Чтение онлайн

Я решился признаваться до конца.

– Майкл, а вы всегда были моим кумиром! Я в детстве мечтал хоть немного быть похожим на вас!

Мысленно я добавил: «А Мелиссу я всегда любил».

– Ну, в кумиры я не очень-то гожусь, разве что детям. Пока они не попали ко мне на Базу,- усмехнулся Майкл.

– Кстати, тебе еще не надоело говорить нам «вы»? – вмешалась молчавшая до сих пор Мелисса.

– Мэм, мне трудно, я не привык…

– Так давай, привыкай скорее,- ответил за Мелиссу Майкл.- Лисса, кстати, ты мне так и не объяснила, почему ты сегодня взяла с собой одного только Алекса?

– Понимаешь, я очень спешила, я надеялась хоть кого-то спасти. Все селферы были далеко, кто где, ведь еще продолжался праздник, а звать мысленно я была просто не в состоянии. Представь: пятьдесят четыре человека, я даже отключиться не могла, ты же знаешь эффект обратной связи…

– Да, да… – Майкл покивал головой.

– А Алекс был рядом.

– Да, я уже выяснил, что Алекс всегда рядом с тобой.

Я не понял интонации, с которой Майкл произнес эту фразу, и выражения его глаз, когда он взглянул на меня. Совсем не понял.

– Только я слишком поздно обнаружила,- продолжала Мелисса,- что у Алекса есть ?-резонанс в диапазоне корнезианцев, и было уже некогда искать другие варианты.

– И поэтому ты решила рискнуть его жизнью?

– Да,- ответила Мелисса твердо.

«И не в первый раз»,- подумал я. Но вот что странно, я совершенно твердо знал, что эта решимость рискнуть моей жизнью парадоксально уравнивает нас. Это был риск не жизнью раба, существа подневольного, это был риск жизнью существа, равного тебе во всем – или в главном. Это было принятие решения за человека, в котором ты уверен, как в самом себе. После Мелиссиного «Да» я даже хотел произнести ту самую фразу: «Ведь мы жалеть себя не станем!», но вовремя прикусил язык, а то как бы еще не пришлось рассказывать, как я на Марсе ночью подслушивал у балконной двери…

Во всяком случае, это «Да» развеяло мои последние сомнения по поводу предложенных мне братско-дружеских отношений с Майклом и Мелиссой. Конечно, я понимал свое ничтожество в сравнении с ними, Первыми селферами, но я готов был учиться и расти.

– Лисса, дальше эту сторону операции я беру на себя. Но я хотел бы усилить своих десантников несколькими селферами, поскольку времени немного, а как я понял, нам придется отлавливать гораздо больше выродков-одиночек, чем мы рассчитывали. Даже если применить метод поиска, который вы с Алексом так удачно сегодня использовали. Кстати, на «Орбите-прим» поисковые работы уже начались. Так вот, кого ты мне посоветуешь подключить? Кто посвободнее?

– Надо подумать.

– Как насчет Макса? Он бывал в ситуациях и худших.

– Вот именно Макса, может, и не стоит подключать. Ты знаешь, на «Маджипуре» он практически сорвался от одной только подлой фразы, сказанной ему в спину… Но я подумаю, кто сможет…Пожалуй, Артем – и сможет, и захочет. Он здесь давно, лучше многих знает местную обстановку. И мне показалось, что у него просто руки чешутся. Думаю, он не откажется.

– Артем – это хорошо. И хорошо бы еще пару селферов.

– Обещаю, найду.

Наконец Майкл обратил внимание на трех офицеров, маявшихся неподалеку. Они приблизились и доложили, что отряд готов выступать. На борту оставались дежурные и команда бота, а остальные, шестьдесят пять человек, в ожидании приказа пользовались возможностью, как любой солдат, отдохнуть лишнюю минутку.

Майкл обратил внимание офицеров на мой скафандр и дал команду изменить модификацию скафандров десантников.

Мелисса озабоченно обратилась к Майклу:

– Как ты считаешь, не надо ли твоим ребятам принять что-то типа нейробутада?

– Лисса, они перед высадкой получили коктейль «боевой», и он уже минут тридцать, как начал действовать.

Я знал эту смесь медикаментов. Она повышает скорость реакции человека и адаптивность его психики, одновременно «замораживая» эмоциональное восприятие реальности.

– Это, конечно, хорошо на поле боя, но готовы ли они психологически к тому, с чем столкнутся? – не успокаивалась Мелисса.

– Адмирал, ты прекрасно знаешь, что подготовка десантников включает в себя полный курс «Методы ведения допроса», с изучением исторического опыта и практическими занятиями на симуляторах. Разве этого не достаточно?

Я хотел вмешаться и сказать, что я тоже в свое время прошел этот курс, но сегодня он мне не очень-то помог. Но Мелисса опередила меня:

– Майкл, это – совсем другое. Что бы они ни испытывали на практических занятиях, они знают, что это – симуляторы, что закончится программа и они вернутся в свой мир, где ничего подобного давным-давно не происходит! Я много раз убеждалась, что современные люди просто не готовы к встрече с реальностью в жестких ее вариантах.

– Вот и проверим эффективность наших методов подготовки. Сейчас ничего менять не будем.

– Хорошо,- согласилась Мелисса.

К этому времени десантники уже закончили модификацию скафандров, и отряд построился в колонну по двое, готовый к марш-броску. Мы с Мелиссой и Майклом двинулись впереди.

Когда колонна перевалила через вершину холма, разлитое в воздухе зловоние заставило десантников захлопнуть шлемы. Народ начал догадываться, что им предстоит отнюдь не приятная прогулка по планете-курорту. Я отметил, какими собранными стали их движения. А когда они увидели прожженную мной просеку, они, я думаю, внутренне подготовились, как им казалось, ко всему…

Во всяком случае, результат работы «Высшего Суда» десантников не шокировал, и эту поляну отряд миновал спокойно. Действительно, поляна с разбросанными там и сям не очень сильно изуродованными трупами мужчин напоминала поле боя, знакомое им по тренировкам в симуляторах и учениям, проводившимся в квазиреальной обстановке.

Тем временем отряд подошел к краю поляны, на которой твари издевались над своими жертвами. Первые человек двадцать по инерции прошли вперед, но внезапно остановились, осознав, ЧТО именно открывается их взгляду. Остальные подходили и, словно споткнувшись, тоже останавливались. Вдруг кто-то, не выдержав, метнулся в кусты, и за ним последовала большая часть отряда. Щелчки отбрасываемых за спину шлемов, всхлипы, стоны, характерные звуки рвотных спазм… Я хорошо их понимал. Я-то теперь старался по сторонам не смотреть, во всяком случае, не присматриваться к тому, что попадало в поле моего зрения. Но и у меня постоянно перехватывало дыхание, несмотря на все принятые лекарства.