Чтение онлайн

— Никто из вас не задавался вопросом, почему мы все друг друга превосходно понимаем? — лектор развёл руки, словно обнимая присутствующих одним махом: — Среди вас есть представители различных миров и далеко не в каждом пользуются одним наречием! Как думаете, почему каждый из новичков изъясняется свободно, читает любые тексты и даже не задумывается, на каком языке они написаны?

Парень на первом ряду снова привстал, но Казим остановил его жестом и поднял голову, глядя на меня:

— Милаина Вэллар ответит на этот раз.

Я даже зажмурилась на секунду, но нашла в себе силы встать. В голову ничего не приходило. Вот уж не думала, что когда-либо придётся сказать это:

— Я не знаю. — В полнейшей тишине под прицелом многих-многих глаз добавила слегка осипшим голосом: — Магия, наверное. Лингвистическая…

— Совершенно верно, — задумчиво поглаживая бородку, покивал профессор. — Садитесь. Какое интересное слово нашли: «лингвистическая». Пожалуй, точно. — Он снова принял любимую позу, опёршись на кафедру, и продолжил объяснения: — Перед сталкером стоит множество задач, изучение языка нового для него мира потребовало бы нескольких месяцев на подготовку.

— Существуют переводческие артефакты! — выкрикнул с места парень, недовольный тем, что ему не дали высказаться.

— Как вас? — натянуто улыбнулся ему лектор.

— Затэч Крэп, — немного привстал и поклонился активный студент.

— Так вот, уважаемый всезнайка. Вы совершенно верно заметили, магические переводчики неизменно помогали путешественникам в прежние времена. Однако, артефакт мог потеряться, размагичиться, его могли украсть… Кроме того, переводчики были бессильны в неизученных мирах, нужного языка могло элементарно не оказаться в базе!

Затэч согласно кивнул и на правах собеседника заметил, не дожидаясь вопроса:

— Вы говорите о втором великом открытии Эрчина.

— Да! — воскликнул Казим, вскинув руку в победном жесте: — Второе великое открытие. Замечу только, что под наставничеством основателя трудились многие маги, это был совместный межмировой проект, — профессор посмотрел в нашу с Паулой сторону и подмигнул: — Лингвистический проект, как мне подсказали. — Он выдержал паузу, причём глаза его восторженно сияли, можно было подумать, что Казим очень даже причастен к величайшему из достижений. Уже спокойнее он продолжил говорить: — Грандиозный магический переводчик помещён в ядро, ставшее основанием для академии! Больше скажу! Это не вспомогательный, а обучающий артефакт! Любой человек, попавший в здание, становится полиглотом. Причём самому индивидууму кажется, что и он, и остальные говорят и пишут на его родном языке!

Ё моё! У меня дух перехватило от восторга. А ведь и не задумывалась, почему иномирянка, попав на Землю, обратилась ко мне по-русски! Больше того, Алуст, Паула, Олеандр… да все! Будто русский стал вселенским средством общения. Впрочем, и без этого мне было над чем ломать голову.

Неугомонный Затэч снова поднял руку:

— Но владение языками по большому счёту необходимо только сталкерам! Зачем давать эти знания обслуживающему персоналу?

— Что вас смущает, адепт Крэп? — нахмурился профессор.

— Разбазаривание магической энергии.

— Этого добра хватает, не беспокойтесь. Переходим к третьему величайшему открытию…

Есть ли предел моему удивлению? Впитывая уничижающую мои бывшие представления информацию, я превратилась в антенну, настроенную на волну преподавателя. Знали бы земные учёные, политики, воротилы бизнеса о том, что энергию можно качать из космоса едва ли не силой мысли! Была, правда, одна поправочка: именно здесь, в центре миров, источник неиссякаем. На задворках, где находится моя родная планета, дела обстоят не так лучезарно, но и там запасы в миллионы раз больше, чем хранят далеко не бескрайние недра.

К сожалению, время истекло. Час пролетел, я и не заметила! Профессор попрощался, одарив нас добродушной улыбкой, и выскользнул за дверь. Догнать? Спросить, где находится просмотровая? Увы, пробиться сквозь массу двинувшихся к выходу студентов, не получалось. Мы с подругой плелись в хвосте. Паула успевала отвечать на заигрывания идущих рядом парней. Я наклонила голову, глядя под ноги, словно боялась споткнуться на ступеньках. Честно говоря, нездоровое внимание противоположного пола напрягало. Не до вас, пацаны!

В столовой подруга отвлеклась на флирт, и я ускользнула от неё. Нужно было разыскать стажёра, спросить, где находится просмотровая. Хотя бы этаж узнать, там я и сама сориентируюсь, наверное. Предпочла бы не обращаться за помощью, ведь библиотеку нашла сама, но попытки вызвать воспоминания оканчивались тревожным чувством на гране паники. Похоже, Милаина здорово испугалась, когда её застукали там. Ничего существенного обнаружить в закоулках временно принадлежащего мне мозга не получалось. Размышляя логически, я с уверенностью предполагала, что именно в смотровой девчонка подстроила обмен телами. Из этого следовало: мне туда надо! Приглашение Казима пришлось кстати.

Я повторила вчерашний заказ — не хотелось терять драгоценные минуты на изучение меню — и, толкая столик между жующими студентами, достигла центра зала, откуда просматривалась вся столовая. Почти не жуя, уничтожала сдобренные мясным фаршем, пахнущие незнакомыми специями жёлтые клёцки, вертела головой, выискивая знакомого парня. Вот он! На этот раз рядом с Алустом торчала единственная сотрапезница. Это была высокая, хорошо сложенная девушка в строгом брючном костюме из качественной ткани. Вид она имела высокомерный, но смотрела на стажёра благосклонно. Постреляв взглядом по сторонам, я заметила и вчерашних пассий Алуста. Они застыли над нетронутыми блюдами и жгли соперницу ненавидящими взглядами. Да здесь Шекспировские страсти! Впрочем, мне до них дела не было. Я отложила вилку и погнала стол к объекту моего интереса.

Приходилось лавировать между группками. На меня недовольно шипели, когда случайно задевала кого-то уголком столешницы. Скорости набрать не удавалось, приближаясь к стажёру со спины, я уловила обрывок диалога.

— Я бы вчера вернулась, но во дворце затеяли бал в мою честь, сам понимаешь, такие события нельзя игнорировать, — в тоне девушки не было оттенка сожаления, просто констатация факта, даже с какой-то претензией: — Напрасно ты отказался, было весело.

— Дела… извини, Золотиса.