Чтение онлайн

Видел, как Роби разговаривает с девушкой.

Увидел, как она вернулась и поставила на стол еще одно пиво.

Видел, как глаза гиганта наполнились яростью, а это значило, что он обязательно унизит эту девушку, задавит. Уничтожит.

Увидел, как вьется мелкий бес, и понял, что ад везде — на востоке, на западе, на юге. Что в этой девушке тоже ад — ад севера. Для Гоббо — звездочка, которую нужно спасти.

Видел, как уходили первые клиенты, как переворачивали стулья на столы, их ножки напоминали хрупкие лапки умерших насекомых, плавающих в стоячей воде.

Увидел, что вымытые стаканы уже стоят на полках за прилавком.

Видел, как рассеивается сигаретный дым, как входная дверь открывается, закрывается, открывается и снова закрывается, как покидают заведение завсегдатаи.

Дабл, шатаясь, поднялся на ноги, подошел к стойке, заговорил с девушкой, и его слова, казалось, тоже шатались, тяжелые, как простыни, набухшие под дождем.

Увидел страх в глазах девушки.

Увидел и решил больше не смотреть.

Гоббо поспешно выложил на стол несколько монет, встал и вышел, не закрыв за собой дверь.

Стоя в темноте на другой стороне улицы, в нескольких метрах от «Адмирала», Гоббо зажег сигарету. Вскоре появился Дабл. Он был один. Моряка он не заметил. С трудом дошел до середины улицы, развернулся, его руки болтались как веревки, затем откинул голову назад. Казалось, ему отрубили голову. Напрягся, прочистил горло и плюнул в сторону бара, но слюна попала лишь на тротуар.

Гоббо подошел к фонарному столбу и расположился в центре конуса света, как актер, выходящий на сцену. Взмахнув рукой, он бросил окурок в сторону гиганта, который ничего не заметил.

— Эй! — бросил Гоббо.

Гигант качнул головой, едва не потеряв равновесие. Гоббо помахал рукой.

— Ты еще кто? — спросил Дабл с недоуменным видом.

— Неважно.

— И чего тебе надо?

Гоббо глубоко вдохнул.

— «Клянусь я кровью Божьей, будет непростым сей путь» [4] , — сказал он нараспев.

Дабл повернулся в одну сторону, затем в другую, ища на улице кого-нибудь еще.

— Ты со мной разговариваешь?

— «Ее отец, хоть это говорю и я, он честный малый, пусть и очень беден, но, слава богу, он способен еще пожить...» и даже защищаться.

Великан рвал и метал. Он зигзагами направился к Гоббо и заплясал перед ним, как будто был отражением в подернутых рябью водах реки.

Моряк отошел и встал под другим фонарным столбом. Дабл с трудом последовал за ним.

— Хватит перебегать с места на место, трус... Ты знаешь, с кем имеешь дело?

— «Увы, туманится мой взор, я вас не узнаю».

— Попляшешь у меня, дай только поймаю.

— «Пощады! Боже упаси!» Я бы никогда не стал провоцировать человека, «чей подбородок волосом зарос погуще, чем хвост у Дублина, моей лошадки».

Дабл выбросил вперед кулак, и Гоббо отступил, как тореадор. Гигант почти упал на спину и еле поднялся, стараясь обрести равновесие, но ноги слушались его с трудом.

— Чего тебе надо, черт возьми? Дерись, если ты мужчина.

— Боитесь умереть? — спросил Гоббо.

— Это ты должен бояться смерти.

— Ошибаетесь, нужно бояться не смерти, а умирания.

— Чего тебе надо вообще, если не хочешь драться?

Гоббо указал вниз по улице, туда, где находился «Адмирал».

— Оставьте девушку в покое.

Гигант хлопнул себя ладонями по бедрам.

— Ты про официанточку? Ты поэтому ко мне пристал со своим цирком?

— На самом деле ее зовут Мабель, она плоть и кровь моего друга.

— Я ее себе на полдник приберегаю, если хочешь знать, — усмехнулся Дабл.

— На полдник, но сейчас только полночь, боюсь, вы слишком опережаете график, и вам придется отказаться от этого перекуса.

Дабл перестал хихикать.

— И как ты собираешься остановить меня?

Гоббо отступил назад к свету, все еще держась вне досягаемости гиганта.

— Если мне придется пожертвовать тобой, чтобы спасти честь этой девушки, я хочу, чтобы ты знал, что я именно так и поступлю и что защиты твоего хозяина тебе будет недостаточно.

Дабл больше не качался. Он пристально смотрел на моряка, не обращая внимания на его последние слова.

— Теперь я тебя узнаю. Говорят, ты был моряком.

— Ну раз говорят...

— Мы не в море, насколько я знаю.

— Нас всех, где бы мы ни находились, качает на волнах. Я в своей жизни и на китов поохотился, и на акул, которые поджидали меня на твердой земле.

— Я эту землю тебя жрать заставлю!

Дабл бросился вперед, пытаясь дотянуться до врага. Его увлек вес собственного тела, он рухнул на асфальт и оказался на четвереньках, тело не хотело ему подчиняться, как крупное животное, увязнувшее в тине. Гоббо достал лезвие из ножен на поясе, обошел Дабла, обхватил его и приставил нож к горлу.

— Смирно! Я умею и таким гарпуном пользоваться, — сказал он.

— Опусти тесак, забудем об этом недоразумении! — прошипел гигант, почти не разжимая губ.

— Кто сказал, что я хочу о чем-то забыть?

— Дай мне хотя бы встать.

— Хорошо, но не пытайся ничего предпринять, иначе я перережу тебе горло.

Гоббо перекинул ногу через Дабла и помог ему встать на ноги, а затем протащил еще немного в более темное место. Он подумал о Снейке, который скоро должен был выйти из «Адмирала».

— Что будем делать? — спросил Дабл.

— Ты выполнишь мою просьбу?

Дабл успокоился, он больше не чувствовал лезвия у себя на шее, как будто его растворил алкоголь.