Чтение онлайн

— «Первый»! Говорит «Шестой»! — сказал профессор, считывая информацию с экрана, которая подтверждала полную идентификацию предмета. — Я, кажется, нашел что-то интересное. Прием.

— Оставайтесь на месте, «Шестой», — ответил голос Шельги. — Мы направляемся в вашу сторону. Ничего не предпринимайте. Внимание всем! Объявляю общий сбор группы в третьем квадрате. Конец связи.

Спустя две минуты к Боголюбову подошли Шельга, Воронов и Дзюба. Вскоре подтянулись и остальные члены команды.

— А вы везунчик, Тимофей Романович! — обрадовался Шельга, увидев трубу.

— Новичкам всегда везет, — скромно ответил Боголюбов, пожав титановыми наплечниками.

Дзюба вылез из экзоскелета. Достал из ранца «эска» свой чемоданчик.

— А вот это мы сейчас и проверим, — с интригой на лице проговорил Павел, аккуратно положив чемодан на грунт.

Все члены группы столпились возле него, подняв забрала шлемов, чтобы лучше рассмотреть то, что хранилось внутри таинственного чемодана. Лишь один Воронов знал о его содержимом и стоял чуть в сторонке. Он знал Пашу пять лет. «Человек с выдумкой. Творческий, — думал Ник. — Пусть нагонит побольше внимания к своей персоне и побалует самолюбие».

Дзюба набрал код замка, открыл запоры и откинул верхнюю крышку. Внутри лежало несколько предметов: маленькая сетчатая тарелка, схожая со спутниковой, портативный компьютер и продолговатый прибор с ручками настройки и большой красной кнопкой.

— Ядерный чемоданчик, не иначе, — насмешливо протянул Змей. — А я-то думал, что вы сменное белье припасли на всякий случай!

— Кончай ерничать, Змей! — одернула его Лиса.

Но Дзюба их уже не слышал. Он полностью ушел в работу, приводя свои хитроумные приборы и рабочий режим. И когда на экране компьютера побежала прерывистая полоса загрузки информации с жестких дисков, он, не отрывая рук от клавиатуры, поднял голову и спросил:

— Вы что-то сказали?..

— Что это, Павел Анатольевич? — поинтересовался Крот, наблюдая за выверенными манипуляциями пальцев инженера. — Может, просветите?

— Охотно, — ответил Дзюба. Его глаза загорелись. Николаю был знаком этот блеск. Он означал лишь одно: сейчас Павел прочитает длинную лекцию о своем чудо-приборе. — Это «Харон-2», электромагнитный сканер моей собственной разработки. Первый прототип «Харона», с которым Николай уже успел когда-то ознакомиться, не выдержал должного экзамена и модифицирован мною вот в этот прибор. — Воронова заинтриговала новость Павла, и он придвинулся поближе к группе. — Прибор позволяет определить расположение аномалий грунта и способен по характеру этих аномалий производить обнаружение пустот, подземных ходов, захоронений. «Харон» измеряет сверхслабые электромагнитные поля Земли и искажения этих полей, вносимые от поглощения и переизлучения различными объектами в разных диапазонах с вычислением интеграла фазового сдвига на измеряемой частоте. Я ясно изъясняюсь? Всем все понятно?

— Вообще-то не очень, — буркнул Змей. Ему захотелось для наглядности почесать затылок, но шлем не давал такой возможности.

— Понятно, — вздохнул Павел. — Давайте подойдем к технической характеристике «Харона» с другой стороны. Вам известно, что такое «селектор»? — Многие закивали, Змей — промычал. — Так вот. При помощи селектора осуществляется оперативная телефонная связь нескольких пунктов с центром, верно? А сканер «Харон» делает то же самое с электромагнитными полями, своего рода селективный приемник этих полей. Принцип действия прибора похож на радиоволновые миноискатели, только в «Хароне» нет излучателя, которым является естественный фон Земли и диапазон частот ниже пяти килогерц. Мой прибор фиксирует искажение электромагнитного поля в местах неоднородностей грунта при помощи мощного импульса, посылаемого вот этим излучателем. — Дзюба указал на сетчатую «тарелку». — И при наличии под землей каких-либо предметов, пустот, водяных жил, трубопроводов и биологических останков…

— Постойте, — перебил Дзюбу Змей, — но тогда какого черта мы рыскали по этим каменным прериям, если вы могли найти трубу за считанные минуты?

— Объясняю, — спокойным тоном ответил Павел. — Дело в том, что энергия для импульса содержится в конденсаторах в ограниченном количестве и ее, к сожалению, хватает лишь на однократный выброс. А если бы мы ошиблись в расчетах и случайно оказались не в том месте?

— Чепуха, — возразил Змей. — За случайно — бьют отчаянно. Подзарядили бы вашу батарейку от ультраконденсаторов «эска» — и дело в шляпе.

Дзюба пожал плечами:

— Не знаю, не знаю. Я как-то не предусмотрел зарядного устройства для аккумулятора «Харона». Одноразовые конденсаторы в ходе экспериментов показали себя надежней. Да и прибор чувствительный.

— Так почему вы не прихватили с собой их побольше? — не унимался Змей. — Для этих целей я бы не поскупился купить за свой счет еще один чемодан.

— Я брал, но они куда-то исчезли… — в уголках губ Дзюбы появилась горестные складки.

— Где? Когда? При каких обстоятельствах? — насторожился Шельга. — Ну же! Вспоминайте!

— В Новолазоревской. Я обнаружил пропажу перед самым отбытием со станции и подумал, что не стоит раздувать скандал, дабы не привлекать излишнего внимания к прибору и нашим персонам.

— Все верно, — согласился Шельга. — Согласно инструкции. Но, когда мы вернемся на станцию, я лично проведу расследование, найду и накажу вора.

— По закону военного времени, — поддержал командира Малыш.

— Ага, — поддакнул Змей. — Если сумеем поймать черного кота в темной комнате. Зацепок-то никаких. У шпионов на лице не написано, что они предатели и сволочи.

— Давайте прекратим дебаты и приступим к делу, — мягко, но настойчиво предложил Крот. — Павел Анатольевич, если им не интересно устройство вашего «Харона», то я согласен выслушать вас внимательно в гордом одиночестве.

— Да, да… — Дзюба на секунду задумался, вспоминая то место, на котором оборвалась его любимая «лекция». — Так вот. Если прибор обнаруживает данные предметы, пусть даже не металлические, он фиксирует искажения полей по изменению фазового сдвига на границе перехода сред. В качестве выходного параметра используется интеграл фазового сдвига на частоте приема, величина которого изменяется на границе перехода этих сред. То есть: грунт — труба, грунт — пустота. Я ясно изъясняюсь?

— Более чем, — снова буркнул Змей. — Паша, может, ты лучше покажешь действие прибора на практике? Как я понял, именно твой «Харон» станет нашим проводником к немецкой базе. Верно?

— Конечно. — Дзюба воткнул штекер в гнездо импульсного излучателя, покрутил ручки настроек частот и диапазонов и воткнул в грунт датчик. — У меня все готово. Сушить весла никто не собирается. Ну что?.. С богом?

— Валяйте! — выдохнул Змей. — Никто возражать не будет. — И деловито добавил: — Только вот бога, думаю, вы там никак не разыщете.