Чтение онлайн

Еще минуту назад я бы поклялся, что не в состоянии даже думать о еде, но теперь, попав в привычную с давних лет обстановку военного корабля, почувствовал, что ледяной ком, который, оказывается, заполнял все мое существо последние несколько часов, начал потихоньку оттаивать. А может, это просто заканчивалось действие медикаментов? Во всяком случае, ко мне возвращалась способность что-либо чувствовать, и первым вернувшимся чувством было ощущение голода.

– Пожалуй, я бы что-нибудь съел,- ответил я Мелиссе.

– Вот тебе пример,- усмехнулась Мелисса,- исключительной пластичности человеческой психики. Жажда есть – и жить – сильнее боли и смерти… Но иначе мы просто не выжили бы на нашей прекрасной планете по имени Земля. Я всегда поражалась, в каких невыносимых условиях, буквально на грани бытия, люди оказывались способны не просто выживать, но и любить, и быть счастливыми!…

В кают-компанию, где мы уже удобно устроились в мягких креслах, заглянул кок:

– Во имя Земли, мэм! Ваша честь, офицер! Что прикажете принести? Вот список имеющихся на борту продуктов.

Но Мелисса отказалась изучать протянутую ей пластину.

– А что вы приготовили сегодня десантникам и экипажу на обед?

– Мэм, сегодня – салат с огурцами, щи, бифштекс с макаронами, компот и киви с бананами.

– Отлично! Несите мне полный обед, мяса – три куска, киви и бананов – штуки по четыре. Но сначала – горячий чай, большую кружку!

– А мне – обед в среднем объеме. И нет ли у вас свежих помидоров?

– А как же? – улыбнулся кок.- Вам сделать салат, сэр?

– Нет, просто принесите пару штук. Но сначала -чай, как Адмиралу.

– Заказ принят.

И кок поспешил на камбуз.

Чай появился просто мгновенно. Мелисса была права. Чай – это было то, что нам нужно. Интересно, с чем была связана жажда, мучившая нас с Мелиссой все это время? Ну, у меня, быть может, сказался прием огромной дозы лекарств (кстати, похоже, пора выводить их из организма, причем желательно побыстрее), а у Мелиссы? Ведь она никаких химикатов не принимала и физических усилий практически не прилагала, работал в основном ее мозг, антенна, вторая структура… Ага, вот что потребляет воду… И у меня, видимо, дело в том же!

Мелисса попросила принести ей еще кружку чая, а я встал, сказав, что хочу немного прогуляться перед обедом по кораблю, и удалился в хорошо известном мне направлении.

Уф-ф, мне значительно полегчало, и, вернувшись в кают-компанию, я с энтузиазмом приступил к уже поджидавшему меня обеду.

После обеда Мелисса спросила меня, не слишком ли я устал. Я ответил, что чувствую себя, к собственному удивлению, довольно бодро.

– В таком случае не посмотришь ли ты корабль? Мне интересно твое мнение, как обстоят дела с техническим состоянием нашего военного флота.

Я согласился, и она связалась по внутреннему коммуникатору с капитаном бота.

Он немедленно явился в сопровождении двух офицеров. Мелисса представила меня. По их лицам я понял, что имя мое им знакомо. В сопровождении капитана и офицеров, техника по корабельным системам и техника по системам вооружения, я отправился на прогулку по кораблю.

Конечно, его техническое состояние невозможно было сравнить с состоянием моих кораблей или с яхтой Адмирала, но все же оно было весьма приличным. Серьезных нарушений в плане безопасности полетов я не нашел, так, кое-какие мелочи, на которые обратил внимание сопровождавших меня офицеров. А системы вооружения находились вообще в состоянии, близком к идеальному.

Я отправился в кают-компанию доложить Мелиссе а результатах осмотра корабля, но там находился Майкл, и они с Мелиссой что-то довольно обеспокоенно обсуждали.

Увидев меня, Майкл объяснил, что их тревожит.

– Настроение десантников очень подавленное. Они закончили работы, и я дал им шесть часов на отдых здесь, на планете. В походном пункте, на свежем воздухе накрыли обед, но большинство есть не может, многие даже не подошли к столам. Они почти не разговаривают друг с другом, поодиночке бродят или сидят, уставившись в одну точку. В таком состоянии я не могу вернуть их на «Суворов». Надо что-то делать. Но что? Не музыку же им веселую крутить…

– Знаешь, Майкл,- сказала Мелисса задумчиво,- мне пришла в голову одна мысль… Они ведь физически не устали, правда? Нагрузка была для них даже ниже нормы? Ведь так?

– Да, конечно.

– То есть вся проблема – чисто психологическая. Так вот, их надо переключить на другую задачу, достаточно сложную, но совсем другую!

– Что ты предлагаешь?

– Давай устроим показательный бой… нет! Нет! Контрольный бой! Положим, я, Адмирал, хочу проверить уровень их боевой подготовки, вот! Сколько у тебя Р-камер на борту?

– Штатные тридцать процентов от количества людей на борту, всего – тридцать пять камер.

– Отлично, более чем достаточно. Но сегодня тридцать-сорок человек для меня слишком много, не дай бог, не смогу сосредоточиться и кого-то действительно придется реанимировать. Пусть будет двадцать человек. Добровольцев, естественно.

– Хорошая идея! Бой, конечно, мы запишем и будемпотом анализировать. Это весьма полезное дело. А на каких условиях устроим бой? ЗАБО?

– Знаешь, ЗАБО сегодня их не проймет, слишком низкий уровень опасности. Давай бой без правил с холодным оружием! Получить колото-резаные раны достаточно неприятно, и это заставит всех сражаться всерьез, а с другой стороны, такие ранения излечиваются достаточно быстро, в самом худшем случае пострадавшие проведут в Р-камерах три-четыре дня.

Я с изумлением понял, что они обсуждают показательный бой Мелиссы одновременно с двадцатью – хорошо, что не с сорока – противниками, вооруженными холодным оружием. Разговоры о каких-то подобных играх селферов я слышал, но это были такие странные слухи, что я не воспринимал их всерьез. Но Майкл обсуждал это с Мелиссой совершенно спокойно, как дело обычное… И беспокоил их исключительно неизбежный травматизм десантников, самых подготовленных бойцов Земли! Кажется, мне предстоит узнавать о селферах еще много интересного. Но раз они так уж уверены в себе… У меня тоже есть интересные идеи.