы находились в коме, очнулись только сегодня. Ты, похоже, полностью пришел в себя, а вот у Драко отмечаются все признаки регрессии. Сейчас возраст его разума три-четыре года, но он сохранил... кое-какие воспоминания...
Гарри зажмурился. И он еще надеялся, что этот год окажется нормальным! Такое невезение еще поискать! Вдруг он почувствовал, как любопытная рука скользнула под одеяло и прошлась по его животу. Запаниковав, он подскочил на кровати и поймал блуждающую конечность.
– Что ты делаешь, Драко?
– Я ищу гебенка!
– Какого ребенка?
– испуганно спросил Гарри, уже успев придумать множество самых сомнительных теорий.
– Я поцеловал тебя поцелуем любвииии! А мама сказала, что когда папа подагил ей поцелуй любви, они так сделали гебенка любви! МЕНЯ! Эй, мама, правильно?
– Драко сразу же потребовал подтверждения у матери.
Гарри немедленно покраснел, вторя порозовевшей Нарциссе. Теперь уже Люциус насмешливо смотрел на жену. Что же, месть оказалась сладка!
– Ты подтверждаешь, Нарцисса?
– с сарказмом поинтересовался мужчина.
– Мой ангел, не сейчас, а когда ты станешь большим, тогда возможно, и будет так...
– Гайи, а когда мы будем большими, то сделаем поцелуй любви, чтобы получить детей любви?
– спросил вейла, невинно глядя в зеленые глаза Гарри, пораженного таким невероятным... удивительным... странным вопросом. Гарри даже не знал, как назвать этот вопрос. И что на него ответить - тоже.
– Эммм... Да... Конечно...
– едва выдавил он.
Драко довольно прижался к нему, обхватив обеими руками.
Теперь Гарри точно знал, что всегда может оказаться хуже, чем совсем недавно казалось.
– Мистер Малфой, вам нужно вернуться в свою постель. Мне нужно осмотреть мистера Поттера.
– Нет!
– тут же ответил блондин некрасивой злой женщине в белом.
– Думаю, на этот раз можно сделать исключение, Поппи, - вмешался директор, в голове которого уже сложился очередной план.
– Ладно, Альбус, но я хочу, чтобы остальные вышли!
Наконец медиведьма осталась наедине с юными партнерами.
– Мистер Поттер, поднимите, пожалуйста, верх своей пижамы.
Гарри едва удалось выполнить ее просьбу из-за так и не выпустившего его Драко.
– Гайи... У тебя на спине большая-большая бобо... Ты много падал?
– Эээ... Да, правильно, я часто падал с метлы.
– Надо быть остогожней. Папа говогит, что в воздухе надо дегжаться сильно-сильно! И ты тоже так должен делать.
– Обещаю, так и будет...
Мадам Помфри продолжала накладывать свои диагностические заклинания. Но у Мальчика-Который-Выжил не обнаружилось ничего, кроме усталости.
– Этим вечером ты сможешь покинуть больничное крыло, но если появится даже малейшее недомогание, ты непременно должен прийти ко мне! Понятно?
– Да, мадам Помфри!
– А еще мистеру Малфою не помешало бы вернуться на свою постель...
– Нет!
– тут же категорически ответил блондин, недобро сверкнув глазами на женщину.
– Что же... Я освобожу ему место рядом со мной...
Недовольная медиведьма наконец-то позволила взрослым вернуться в палату молодых людей. Сириус и Северус немедленно поспешили туда. Люциус и Нарцисса тоже не слишком от них отстали.
– Гарри, как ты?
– Думаю, нормально...
– Ты нас очень напугал, сын мой...
Драко внимательно смотрел на Северуса.
– Дядя Севи, ты папа Гайи?
Мастер Зелий заколебался. Как отреагирует его крестник сейчас? За спиной Северуса презрительно фыркнул Люциус.
– Да, мой маленький дракон.
– Папа! Мама! У Гайи тоже есть папа! Даже два!
– Знаю, Драко. Знаю. Впрочем, Северус, нам нужно будет поговорить...
– Да, Люциус, нужно...
Медиведьма доставила своим пациентам подносы с едой.
Наконец-то ей удалось добиться успеха, и вейла, надувшись, вернулся на свою кровать.
– Не хочу есть!
– Ангел мой, тебе нужно покушать, если ты хочешь, чтобы твои силы восстановились.
– Тогда пусть папа сделает мне змею из лоши... из вий... из вилок и ложек! Знаешь, Гайи, папа действительно хогошо делает змей!
– с гордостью заявил Драко, не обращая внимания на подавленный вид своего отца.
– Даже не сомневаюсь в этом!
– ответил гриффиндорец, со злостью глядя на Пожирателя Смерти.
И с каждой ложкой картофельного пюре на столовых приборах, по-змеиному извивавшихся до тех пор, пока не касались губ Драко, Люциус раз за разом повторял мольбу о том, как ему хочется, чтобы к сыну вернулся здравый разум. А остальные взрослые только потешались над процессом кормления.
* * *
Гарри вошел в комнату Драко, держа его за руку.
Конечно же он мог признать, что случившееся вроде бы даже в чем-то полезно - появилось время подумать, понять недавно осознанные чувства, испытываемые чувства, испытываемые к вейле, принять решения, поразмышлять о том, как добиться прощения за все сотворенное... Даже если Гарри и не хотел навредить, слизеринцу с самого начала этого учебного года пришлось немало вынести... А может быть даже с того момента, как он узнал имена своих потенциальных партнеров.