Чтение онлайн

–  Ладно, тогда завтра идем гулять в направлении книжной лавки.

Чарли согласился не без колебаний, поскольку мысли его были заняты другими делами и отвлекаться от них не хотелось.

–  Спасибо, Чарли!
– Дядя чуть не прослезился.

Внизу, в прихожей, затрезвонил телефон.

–  А вдруг это меня?
– насторожился Чарли.

–  Тогда беги скорее снимай трубку, - посоветовал дядя.
– С моих дорогих сестричек станется ничего тебе не передать.

Чарли вылетел на площадку и перевесился через перила. И вовремя: бабушка Бон как раз прорычала в телефон: «Его нет!» - и бросила трубку.

–  Это мне звонили?
– спросил Чарли.

–  Разумеется, не тебе, - огрызнулась старуха.
– Кем ты себя вообразил?

–  Вообще-то я тоже тут живу, - рассердился Чарли, - и мне вполне могут звонить друзья!

В ответ бабушка Бон только фыркнула.

Из кухни выплыли три тетки, которые все еще отряхивались от стеклянной крошки.

–  Вот еще осколочек!
– Тетка Венеция ухватила седую прядь тетки Юстасии.

–  Убери! Убери скорее!
– завопила та.

Тут, к несчастью, тетка Лукреция взглянула вверх и увидела Чарли, который при виде этой сценки не сдержал улыбки.

–  И нечего скалиться!
– протрубила она.
– Мы еще с тобой разберемся!

Три сестрицы Юбим двинулись было к выходу, но уже на пороге зашушукались с бабушкой Бон.

В этот момент телефон зазвонил вновь, Чарли кубарем скатился с лестницы и, опередив бабушку Бон, схватил трубку.

–  Алло, Чарли?
– спросил на том конце провода Габриэль Муар.

–  Да, - осторожно отозвался Чарли.

–  А мне какой-то противный голос сказал, что тебя дома нет, но я не поверил.

–  Это моя бабушка.
– Чарли покосился на старух, но они уже скрылись за дверью, зато бабушка Бон впилась во внука пронзительным взглядом.

–  Она тебя слушает?
– сообразил Габриэль.

–  Да, - кратко ответил Чарли, поворачиваясь к бабушке Бон спиной.

–  Слушай, тут такое дело: я кое-что нашел на улице перед домом. Кое-что важное. И хотел тебе показать.

–  Где встречаемся?
– невольно понизил голос Чарли.

–  Маме завтра днем надо кое-что отнести в «Зоокафе», жди меня там.

О таком кафе Чарли слышал впервые в жизни.

–  А где это?
– уточнил он.

–  Лягушачий переулок, - объяснил Габриэль.
– Между Сляк-стрит и Бульк-стрит. Как раз за собором.

Вот это кстати!

–  А я как раз туда и собираюсь с дядей. Можно, я с ним приду?
– спросил Чарли.

–  Конечно! Это который стекла бьет? Приводи его! Он просто класс!

–  Что верно, то верно.

–  Отлично, договорились. Все, я побежал. Значит, завтра, часа в три. Ай! Меня хомяк цапнул. Ну, пока!

В трубке что-то стукнуло: похоже, Габриэль уронил телефон.

Чарли осторожно обернулся, но бабушка Бон уже испарилась. Мальчик сунулся на кухню, но там ее, по счастью, не оказалось, так что ему представилась возможность перекусить в спокойной обстановке. Ни стеклянного крошева, ни испорченного торта на столе уже не было, зато появилось кое-что новое, а именно небольшая картинка или фотография в рамке, которая лежала изнанкой кверху. Чарли догадался, что оставлена она тут не просто так. Зная теток, можно было догадаться, что дело нечисто. Но ловушка ли это? Или что-то другое?

Он отсел от загадочной рамки подальше и принялся сосредоточенно жевать бутерброд и даже отвернулся. Но рамка все равно не давала ему покоя. А может, это и не ловушка? Жуя, Чарли покосился на темную рамку раз, другой, вытянул шею, потом не выдержал и вместе со стулом подъехал поближе. Рамка была наверняка старинная, из темного дерева, покрытого трещинами и изъеденного жучком, а гвозди, скреплявшие ее, проржавели, да и веревочка, на которой она когда-то висела, истерлась, а может, порвалась.

Набрав в грудь воздуху, Чарли решился и перевернул рамку. Какая-то картинка, а на ней комната. Соблазн был слишком велик: мальчик стал разглядывать изображение.

Да, картинка оказалась непростая. Прежде всего, на ней имелся высокий старик в черном балахоне, склонившийся над человеческим черепом, который лежал у его ног. Сам старик был древний, с седой бородой и седыми волосами, а на голове у него красовалась черная шапочка-скуфейка. За спиной у старика виднелся стол, покрытый алой скатертью, на котором громоздились книги, очинённые перья, свитки, связки каких-то сушеных трав, кости животных и даже поблескивало оружие. На голых каменных стенах комнаты виднелись таинственные символы, начертанные мелом, сам же старик не только разглядывал череп, но и рисовал вокруг него пятиконечную звезду.

Чарли никак не удавалось отвести взгляд от черепа: он пытался, но тщетно. А затем в ушах у мальчика зазвучал низкий голос, который нараспев произносил какое-то заклинание на непонятном языке, и еще он услышал постукивание и скрип мела по камню и шуршание старикова балахона.

Внезапно старик повернул голову и взглянул Чарли прямо в глаза.

Мальчик ахнул и поспешно перевернул картинку. С улицы донесся шум автомобиля, притормозившего у крыльца, а затем мамин голос. Потом послышался еще один голос, мужской, и мама серебристо рассмеялась в ответ. А смеялась она теперь редко.

Кто это, интересно знать, и чем он ее так рассмешил?

Когда мама вошла в кухню, перед глазами у Чарли все еще стояло торжествующее лицо старика в черном и его сверлящий взор.

–  Чарли, что с тобой?
– быстро спросила мама.
– Ты такой бледный!

–  Я… э-э-э… - Пальцы Чарли легли на темную рамку картины, и он понял, что не в состоянии объяснить происшедшее. Тем более что сейчас его беспокоило другое.
– А где ты была?
– Он услышал в собственном голосе противные плачущие нотки, но поделать с собой ничего не мог.

–  Смотрела «Чудесную чечетку». Мы хотели взять тебя с собой, но ты где-то бегал, сынок.

–  Мы?
– обиженно спросил Чарли.
– Кто это «мы»?

–  Боб Дэвис и я, - ласково улыбнулась мама.
– Он купил три билета на мюзикл, рассчитывал и на тебя тоже. Но я же не могла обидеть его и не пойти только потому, что ты не пошел.

–  Какой-такой Боб Дэвис?
– Плачущие интонации в голосе никуда не делись, Чарли был бессилен.

–  Чарли, милый, да что на тебя нашло?
– Мама придвинула себе стул и села рядом с сыном.
– Просто мой знакомый, очень славный человек, он хотел нас развлечь и вывести в театр. Почему ты надулся?