Чтение онлайн

empty-line/>

Теаран снова поймал себя на том, что тянется к треклятой повязке на лице. Ему все казалось, стоит ее снять - и свет ударит в глаза. Наваждение, самообман. Глупые рефлексы мозга. Странно было сидеть на подножке фургона, ощущая под босыми пятками шершавую траву, дуновение солнечного теплого ветра на коже, но самому оставаться в холодной тьме.

Не имея возможности смотреть, Н'Карн целыми днями слушал. Скрипы повозок, пофыркивание лошадей, голоса и шаги. Но окружающий мир отступал за черту восприятия в те минуты, когда приходили мысли о семье... Хотя, если эти двое - дочь кузнеца и сын трактирщика - начинали препираться, то сил игнорировать перепалку не было просто никаких.

– Эри, я же сказала: две кружки воды! Ты сколько влил?

– Как сказано было, так и сделал. Не доставай.

– А ты чью чашку брал? Мою или отцову? Я-то говорила про свою!.. Жор. Вся каша к грызущему. Стоит только отойти...

– Ну, знаешь, - Теан услышал, как что-то стукнуло по котелку.
– Больше и на санд не подойду к твоему вареву! Сама мучайся.

– Стоять. Пока я спасаю кашу, режь мясо. Вот, я уже все разложила. Нож вместе с ложками замотан.

Теаран фыркнул, расслышав сопение, и откинулся на подпорку навеса.

– Крупно резать или мелко?

– Длинными ломтиками. Дай сюда. Сначала так... а потом... Вот. Понял?

– Угу.

Минутное затишье - и новый всплеск эмоций.

– Ты уже посолил воду?! Ну кто тебя просил, а? У нас же солонина такая, что с нее соль аж сыпется!

– Ну все!
– нож полетел на доску, со стуком и мягким шлепком разбивая кучку нарезанного мяса. Что-то, шумно пыхтящее, протопало к фургону, и Теаран вцепился пальцами в ступеньку, когда рядом с ним плюхнулся Эрикир, покачнув всю повозку.

– Легче, парень.

– Да елки-моталки... Я что, у отца не готовил никогда?! Нашлась тут. Главная повариха императора прям!

Эри с досадой мотнул головой и замолчал.

Какое-то время сидели в тишине. Слышно было, как шипела брызгающая на камни вода. Чуть позже Лайлин начала напевать под нос. Похоже, кашу удалось спасти, и настроение девушки пошло на подъем.

Н'Карн, повернув голову к Эрикиру, тихо спросил:

– Так откуда у тебя этот шрам на шее?

Юноша покосился на виконта, скользнув взглядом над воротом его рубашки.

– А вы про свой что, ниче не помните?

– Ничего.

– А Халахам с вами уже говорил?

– Слушай. Я задал простой вопрос. Так сложно прямо ответить?

– Нет, ну..., - Эрикир замялся.
– В общем, за нами охотится ведьма-оборотень.

Теан несколько секунд молчал, не дыша, пытаясь понять: была это шутка или что? Шалопай, небось, сидит сейчас и ухмыляется.

– Хм? Издеваешься? А в ухо?

– Ну вот. Не говорили с Халом - сразу видно.

– Жор с тобой. Не хочешь серьезно, ну и катись.

– Ваш сиятельство, я серьезно.

Теан поморщился.

– Давай без "сиятельств". Просто на "ты", - помолчав, он добавил, - Ведьма-оборотень? То есть, по-твоему, нас с тобой она искусала?

– Ага.

– За чем она охотится?

– Ее привлекает наша сила,- объявил Эрикир, как нечто само собой разумеющееся.

– Хм?

– Лин - исцеляет. Я - читаю мысли. Эм-м, иногда... А что може...шь ты?

Н'Карн замолчал. Надолго. Слова Эрикира всколыхнули тревожный осадок в душе. "Ну ты и влип, виконт. Дома за твоей шкурой охотится знать, а в чистом поле по твою душу спешат оборотни. Сила? О да, есть. Но вот что я могу - это вопрос".

– Не знаю, - с досадой бросил он, отворачиваясь.

В это время ноздри защекотал аппетитный аромат еды.

– Не нашел я чабрец, но зато черемши нарвал, - послышался гулкий бас Айхела.

– Жалко. Я столько его насушила с прошлого лета. Мы его вообще прихватили с собой?

– Доча, я больше своим хламом занимался. Кузнечным. Травки-корешки - все на тебе было. Так что, ты и вспоминай.

– Ну что ж. Давай чеснок.

Минуту спустя запах стал откровенно волнующим.

– Эри, а ты мог бы поискать?
– раздался звонкий девичий голос.

– Что?

– Чабрец. Он должен быть среди коробов. Ну, тех, что с крашеными ручками.

– Разрешаешь порыться в своих шмотках?
– удивился Эрикир.

– Не надо там рыться!
– последовал тут же возмущенный возглас.
– Мысленно поищи. Что такое чабрец, знаешь?

– Ну, трава.

– "Нутрава", - передразнила Лин.
– Ладно. Жор с ним.

Эрикир фыркнул, усаживаясь поудобнее. Теан услышал, как у того забурчало в животе, и невольно напрягся, чувствуя, что его собственный желудок готов откликнуться.

– Против вас заговор устроили в Юрре, да?
– полушепотом спросил Эри.
– Жутко они вас отделали. Я чувствовал.

– Что чувствовал?
– не понял Н'Карн.

– Боль.

– Ни к чему было совать свой нос, куда не звали, - сухо бросил виконт, чувствуя, как ползут вниз уголки губ.

– Я не нарочно. Оно само.

Несчастные нотки в голосе ничуть не тронули Теарана.

– Учись себя контролировать.

Эрикир сокрушенно повертел головой, а сообразив, что Н'Карн ничего не видит, обронил:

– Это не так просто.

Теаран вспомнил ночь в крепости Восьмого Звена и промолчал.

– Я считал, - задумчиво начал Эри, - что вашего отца все любят. А среди господ, гляди, все иначе выходит. Кому наш градоправитель насолил-то?

– Меньше знаешь, крепче спишь.