Против всех
Шрифт:
Заодно надо было уничтожать советские аэродромы стратегической авиации. Почему же мы предполагаем, что престарелый «Цезарь» представлял угрозу Британии, а устаревшие бомбардировщики Ту-4 с ядерными бомбами на борту — не представляли? Отчего не представляли угрозы новейшие Ту-16, М-4 и Ту-95? Отчего мудрые британцы не боялись советских атомных торпед, заряды для которых уже были испытаны и в ближайшее время должны были поступить на вооружение флота?
Информация к размышлению: в Советском Союзе ядерный заряд впервые удалось разместить внутри артиллерийского снаряда калибра 452 мм, а вовсе не в 305-мм и не 320-мм снарядах. Этот 452-мм ядерный снаряд РДС-41 для флота не предназначался и в серию не пошел. Первое успешное испытание РДС-41 состоялось 16 марта 1956 года — через четыре с половиной месяца после гибели «Новороссийска».
Таким образом, в 1955 году никаких ядерных снарядов на «Цезаре» не было, их никто не разрабатывал и не создавал. И уж тем более не было никаких 305-мм ядерных снарядов на «Севастополе», ибо он, как и «Октябрьская революция», годом раньше был переведен в класс учебных кораблей.
Из всего этого следует, что британскому правительству и британским адмиралам не было никакого смысла топить линкор «Цезарь» и тем более «Севастополь», который в тот момент уже официально линкором не числился. Мотив преступления у мнимых британских диверсантов отсутствовал точно, как и у диверсантов итальянских.
Хрущёв считал, что решить экономические проблемы Советского Союза можно продажей невосполнимых природных ресурсов: проложить трубу и качать нефть в Европу. Сталин на подобные предложения обычно отвечал по-сталински: торговать ресурсами — торговать Родиной. В 1955 году председателем Госплана был назначен товарищ Байбаков Николай Константинович. На эту ключевую должность Байбакова двинул Хрущёв — за то, что Байбаков упорно поддерживал и продвигал два грандиозных хрущёвских проекта, которые должны были помочь Советскому Союзу вырваться из экономического тупика. Первым проектом был подъем целинных земель, вторым — строительство самой мощной в мире системы трубопроводов, выкачивание нефти и ее продажа европейским соседям.
Промышленность СССР и стран социалистического лагеря была не способна производить трубы большого диаметра для магистральных нефтепроводов. Такие трубы производились в Западной Германии, но ее правительство наложило эмбарго на продажу труб большого диаметра Советскому Союзу, и проект строительства нефтепровода на некоторое время завис.
Нефтепровод был введен в эксплуатацию 15 октября 1964 г., а за два дня до этого, 13 октября, в результате заговора Хрущёв был снят с поста Первого секретаря ЦК КПСС. 14 октября 1964 г. этот пост занял Брежнев.
Начало эксплуатации нефтепровода отодвинуло крушение Советского Союза еще как минимум на пару десятков лет и чудесным образом совпало с началом нового периода в истории СССР — периода правления Брежнева.
Советская пропаганда состряпала и запустила в оборот штамп, звучавший похвалой Сталину: он-де принял Россию с сохой, а оставил с атомной бомбой. Но если уж и прибегать к подобной оценке, то объективности ради вторую часть этой фразы следовало изменить: с той же сохой и оставил.
Дореволюционная Россия хлеб вывозила, а Советский Союз даже себя прокормить не мог. Это одно из главных достижений социалистического способа производства и лично товарищей Троцкого, Свердлова, Ленина, Сталина, Хрущёва и прочих, которые ради так называемой «индустриализации» в начале 1930-х годов ограбили самых трудолюбивых крестьян, объявили их кулаками и уничтожили как класс, а остальных террором и голодом загнали в колхозы.
На катастрофические последствия преступной антикрестьянской (то есть антинародной) коллективизации наложились столь же катастрофические последствия войны. С войны не вернулись миллионы работников, но и те, кто остался жив, вовсе не спешили возвращаться в родные колхозы. Рабочие руки требовались везде, демобилизованные солдаты шли на лесоповал, на строительство новых заводов на Урале и в Сибири, куда угодно — лишь бы только не в колхоз. С окончанием войны прекратились и поставки продовольствия из США. Потому в 1946 году в Советском Союзе закономерно и неизбежно начался голод.
Советские вожди в своем кругу признавали, что русская деревня под их мудрым руководством вымирала — а вместе с нею вымирала и Россия.
На пленуме ЦК в июне 1957 года Хрущёв признал: «В колхозах вырывали последнее, разорили тем самым сельское хозяйство… В 1951 году колхозники разбегались». Микоян на июльском (1953 года) пленуме докладывал: «Мясом по-настоящему мы торгуем только в Москве, Ленинграде, с грехом пополам в Донбассе и на Урале, в других местах с перебоями». В начале 1960-х годов Советский Союз начал массовые закупки продовольствия за рубежом и вскоре превратился в главного импортера продовольствия в мире.