Чтение онлайн

Алеся сунула справку в сумочку (хороший документ – пригодится) и отправилась в ванную. Открыла воду и замерла возле зеркала. На шее болталось ещё одно доказательство, что события прошедшей недели – это не сон. Серебряные крылышки богини танца. Подарок Виктора. Щемящее чувство сдавило грудь. Пальцы коснулись кулона. Глаза закрылись. Она снова услышала низкий волнующий голос: «Я уже и так основательно влип»… Да как только Алеся, вообще, могла усомниться, что произошедшее не было реальностью?! Разве могли бы все те зашкаливающие эмоции быть просто сном?! Они слишком живые, слишком настоящие, слишком горячие. Сам Виктор слишком горячий, чтобы быть образом из сновидения. Ох, особенно вчера… Краска залила лицо, а сердце начало упорно выскакивать из груди, когда вспомнила, чем закончилось их возвращение с концерта.

Алеся плеснула на лицо холодной воды. Но что произошло потом? События понемногу начали всплывать в памяти. Им с Шевцовым помешали. Явился отец Эдварда. Алеся чуть не умерла, когда Виктору пришлось выйти. Она бросилась к графину с водой, чтобы хоть как-то унять жар. Выпила залпом стакан. А потом… потом вдруг накатила сумасшедшая слабость и сонливость. Алеся едва успела плюхнуться на кровать и отключилась.

Выходит, в той водичке было снотворное? Проделки Брайона? Он решил, что задание выполнено, и можно отправлять Алесю и Виктора домой? Но что же было за задание? Поднятие бизнеса Эдварда?

Там, в Абсильвании, она почему-то никак не могла вспомнить последнюю фразу профессора, а теперь весь разговор с Брайоном всплыл в голове во всех деталях. Вот ведь меркантильный профессоришка. Он действительно говорил о спасении автомобильной компании Эдварда. Но это ещё не всё. Под конец Брайон наклонился к Алесе и произнёс:

– Хочу предупредить насчёт Виктора. В его чай кроме снотворного влит ещё и сильнодействующий психотропный препарат, изменяющий восприятие действительности. У нас его называют приворотным зельем. В общем, не удивляйтесь, если заметите знаки внимания.

У Алеси похолодело внутри. Вот она та фраза, которая не давала покоя, но никак не всплывала в памяти. Препарат? Грудь жгло от осознания горькой правды. Шевцов ведь сразу сказал, что Алеся не в его вкусе. Да она и сама догадывалась – видела, какие «ноги от ушей» крутятся вокруг него. Но профессорская отрава сделала своё дело – постепенно исказила Шевцовское восприятие. Как говорится: некрасивых женщин не бывает, бывает мало водки. А Брайон, видимо, не поскупился на водку, в смысле на свой препарат. Влил лошадиную дозу.

Глупая, глупая Леська! Поверила, что такой мужчина может в неё влюбиться? Поверила, что была не во вкусе, и вдруг стала во вкусе? Не было у Виктора никаких чувств. В крови бурлила не страсть, а профессорский химикат.

Как же горько. В горле ком. Хотелось заплакать, но глаза оставались сухими. Алеся снова и снова плескала в лицо холодную воду. Как унять эту рвущую душу боль?

Зачем профессор так поступил? Хотел, чтобы у Шевцова натурально получилось изобразить влюблённого жениха? Не понимал, что такими вещами нельзя играть? Видимо, не понимал. Алеся вспомнила, что на её изумлённый взгляд профессор ответил как ни в чём не бывало:

– Не переживайте. Когда буду возвращать вас назад, дам Виктору препарат, нейтрализующий действие приворотного зелья. Так что, когда окажетесь дома, всё вернётся на круги своя.

На круги своя? Это как протрезвление. Утро. Похмелье. И карета, превратившаяся в тыкву. В смысле Алеся, ставшая снова не в его вкусе.

Но для неё уже никогда ничего не вернётся назад. Не вернётся! Она-то влюбилась по-настоящему… Влюбилась до потери сознания в своего грозного красавчика-босса, умного, надёжного, нежного, страстного… Эх, Леська, Леська…

– Как?!!! Как вы могли перепутать флаконы?!!! – Брайон вне себя от ярости отчитывал двух своих студентов.

И это ещё его лучшие ученики? Только сегодня, когда обратный обмен двойников уже состоялся, он заметил, что из-за разгильдяйства двух неучей был сорван его эксперимент, да и вся задуманная им операция чуть не провалилась.

Брайон планировал перед отправкой Шевцова и Чистяковой в Абсильванию дать им вместе со снотворным свой недавно синтезированный препарат – приворотное зелье. Во-первых, собирался испытать вещество на двух изначально безразличных друг к другу людях, а, во-вторых, если бы препарат подействовал, это помогло бы им изображать жениха и невесту. Для чистоты эксперимента даже предупредил их об этом. Вчера на концерте, где они решили выступить вместе, сидел, потирая руки от удовольствия, думал – зелье сработало. Наконец-то, столько лет упорного труда дали результат. Но оказалось, что из-за ошибки студентов в снотворное был влит совсем другой препарат. Тот, что временно отключает память.

И что в итоге? А вот что. Синтезированное Брайоном зелье так и остаётся пока непроверенным. А оба подопытных, подвергнутые действию другого препарата, просто забыли большую часть разговора, состоявшегося во время чаепития. Брайон, вообще, удивлялся, как они поняли, для чего он отправил их в Абсильванию и на каких условиях вернёт назад. Они же не помнили его слов. Повезло, что парочка оказалась догадливой и сообразила, что их задача – поднять бизнес Эдварда. Теперь деньги Брайона, вложенные в автомобильную компанию будут приносить доход, и у него появятся средства на новые эксперименты.

Во время обратного перемещения подопытным был дан препарат, нейтрализующий действие любых ранее введённых препаратов. Поэтому блокировка памяти снялась, и оба должны вспомнить всю беседу. В частности, и фразу про приворотное зелье, которого на самом деле не было. Да, накладочка вышла. Хорошо, что Брайон сейчас далеко от подопытных, и они не смогут до него добраться. Интуиция подсказывала, что вряд ли они остались в восторге от его экспериментов. К сожалению, далеко не все понимают, что ради науки можно немного и пострадать. Наука требует жертв.

Кстати, а не использовать ли ему в качестве новых жертв вот этих двух недотёп, по вине которых был сорван эксперимент?

– Ладно, – он посмотрел на них уже без гнева. Даже улыбнулся. – На первый раз прощаю. Пойдёмте-ка в мой кабинет. Выпьем чаю.

Теперь-то уж Брайон не допустит, чтобы в чашки новых подопытных попал не тот препарат.

Алеся надеялась, бессонная ночь хоть чуть-чуть притупит чувства – сделает из неё безэмоционального зомби, но когда подходила к зданию офиса, сердце задёргалось предательски неровно. Боль накатила с новой силой. И это она ещё даже не зашла внутрь, а что будет, когда увидит Виктора?