Чтение онлайн

«Блин».

Хотя Питер Мозли, как правило, парень дружелюбный, даже несмотря на то, что порядочный наглец и извращенец, и постоянно призывает нас поддерживать «корпоративный дух», есть одна вещь, которую он ненавидит больше всего, — даже больше, чем внезапное решение пышногрудой Лайлы из бухгалтерии одеваться менее провокационно: в свободные блузки и юбки до щиколотки, — это опоздания.

Пунктуальность — это его маленький пунктик, а часам он поклоняется как какому-то божеству. У него даже есть одни из тех антикварных немецких часов, которые сделаны в девятнадцатом веке. Они — реликвия, принадлежавшая когда-то его прапрадедушке. На массивной цепочке, закрываются небольшой крышкой, крошечные цифры на циферблате сделаны из чистого золота. Питер никогда не устает хвастаться, самодовольно улыбаясь, что эта проклятая штука стоит кучу денег.

И как любой религиозный фанатик, он постоянно сорит всякими фразочками: «время не ждет», «главное — не упустить время» и, его любимая, «время — деньги». Он постоянно пересказывает историю о том, что когда-то давно они с другом, Джоном Глазго, одновременно пробовались на должность журналиста в одной компании, и он получил работу только благодаря тому, что пришел на пятнадцать минут раньше.

Он, как правило, забывает упомянуть, что эта работа была в редакции газеты, принадлежавшей его дяде. Это вполне понятно, учитывая, что история о важности такого качества, как пунктуальность, гораздо интереснее истории о семейных ценностях.

Кроме того, у него есть свой собственный безумный метод борьбы с опоздавшими: за каждую минуту опоздания ты должен задерживаться после работы на две. К примеру, сегодня я опоздала на полчаса, и это значит…

— Час, Грейнджер, — сказал он, будучи довольным, что поймал меня на месте преступления. — Даже не пытайся сбежать раньше пяти. Я проверю завтра.

Я неохотно ответила:

— Да, мистер Мозли.

Я прошла на свое рабочее место, глядя на золотые часы в его руке. Венди всегда говорила, что когда-нибудь она украдет эту проклятую штуку и разобьет её топором на мелкие кусочки, и я не могла не воображать, как делаю то же самое. Этим дурацким часам не место в нашем мире.

— Время — деньги, Грейнджер, — добавил он поучительным тоном. — Время — мудрый наставник, и ты должна научиться ценить его. Это сейчас ты молодая, — он сделал акцент на последнем слове, с вожделением разглядывая мою грудь, — да, молодая, дерзкая… сексуальная… но когда-нибудь, через много-много лет, ты оглянешься назад и поблагодаришь меня.

«Поблагодарю за лишний час на работе? Ну уж нет, мерзкий развратник!»

— Конечно, сэр, — кивнула я.

— Тебе в любом случае нет смысла раскладывать вещи, — сказал он, когда я начала рыться в сумке. — У меня есть для тебя задание.

— Какое задание? — подозрительно спросила я. Клянусь Мерлином, если он еще раз заставит меня присматривать за этим мелким противным уродцем, которого он называет собакой, я…

— Одно из тех, с которым ты отлично справишься, надеюсь, — ответил он. — В Нижнем Хогсмиде открывается новый магазин, «Шаловливая палочка». Я хочу, чтобы ты взяла интервью у владельца. Её зовут Джулия, она моя подруга. Просто хочу немного помочь ей с рекламой для начала, понимаешь? В любом случае, это лучшее, что тебе светит в ближайшее время.

Я вскочила со стула, широко улыбаясь от такой невероятной возможности. Питер Мозли может быть чрезвычайно дотошным, когда дело касается временных рамок, но он определенно знает, как это компенсировать! Я совершенно не возражаю остаться на час после работы, если я должна буду написать статью, которая будет опубликована на первой странице, сразу после содержания номера, ибо обычно именно там публикуют рекламу.

— Конечно, мистер Мозли! — ответила я с искренним энтузиазмом. Это мой шанс! Наконец-то у меня появилась возможность стать уважаемой журналисткой в этом издании, и я собиралась ухватиться за неё без раздумий. Ничто не сможет мне помешать! Никакие препятствия на моем пути…

— Малфой, опаздываешь!

«Твою мать!»

— Приношу свои извинения, мистер Мозли, — сказал человек, чье лицо не выходило у меня из мыслей все выходные. — Кровать так ласково шептала что-то мне на ухо, что я не мог ей противиться.

Питер нахмурился.

— Тогда, быть может, лишний рабочий час вместе с Грейнджер научит тебя сопротивляться сладкоголосому пению твоей кровати в дальнейшем?

Малфой кивнул, изобразив на лице серьезность:

— Будем надеяться, сэр. Будем надеяться.

— Так! — сказала я преувеличенно весело, хватая сумку и изо всех сил пытаясь избегать взгляда Малфоя. — Мне уже пора, вам не кажется, мистер Мозли? Не хочу опаздывать. В конце концов, время — деньги!

Питер кивнул, а затем произнес то, чего я так боялась:

— Возьми с собой Малфоя. Поскольку он учится…

— О, но сэр, я не вижу ничего особо познавательного в интервью! — перебила я.

Они оба посмотрели на меня как на умалишенную. Я чувствовала, что у меня горят щеки. Для «ничто не сможет помешать мне» это было слишком. Теперь у меня появилось серьезнейшее препятствие: отвлечение внимания. И всё из-за Драко Малфоя, который прочно поселился в моих мыслях и полностью спутал их.

***

Нижний Хогсмид был недалеко от редакции «Bewitched», и поэтому мы с Малфоем решили пройтись пешком до «Шаловливой палочки». «Шаловливая палочка»? Очень странное название. Интересно, что там вообще продают? Питер, прежде чем выгнать нас из здания, расплывчато намекнул, что там продают всякие полезные безделушки. Хотя, плевать на отсутствие информации. Я в любом случае узнаю, что продает Джулия, когда попаду в магазин. И обязательно напишу потрясающую статью обо всем этом!

«Конечно, если смогу сосредоточиться на том, что будет говорить Джулия».

Я украдкой взглянула на Малфоя, молча восхищаясь, каким привлекательным он стал за эти годы. Я пялилась до тех пор, пока он не посмотрел на меня, поймав на месте преступления. Покраснев, уже в который раз за сегодня, — мне в самом деле нужно что-то сделать с этим — я немедленно отвернулась.

— Грейнджер, твое лицо похоже на помидор, — съязвил он. — Все разбухло и покраснело.

— Пошел на хрен, Малфой, — сухо ответила я.

Он бросил на меня плотоядный взгляд.

— Спасибо, но я бы предпочел воспользоваться хреном несколько с другими целями.