Чтение онлайн

С пневматическим чмоканьем распахнулась звуконепроницаемая дверь. Чей-то знакомый голос резко спросил по-итальянски:

— Какого дьявола здесь происходит, Мауро?

Скрипнул отодвигаемый стул. Ардиан услышал шаги — твердые, уверенные. Кто-то подошел совсем близко к койке — даже с закрытыми глазами Хачкай почувствовал, что на его лицо упала тень.

— Вы уверены, что имеете право мешать мне вести допрос, Луис? — лениво спросил следователь. — Я ведь могу подать рапорт вашему начальству…

— Валяйте, Рафаэль, — усмехнулся вошедший. — Не забудьте указать, что собирались вкатить вторую дозу пейнмастера четырнадцатилетнему пареньку. Или вам мало девчонки?

«Девчонки? — повторил про себя Ардиан. Он по-прежнему не мог заставить себя раскрыть глаза. — Неужели следователь пытал Миру? И что он с ней сделал?»

— Вечно вы суете свой нос в чужие дела, Луис, — проворчал Мауро. Хачкаю показалось, что ему не очень-то хочется спорить. — Ну да, вторая доза. А что вы предлагаете делать, если он не только выдержал первую инъекцию, но еще устроил мне здесь целый спектакль?

Что-то щелкнуло, и Ардиан услышал срывающийся, полный неистовой злобы голос рвущегося с цепей безумца:

— Ничего! Ничего ты от меня не услышишь, трахнутый мудак! Давай, коли еще своей долбаной дряни, меня от нее прет! Чего вылупился, падла? Давай, сука, режь меня на куски, все равно я тебе ничего не скажу!

— Убедились? — сухо спросил следователь. — У мальчишки не очень высокий болевой порог, и тем не менее он до сих пор не сломался. Так что, хотим мы этого или нет, без второй инъекции не обойтись…

— Мне жаль вас разочаровывать, Рафаэль, — не терпящим возражений тоном оборвал его тот, кого называли Луисом, — но я забираю у вас мальчишку. Вот приказ, подписанный генералом О'Ши. Ознакомьтесь.

Хачкай с усилием разлепил крепко сжатые веки. Он уже давно узнал собеседника Мауро по голосу, но не мог заставить себя открыть глаза, словно боясь ошибиться.

— Привет, Ардиан, — сказал капитан Монтойя.

О том, что Ардиан арестован, мне сообщает комиссар Димитров. Я все еще торчу в Тиране, отрабатывая все связи Василиса Хризопулоса, известного в криминальном мире Албании под именем Скандербег.

Крохи информации складываются в довольно любопытную мозаику. К сожалению, именно крохи. Общая картинка из-за этого выглядит несколько странно.

Тип, который напал на меня в квартире Хачкаев, на мою беду оказался косоваром, два года находившимся в розыске по обвинению в убийствах сербов в Метохии. Никто, правда, его особо не разыскивал. Вот если бы он был сербом и обвинялся в этнических чистках, дело, конечно, приняло бы совсем другой оборот. Так или иначе, как только выясняется, кто он такой, им начинает живо интересоваться сам комиссар Поль, к делу тут же подключаются представители международного уголовного суда, и капитану Монтойе вежливо дают понять, где его место в длинной очереди желающих пообщаться с бывшим строителем из безвестной косовской деревеньки, а ныне важным военным преступником Рамушем Имери. Место если и не последнее, то, во всяком случае, гораздо ближе к концу очереди, чем к ее началу.

Тем не менее кое-что узнать мне все-таки удается, и расследование начинает довольно резво двигаться вперед, но тут мне звонит комиссар Димитров.

— Если тебя все еще интересует этот парень, то советую поторопиться, — говорит он. — Взял его Лоэнгрин, а передали его не кому-нибудь, а Ленивому Душегубу.

— Как, черт возьми, это у него получилось? — спрашиваю я.

Димитров фыркает.

— Боюсь, что случайно, Луис. Насколько я понимаю, Лоэнгрин охотился за майором Шараби, которого подозревал в махинациях с подарком от тетушки. Когда машина Шараби неожиданно развернулась около блокпоста на трассе Дуррес — Тирана, он решил, что пора брать мерзавца тепленьким, и взял… да только не того, кого собирался.

Медлить глупо — я коротко благодарю Эмила за помощь, сажусь в машину и мчусь в Дуррес. По пути успеваю позвонить боссу и уговариваю его подписать приказ, передающий дальнейшее ведение дела Ардиана Хачкая лично мне. Минут за пять до того, как я торможу перед воротами мрачной, похожей на средневековую крепость тюрьмы «Дунча», приказ, заверенный личным факсимиле генерала О'Ши, выползает из печатающего устройства моего лэптопа.

Я успеваю вовремя — мало кто способен сохранить здоровую психику после второй инъекции пейнмастера, а Рафаэль Мауро по прозвищу Ленивый Душегуб как раз собирается сделать Ардиану еще один укол. У Мауро в корпусе дурная слава — пару месяцев назад одна из его подследственных сошла с ума, и, хотя дело удалось замять, весь персонал «Дунчи» знает, что Душегуб вколол ей две дозы «чокнутого русского».

Впрочем, Ардиан и после одного укола выглядит скверно: огромные, густо подведенные фиолетовым глаза, рот, напоминающий рассеченный ножом кровавый бифштекс, забинтованное плечо… В общем, видно, что парню досталось, и досталось крепко. Держится он, однако, молодцом: вместо того чтобы плакать и молить о пощаде, материт следователя так, что я не могу им не восхититься. Похоже, Мауро и сам уже понял, что с наскока ему Хачкая не расколоть. Во всяком случае, он не возражает, когда я сую ему под нос приказ босса. То есть, конечно, возражает, но не сильно, скорее просто для порядка. Прямо из его кабинета я звоню начальнику охраны «Дунчи», и уже через полчаса Ардиан сидит у меня в машине.

К этому моменту я уже представляю себе, что делать дальше. Можно держать пари, что Ленивый Душегуб сразу же бросится звонить Фаулеру — ведь именно тот поймал Хачкая и наверняка объяснил следователю, какую именно информацию нужно вытрясти из задержанного. Фаулер, разумеется, взбесится — а кто бы не взбесился, когда законную добычу нагло крадут у него из-под носа. Другое дело, что у него вряд ли есть время и возможность серьезно повлиять на ситуацию. Насколько я представляю себе методы Лоэнгрина, он крайне редко сидит на одном месте, предпочитая постоянно перемещаться. Из-за этого, вероятно, он и не стал самостоятельно допрашивать Ардиана, переложив всю грязную работу на плечи Ленивого Душегуба. Скорее всего, он ограничится гневным звонком боссу — ну, а того я уже предупредил. Вот только захочет ли бригадный генерал Майкл О'Ши прикрывать меня от гнева любимчика самого Сёгуна?

Собственно, это и есть самый скользкий момент моего плана. Потому что, даже хорошо зная нрав босса, я не могу сказать наверняка, как он поступит в такой ситуации.

От «Дунчи» до базы «Лепанто» мы добираемся минут за двадцать. Все это время я жду звонка генерала, но телефон молчит. Очевидно, выданный мне карт-бланш все еще продолжает действовать.

Лазарет у нас, в отличие от столовой, неплохой. К тому же мне снова везет — дежурит доктор Молле, еще один завсегдатай встреч за покером у комиссара. Принадлежность к этому маленькому клубу делает подробные объяснения излишними. Пока доктор латает раненое плечо Ардиана, я влезаю в нашу локальную сеть и просматриваю новости. В официальной ленте ничего интересного нет; на форуме некто, скрывшийся под ником AWER, сообщает, что, по его сведениям, офицер интендантской службы Олаф Густавссон арестован сегодня людьми Фаулера по обвинению в измене, однако это, разумеется, может быть и уткой. Как раз в тот момент, когда я читаю отклики на это сообщение, начинает верещать мой мобильник. Звонок нейтральный, значит, это кто-то из чужих.