Чтение онлайн

Эмилин в панике вспомнила о рыцаре в синем плаще и почти слетела вниз по каменным ступеням. Выбежала из дома и стремительно пересекла подобие деревянного моста, связывающего двери замка с крепостной стеной. Быстрой походкой прошла девушка по широкой стене навстречу Уоту, остановившись лишь на секунду, чтобы взглянуть вниз, на дорогу.

Приближаясь к Эшборну, переливающаяся и искрящаяся в лучах заходящего солнца масса постепенно превращалась в вооруженный отряд.

— Святая дева Мария! — Эмилин чуть не задохнулась. Перегнувшись через парапет, до боли в руках упершись в грубые камни стены, она наблюдала за всадниками. Внезапно странное чувство охватило ее: реальность отступила — перед глазами стояла ожившая миниатюра из книги.

Больше сорока шлемов, блестя на солнце, качались в такт движению лошадей. Двое всадников скакали впереди, а за их спинами развевались яркие знамена. Один, на светлом коне, был одет во все черное. Прекрасные волосы его были абсолютно белы: их не прикрывал ни шлем, ни капюшон. А рядом с ним на черном жеребце скакал рыцарь в синем плаще.

Увидев его, Эмилин вздрогнула.

Отряд уже пересекал луг, мягким склоном спускавшийся к воротам замка. Из-под копыт коней летели комья земли, выбитая трава и цветы. Знамена стали вполне различимы: на одном из них, главном, был изображен королевский крест, а на втором — родовой герб: зеленый ястреб на белом фоне.

Эмилин отвернулась и облокотилась на каменный парапет стены. Она не смогла сдержать стон; рыцарь, раненный сегодня в лесу, оказался посланцем короля.

— Человек в черном? Его я знаю. А насчет второго, в синем, боюсь, не смогу сказать наверняка.

Уолтер Лиддел отвечал на вопросы Эмилин, стоя рядом с ней на крепостной стене и глядя на уже подъехавших всадников. Знаменосец именем короля потребовал опустить мост и теперь ожидал ответа часового. А тот, в свою очередь, ждал решения леди Эмилин и сенешаля.

— Бертран Хоуквуд, граф Грэймер, прозванный Уайтхоуком [1] за свои абсолютно белые волосы, — продолжал Уот. — Могущественный лорд и, насколько я слышал, жестокий человек. В его руках вассалов не счесть, и королевское благоволение в придачу. А вообще эти двое — пара вонючих поганок!

Эмилин дотронулась до рукава своего друга — под тканью ощущался холод кольчуги. Уолтер был высок и крепок, глаза, как угли, горели на обветренном и покрытом шрамами лице. Красный плащ указывал на принадлежность к свите барона Эшборна. Уот был лучшим другом ее отца и вот уже двадцать лет служил сенешалем замка. Сейчас он заботливо наблюдал, как девушка осторожно выглядывает между зубцами стены.

— Что может понадобиться здесь лорду Уайтхоуку? — наконец проговорила она.

— Похоже, что он привез королевское послание, миледи.

— Ты можешь предположить, по какому поводу? — Сама она сейчас испытывала одно-единствен-ное чувство: страстное желание, чтобы рыцарь в синем плаще куда-нибудь исчез. Уот резко вздохнул. Лицо его, до этого напряженное, стало задумчивым:

— Они не бросают нам вызов, а только просят впустить в замок. Думаю, стоит принять лишь графа и того, кто с ним рядом. Пусть оставят оружие у ворот, а воины могут подождать в поле, пока королевское послание будет передано.

Эмилин едва кивнула.

— Я не выйду во двор приветствовать их, хотя и понимаю, что это мой долг. У меня не хватит выдержки. Придется тебе выступить в качестве хозяина.

Уот кивнул и крикнул что-то часовому. Скрипнули блоки, и толстые железные решетки медленно поползли вверх. Увидев это, Эмилин подобрала юбки и быстро побежала к дому.

Тибби вместе с близнецами наблюдала за происходящим из главного зала. Дети залезли на скамейку у ряда тройных стрельчатых окон с цветными стеклами в верхней их части и деревянными ставнями в нижней. Кристиен громко жаловался, что Изабели досталось лучшее место у открытой створки.

— Цветные стекла, конечно, мешают смотреть, но зато в какой красивый цвет они окрашивают все в комнате! — заметила Тибби, показывая, на красные и янтарные отблески. — Изабель, ну подвинься же, а то мне придется самой переставить тебя на другое место! — Услышав шаги Эмилин, Тибби обернулась:

— Вы примете их, миледи?

— Да, — ответила девушка и направилась к дальнему концу огромной комнаты, к камину. Подол ее голубой юбки прошелестел по каменному полу. Любимый пес, Кэдгил, гревшийся у огня, поднял голову и приветствовал хозяйку преданным взглядом. Эмилин почесала его за ухом и уселась в резное кресло с высокой спинкой, готовясь любезно встретить послов.

Подошла Тибби — лицо озабоченное, глаза покраснели, как будто она с трудом сдерживала слезы.

— Будем надеяться, что они приехали не с дурными вестями, что король не собирается и тебя сделать своей пленницей!

— Я не представляю ни малейшего интереса для короля Джона, Тибби! У меня же совсем ничего нет — лишь маленькое наследство, оставленное матерью. А все мое приданое давным-давно уже перешло к королю. — Эмилин вздохнула. — Я закончу жизнь в монастыре, как и моя сестра Агнесса!

Тибби покачала головой.

— Король коварен, девочка! И ты это прекрасно знаешь — ведь лорда Гая нет с нами!

Эмилин молча прикусила губу. Она и сама отлично понимала, что нянюшка права. Королю нельзя ни доверять, ни противоречить. Девушка внутренне содрогнулась: если эти послы привезли известие о смерти брата, тогда Кристиен становится следующим бароном.

Девушка с трудом подавила желание схватить в охапку близнецов и спящего Гарри и бежать, куда глаза глядят. Столько уже потеряно, и столько потерь еще впереди! Самый старший из детей в семье — Ричард — в двадцать лет погиб в битве при Пуату, сражаясь за короля Джона. Это было уже давно. Два года назад умерла мать, дав жизнь малышу Гарри. Этим летом отца доконал смертельный приступ малярии. А осенью попал в плен Гай.

Потрясение и боль от всех этих потерь падали на нее, как тяжелые свинцовые гири на хрупкие золотые весы. Были периоды, когда девушка едва могла дышать, едва находила в себе силы рассуждать здраво — так давил ее этот разрушительный груз. К своему ужасу и отчаянью, она обнаружила, что женщины не в состоянии изменить или поколебать то, что решили мужчины. Скоро посланники передадут следующий приказ короля, и придется беспрекословно ему подчиниться. Эмилин крепко сжала деревянные подлокотники: голова кружилась, дыхание срывалось, сердце колотилось в груди, как молот.