Чтение онлайн

Солдаты встали по сторонам возле входа, а комендант подошел к ученым.

Сейчас, в шубах, они напоминали двух котов, замерших перед хозяином: сытых, вымытых, причесанных и поглядывающих умными глазами.

— Следуйте за нами, господа, — без прелюдий произнес Штольц и, заметив, что профессор хочет задать вопрос, добавил: — Узнаете все на месте — это нужно видеть своими глазами. Надеюсь, вам удастся прояснить сложившуюся ситуацию.

Ученые молча направились к выходу из лаборатории.

Дверь медленно закрылась за их спинами.

* * *

Грузовая клеть, будто тяжелая птица, медленно опускалась на четвертый уровень. Перед глазами находящихся в ней людей проплывала железобетонная обрешетка шахтного ствола, напоминавшая внутренности огромного червя.

Профессор Майер не любил замкнутых пространств, вызывающих у него приступы клаустрофобии, и с облегчением выдохнул, когда клеть коснулась пружинных амортизаторов и, покачавшись, остановилась.

Один из сопровождавших эсэсовцев открыл засов и, распахнув двухстворчатые дверцы, выпустил остальных людей из клети.

Они прошли в просторное помещение с высоким сводом, похожее на ремонтный узел железнодорожной станции, в котором находились несколько вагонеток, два электровоза, лебедки, дрезина и козловой подъемный кран. Здесь же располагался и пост охраны в составе восьми солдат и офицера, укрывшихся за грудой сложенных друг на друга камней. Из одной бойницы этого оборонительного сооружения выглядывал ствол крупнокалиберного станкового пулемета.

Заметив коменданта, молодцеватый унтер-штурмфюрер [4] спешно подбежал к нему. Звонко щелкнув каблуками, он вскинул вверх правую руку, поприветствовав Штольца на древнеримский манер. «Хайль Гитлер!» здесь почти никогда произносили, разве что в тех случаях, когда на базу прибывал кто-нибудь из бонз Третьего рейха, а после смерти самого фюрера подобное приветствие вообще стало архаизмом.

— Зиг хайль! — звонко выкрикнул унтер-штурмфюрер и отчеканил доклад: — Господин штандартенфюрер, электрики прибыли и уже приступили к работе!

Комендант поморщился, небрежно махнув рукой, и хмуро приказал:

— Готовьте дрезину.

— Яволь! — Офицер козырнул и побежал исполнять приказ, позвав на помощь одного из своих солдат.

Через минуту дизельный двигатель зафыркал и протяжно загудел. Дрезина, груженная людьми, плавно тронулась с места и въехала в основной тоннель, раздвигая мглу лучом прожектора.

Тоннель встретил их затхлым воздухом и гулкой пустотой. Через сто метров дрезина свернула в тупиковый отвод, осветив перепугано-возмущенные лица прижавшихся к стене электромонтеров, и остановилась неподалеку от массивной металлической решетки.

Один из эсэсовцев соскочил с дрезины и откинул от борта лесенку, по которой спустились комендант и ученые.

Едва ступив на бетонный пол, они почувствовали едкую смесь запахов: переработанного дизтоплива, паленой резины и чего-то еще. Под ногами попадались стреляные гильзы. Доктор Фогель с недвусмысленным вопросом на лице посмотрел на профессора, но тот лишь растерянно поднял брови и пожал плечами.

Что-то нагнетало уныние и тревогу в этом месте, будто они стояли на краю свежевырытой могилы. И эта мрачная интуиция их не обманула.

Рядом с решеткой лежали два неподвижных тела в камуфляжной униформе, прикрытые брезентом. Перепачканная кровью прорезиненная ткань уже успела стать коричневой. От трупов исходил приторно-сладкий запах крови и тошнотворная вонь — как на скотобойне возле свежевыпотрошенных животных.

Фогель отвернулся, сглотнув кислый комок отвращения, а профессор Майер с приоткрытым ртом попятился назад — один из эсэсовцев тут же взял его под руку и вернул на место.

Комендант, бросив беглый взгляд на мертвые тела, прошел вперед и остановился возле часового, о чем-то его спросив. Заметив замешкавшихся у решетки ученых, Штольц жестом пригласил их войти внутрь бункера, приказав охране остаться у входа.

— Не бойтесь, профессор, — сказал комендант, когда Майер проходил мимо него. — Мертвецы не кусаются и не причиняют никому вреда… Как, впрочем, и пользы… Прошу, господа, прошу…

Если б тогда он мог знать, что подобное легкомысленное убеждение по поводу мертвецов окажется ошибочным, то никогда не произнес бы этих слов.

* * *

Бункер встретил людей сонной тишиной.

Аварийное освещение слабо рассеивало полумрак.

Стены и пол, укрепленные изнутри стальными листами, отражали и усиливали все звуки, искажая их почти до неузнаваемости.

«Почему так тихо?» — одновременно подумали ученые и переглянулись.

Никто не произнес ни слова. Шаги звучали, как удары колокола. В воздухе стоял кислый запах пороховых газов, горелой электропроводки и чего-то еще не менее отвратительного. Бункер был просторный, но создавалось впечатление, что они попали в тесный могильный склеп.

Профессор вступил во что-то мерзкое и вязкое.

— Что за… — пробормотал он, пытаясь рассмотреть прилипшее к сапогу вещество.

Комендант достал из кармана фонарик — луч света скользнул по полу и остановился на саркофаге.

По вяло поблескивавшей поверхности стекла стекали тонкие ручейки талой воды.

Такая мелочь.

Такого огромного значения.

Присмотревшись, Майер содрогнулся — заметил выбоины от пуль, и его накрыла волна негодования.

— Да что здесь происходит?! — голос профессора едва не сорвался на крик. — Зачем вы размораживаете лед?! Кто стрелял по саркофагу? Вы что тут, все с ума сошли?!