Чтение онлайн

Примерно через два дома Софи что-то увидала и прибавила ходу. Вообще было немножко скользко и я уже начала опасаться, не закончится ли наш поход вывихнутыми лодыжками, как промежуточный пункт похода был достигнут. Это оказался салон красоты. Софи влетала внутрь, где администратор салона тут же с вежливым видом поднялась со стула — судя по одежде Софи, та в деньгах не нуждалась.

— 31 вечером нам нужен парикмахер и стилист на дом, есть желающие? — крикнула Софи, пройдя мимо администратора и заглянув прямиком в зал.

Уже через минуту я записывала на бумажке адрес, а Софи расспрашивала девушку, откликнувшуюся на зов, потянет ли она клубный макияж, который, как известно (кому известно? я так первый раз слышу) главное чтобы не скатился в вульгарный. Девушка клятвенно заверила, что потянет и они перешли к договору об оплате.

Следующим пунктом стал торговый центр. Дорожку уже притоптали и теперь каждый шаг превращался в сплошное скольжение и балансирование.

— С какой целью? — рискнула я поинтересоваться.

— Нам нужны платья! — полыхнула угрозой ее улыбка, — чтоб они все там слюной захлебнулись! Пусть у них все мозги без кислорода задохнуться, когда кровь уйдёт в другое место!

Пожелание было страшным и я даже ее зауважала, расшифровав, о чем речь.

В торговом центре Софи чувствовала себя, как рыба в воде и в магазинах ориентировалась превосходно. Здесь по коридору мы передвигались хотя и быстро, но степенно (видимо, так положено настоящим шопоголикам), а она только из стороны в сторону головой вертела и комментировала, где что стоит покупать.

Наконец, нам встретился магазин, который ее устроил. Софи заплыла внутрь и к ней тут же подошли девушки, работающие в зале, потому что покупателей, кроме нас, на горизонте не наблюдалось. И они тут же всей кучей затарахтели: клубное платье, казуал, нейлон или шелк, никаких вставок, лучше с открытой спиной и т. д. Меня повертели из стороны в сторону, окинули профессиональным взглядом и вскоре нам уже притащили по несколько вешалок с вещами.

Потрясающий глазомер — платья садились строго по фигуре и все отлично смотрелись (даже не принимая в расчет, на ком были надеты). Оставалось только по приказу Софи выбрать что-нибудь поэффектнее.

На цену платьев я догадалась посмотреть, когда мерила уже третье — черное с яркой разноцветной вышивкой на груди и по линии подола. Оно стоило, как три моих зарплаты.

— Софи, — зашипела я, выскочив из кабинки и подойдя к соседней, где засела сестра, — у меня нет столько денег. И даже будь, я не стану тратить на одноразовое платье!

Занавеска резко одернулась, хмурая сестра окинула меня быстрым взглядом.

— Это тебе не пойдет, грудь закрыта, иди мерь то, что в звездах. А про деньги можешь не волноваться — у меня с собой три кредитных карточки мужа… И мне их совершено не жалко!

Занавеска резко задернулась, чуть не прищемив мне нос и я тут же решила, что если ей доставляет удовольствие обокрасть собственного мужа, пусть развлекается.

Софи выбрала золотистое платье, усыпанное стразами и походила в нем на солнечный лучик — такой же теплый и сияющий. Мне понравилось обычное маленькое черное платье, классика в понимании Коко Шанель, но Софи категорически его отвергла и остановилась на глубоком синем, хотя оно все сплошь было покрыто блестящими серебряными звездами — вверху слегка ими присыпано, а к низу усыпано так плотно, что изначальный материал с трудом просматривался. А блестящее я вообще не люблю. После короткого, но жаркого спора мы остановились на другом — черном, но из атласа. Правда, оно было слишком… откровенно, но стоило об этом заикнуться, как в меня уперлись прищуренные глаза и я практически заглянула в бездну. Нет… вставать на пути у разъярённой женщины, когда она пытается отвлечься от мыслей о предательстве опасно для здоровья.

— Но для платья с таким глубоким вырезом нужно белье, которое не выглядывает наружу, а у меня такого нет, — пискнула все-таки я в припадке здравого смысла.

Она гомерически расхохоталась.

Расплатилась Софи карточкой, хотя я видела, что в сумке у нее полно наличных.

Главное было сделано, оставались мелочи — белье она мне тоже выбирала сама. Я, искоса глянув на первый попавшийся ценник, закрыла глаза и просто не мешала. Угораздило же угодить в руки обезумевшей от мести женщины! Хотя пусть лучше вещи покупает, чем рыдает и рвет себе на голове волосы от отчаяния. Вот только жутковато слушать, как оно постоянно бормочет себе под нос что-то вроде:

— …всех их породе порченой!…чтоб каждой (нецензура) выдре… Ах, да у нас просто дружеский перепёх! — кривлялась Софи. — Давай выпьем по чашечке кофе и не будем расстраиваться!

Обувь мне всегда было очень сложно выбирать, но на этот раз туфли мы купили всего минут за десять — в первом попавшемся магазине. Я не привыкла к высоким каблукам и как Софи не пыталась купить мне шпильки сантиментов пятнадцать, стояла на своем и, в конце концов, доказала, что даже с семью мне придется нелегко.

Так, обвешавшись пакетами, мы вышли на улицу, где уже стемнело и снова начался снег. В воздухе медленно парили потрясающие огромные хлопья. К тому моменту, когда мы добрались до подъезда, обе были покрыты пушистым слоем, как живые сугробы. Зайдя в квартиру, Софи разделась и первым делом вытряхнула из пакетов новые вещи, разбросала их по дивану, завалилась сверху и, блаженно улыбаясь, уставилась в потолок.

Я поставила чайник, поморщившись при виде посуды, которую с утра так и не домыла и, вернувшись в комнату, упала рядом с сестрой.

— А теперь, — Софи повернула голову и пристально посмотрела мне в лицо, — где там водка?

Я думала, за пару дней Софи угомониться. Думала, немного придет в себя, успокоится, поймет, что это не выход.

Напрасно…

Уговорить позвонить мужу я ее так и не смогла. И ничего не поделаешь — я его номера тоже не знала, как и адреса, а то давно хотя бы телеграмму отправила — это, наверное, страшно, когда возвращаешься домой, а жены нет. Какой бы Дитрих не был плохой, но ведь наверняка переживает, хоть немного?