Чтение онлайн

Я злилась на Меррика, ужасно злилась, но, похоже, ему нужен был друг. Вытащив из кармана счастливое оранжевое стеклышко, я протянула ему.

— Потри его. Похоже, тебе это нужно.

Он скользнул взглядом по моему лицу и покачал головой.

— Я ужасно обращался с тобой последние две недели, а ты предлагаешь то, чем дорожишь.

Я пожала плечами.

— Мне оно счастья не принесло. Может, тебе повезет больше.

Меррик накрыл мою ладонь и долго смотрел на наши руки.

— В день аварии я узнал, что у Амелии был роман, и что она на четвертом месяце. Я понимал, что, возможно, она беременна не от меня, но… — Он покачал головой. — Я убедил себя, что ребенок мой. Что это моя дочь. И полюбил ее, хоть ни разу не видел. Я читал ей каждый вечер, пел свои любимые песни и даже рассказывал истории о нас с Амелией. Медсестры выдали мне стетоскоп, потому что я постоянно забирал их, чтобы слушать ее сердцебиение. — Меррик сглотнул. — В конце концов, любовь к ребенку вытеснила из сердца злость на ее мать.

Не имело значения, что Меррик разбил мне сердце, я сцепила наши пальцы в замок, зажав стеклышко между ладоней.

— За следующие несколько месяцев мне пришлось принять множество трудных медицинских решений. Чем больше проходило времени, тем больше жизнь Амелии подвергалась риску. Но Элоиза нуждалась в матери: она не выжила бы, если бы родилась слишком рано.

— Ты один принимал все решения?

— Амелия не поддерживала отношения с родителями, и близких друзей у нее практически не было. — Он вздохнул. — Ее состояние ухудшалось. Образовались тромбы. Риск был, как для Амелии, так и для Элоизы, и я согласился попробовать новый препарат. Из-за этого на двадцать девятой неделе беременности у Амелии начались преждевременные роды. Элоизу сразу поместили в инкубатор, но состояние Амелии ухудшалось. Ни одно из лекарств не помогало.

Меррик замолчал, а когда заговорил, его голос был хриплым.

— Тем временем парень, с которым спала Амелия, через суд добился, чтобы в больнице провели тест на отцовство. Через несколько дней после того, как у Элоизы взяли образец ДНК, у Амелии остановилось сердце. Врачи с большим трудом вернули ее, а на следующее утро мне сообщили, что Элоиза… — Слезы потекли по лицу Меррика, и я тоже начала всхлипывать.— Прошло три года, а я все еще не могу заставить себя сказать, что я не ее отец.

Боль в его взгляде пронзила меня насквозь. Я вытерла его слезы.

— Все в порядке. Тебе не обязательно это говорить.

Ему потребовалась минута, чтобы взять себя в руки и продолжить:

— Когда мне рассказали об Элоизе, я ушел из больницы, зашел в ближайший бар и напился в стельку. Когда вернулся, палата Амелии была пуста.

Я охнула.

— О, боже. Она...

Меррик кивнул.

— Совершенно одна. Амелия умерла в одиночестве. В тот день я потерял их обеих.

У меня в голове не укладывалось, через что ему пришлось пройти. После нескольких месяцев мучительной борьбы, все вокруг рухнуло в один момент.

Он глубоко вздохнул.

— На днях я ходил повидаться с Аароном.

— Серьезно?

— На самом деле он ничего. Предложил мне познакомиться с Элоизой поближе.

— И? Ты согласился?

— Сказал, что мне нужно подумать. Но, наверное, соглашусь. Я любил Элоизу, и чувствовал себя так, словно потерял дочь. Понимаю, что прошлого не вернешь, но мне важно, чтобы Элоиза так или иначе была в моей жизни.

— Я не знаю, что сказать.

— Тебе и не нужно. Это я должен говорить. Я сбежал, когда ты только открыла мнесердце, и этому нет оправдания. До нашей встречи я думал, что подвел черту под прошлым и двинулся дальше, но на самом деле я просто отключил часть сердца, отвечающую за эмоции. Влюбленность в тебя снова ее оживила, и когда мы столкнулись с Элоизой, все вернулось. Моей инстинктивной реакцией было отключить все эмоции, потому что именно так поступил в прошлый раз.

Я несколько раз моргнула, прокручивая в голове его слова.

— Ты влюблен в меня?

Меррик обхватил ладонями мои щеки и заглянул в глаза.

— В тот самый день, когда ты прервала собеседование и выскочила из моего кабинета, я понял, что пропал. Но я был трусом, и отчаянно сопротивлялся. Тщетно. — Он притянул меня ближе, так что наши носы почти соприкасались. — Я так влюблен в тебя, что это пугает до чертиков. И это не просто желание или страсть. Ты нужна мне, Эви.

Я снова заплакала. На этот раз от счастья.

— Я тоже люблю тебя.

— Прости, что причинил тебе боль. Если дашь шанс, обещаю потратить следующие…э-э… лет десять, чтобы загладить вину.

Я рассмеялась, вытирая слезы.

— Только десять?

Он улыбнулся.

— Посмотрим, как они пройдут, а там поговорим.

*********

Почти всю ночь мы с Мерриков воссоединялись в прямом и переносном смысле. На следующее утро я проснулась без четверти одиннадцать и с радостью бы провела весь день в постели, если бы не встреча через пару часов.

Меррик все еще спал, поэтому я попыталась осторожно высвободиться из его объятий, но как только поставила ногу на пол, он обхватил меня за талию и притянул обратно.

Я вскрикнула от удивления.

— Я пыталась не разбудить тебя.

Меррик опустил мою руку себе между ног.

— Я уже пробудился, милая.

Верно подмечено.

Я слегка сжала твердый член.

— Эта штуковина, возможно, неисправна. Прошлой ночью он пробуждался раза четыре.

— Я покажу, насколько он неисправен. — Меррик наклонился, чтобы поцеловать меня, но я остановила его.

— Хорошо, но только быстро. У меня встреча в двенадцать, а еще нужно собраться.

Он надулся.

— Отмени ее.

— Я бы очень хотела, честное слово. Но лучше сделать это и забыть, как страшный сон. — Я посмотрела Меррику в глаза. — Я обедаю с Кристианом.

Он застыл.

— Что-что?

— Это не то, что ты подумал. Кристиан согласился отозвать иск, если выслушаю его за ужином. Я согласилась с условием, что это будет не ужин, а обед. Поверь, я не хочу туда идти, но и взваливать на себя расходы по судебному процессу, в котором вынуждена защищаться от идиотских обвинений, я тоже не желаю.

— К черту это. Я оплачу твои судебные издержки.

— Это очень мило с твоей стороны. Но я не могу это одобрить.

— Тогда я иду с тобой.

Я покачала головой.

— Кристиан может счесть это нарушением сделки и отказаться отозвать иск.

Меррик нахмурился.

— Мне это не нравится

— Я чувствовала бы то же самое, окажись ты на моем месте. — Я погладила его по щеке. — Обещаю все возместить, когда вернусь.

— Во сколько ты уходишь?

— Мы встречаемся в закусочной в центре города в двенадцать. Выйти надо за полчаса.