Чтение онлайн

— Ты немножко рано, Сара, но это ничего, мы не возражаем, вовсе нет.

— Я ухожу через минуту, и приду опять уже в четыре, но мне надо сначала поговорить с вами.

— Конечно, давай.

Помещение было пропитано аппетитными ароматами. Пахло луком, чесноком и жареным мясом. А также корицей, яблоками и свежей капустой. У кухонного стола Джинива что-то терла на терке. Окна запотели от вкусных паров, со стекол разводами стекали капли на подоконник. Вошел Байрон и сказал:

— Быть того не может! Ведь это руководитель нашего детского хора. Наши юные голоса звучат так хорошо, что могли бы участвовать в одном из публичных концертов.

— О, Байрон! Вы всегда говорите такие приятные вещи. Они действительно были хороши, эти дети, не правда ли?

Вслед за отцом вошел Джош и объявил:

— На следующий год я тоже хочу петь в хоре.

— Мы тебя с удовольствием примем. — Они обсудили вчерашние события, прежде чем Сара заговорила о деле, которое привело ее сюда.

— Я рада, что вы сейчас все здесь, потому что у меня к вам особая просьба.

— Выкладывай, — сказала Эмма.

— Полагаю, вы все знаете Роберта Бейсинджера, друга моего детства, из Сент-Луиса. Ему наконец удалось уговорить мою сестру вырваться из борделя. Они оба сейчас в редакции газеты, и, если это возможно, я бы хотела привести их с собой на рождественский обед. — Прежде чем кто-либо произнес слово, Сара торопливо продолжала: — Я знаю, что с моей стороны несколько бесцеремонно просить об этом, тем более что я так поздно это делаю, да и еда уже готова. С сестрой очень плохо обошлась миссис Раундтри сегодня утром, а я хочу показать ей, что есть у нас люди, которые могут отнестись к ней прилично. Поэтому я и пришла к вам. Но я приведу ее, только если вы все будете согласны и если достаточно еды.

Эмма ответила за всех:

— Какими же мы будем христианами, если захлопнем дверь перед ближним, осуждая его? Конечно, приводите ее и мистера Бейсинджера тоже.

Сара вздохнула с облегчением.

— Эмма, вы настоящий друг, вы все мои лучшие друзья. Спасибо. — Она посмотрела с благодарностью на каждого. — Есть некоторые нюансы, которые вы должны знать. Мы пытаемся убедить Адди не возвращаться туда, поэтому то, как вы ее примете, будет иметь большое значение. Она думает, что никто теперь не будет к ней нормально, по-человечески относиться, но после сегодняшнего дня она поймет, что не все похожи на миссис Раундтри. И еще, Эмма. Мы с Робертом ломаем головы, пытаясь найти какое-нибудь разумное занятие для Адди. Она, конечно, не годится для работы со словом, а то я бы приспособила ее для работы в газете. Думаю, если бы мы поселились с ней вместе в собственном доме, она могла бы вести хозяйство, но она и этого не умеет. Вы бы не могли как-то помочь?

Эмма просияла, ее щеки еще больше разрумянились.

— Вы пришли к той, кто вам нужен. Мои девочки уже научились готовить не хуже, чем их мать. Приводите Адди к нам, и вы увидите, мы сделаем из нее новую женщину.

— О-о-о, Эмма!.. — Сара обняла ее за шею. — Я никогда не говорила, как я вас люблю… И всю вашу семью… и вас, Байрон… — Она обняла его и каждого из присутствующих. — Джош, Летти, Нива… Просто не знаю, что бы я делала без вас. Вы были моей семьей с тех пор, как я поселилась здесь, в Дедвуде.

— Ладно, теперь у вас появилась собственная семья, и мы сделаем все, чтобы вы снова не потеряли сестру. А теперь идите назад и приводите свою парочку.

— Слушаюсь, мэм, — ответила Сара. Сердце ее было переполнено чувством благодарности. — А вы уверены, что у вас хватит еды?

— Джош подстрелил дикого гуся. Как ты думаешь, Джош, хватит твоей птицы на восьмерых?

— Держу пари, что будет более чем достаточно, — гордо заявил Джош.

Сара ушла, а Эмма скомандовала:

— Девочки, нашинкуйте еще капусты.

В редакции аппетитно пахло свежесваренным кофе. Адди и Роберт придвинули стулья к печке и сидели, прихлебывая кофе из кружек Патрика и Сары. Они повернулись к Саре, когда она закрыла дверь и стала снимать шляпу.

— Вы оба будете очень довольны новостями, которые я принесла с собой.

— А что такое?

— Вы приглашены на рождественский обед к моим друзьям Докинсам.

Роберт улыбнулся. Адди съежилась.

— Нет, нет.

— Что значит «нет»?

— Я лучше вернусь к Розе, — сказала она, уставившись в кружку.

Сара быстро подошла к ней и взяла за плечи.

— Слушай, Адди. Докинсы очень хорошие, добрые люди. У Эммы и Байрона трое прекрасных детей, которых они хорошо воспитали своим примером. Никто из них не будет избегать тебя. Хотя и миссис Раундтри, да и другие могут делать это. Но Эмма и ее семья — никогда. Где-то нужно начинать новую жизнь, Адди, и этот рождественский обед — не худшее начало.

— Так ты туда ходила и спросила, могу ли я прийти с тобой, да?

— Да. И ты, и Роберт.

— Я не хочу идти, держась за твой подол.

— А я хочу, — шутливо вставил Роберт. — Домашний рождественский обед в настоящем доме. Я не возражаю, как бы меня ни пригласили.

Адди продолжала сомневаться.

— Послушай, Адди, — уговаривала ее Сара. — Эмма Докинс знает очень многих в этом городке. Люди смотрят и запоминают, что она делает. Большинство местных женщин видит ее почти каждый день, покупая у нее хлеб. Если ты будешь принята у нее, многие последуют ее примеру. Ты должна пойти.

— Не могу.

Сара нахмурилась и отступила на два шага, уперев руки в бока.

— Сказать тебе честно, Адди, ты меня начинаешь раздражать. Это отец тебя разбаловал. Если бы не он, ты бы лучше соображала. А то стоило тебе надуть губки и пожалеть себя, как все делалось так, как ты хотела.

— И вовсе я не дулась.

— Ты и сейчас дуешься как ребенок.

— И далеко не все получалось, как я хотела.

— Получалось. В то время как я шла в редакцию газеты на работу, ты оставалась дома и била баклуши.

— А может быть, я тоже хотела пойти работать? Может быть, мне не давали?

Роберт молча наблюдал.

— Мы поговорим об этом после, без Роберта. А сейчас я хочу услышать от тебя вескую причину, по которой ты не хочешь принять приглашение Эммы.

Адди упрямо выпятила подбородок.

— Я думаю, что мне не следует идти туда, где есть дети.

— Дети Эммы представляют, что такое бордель. Живя здесь, невозможно не знать этого. Я предупредила Джоша в первый же день, когда наняла его на работу, чтобы он не носил туда газеты. И, если Эмма не боится, что ты окажешь на них дурное влияние, почему тебе нужно думать об этом?