Разбойник
Шрифт:
Закончив перевязку, она укуталась в одеяло, пытаясь не искушать его и себя.
Красавчик сходил с ума, глядя на нее. В его голове все время была одна лишь мысль: Скарлетт не просто ему нравилась. Он желал ее своими душой и телом, и это желание с каждым днем становилось все сильнее. Похоже, эта ночь превратится в пытку.
Девушка сидела спиной к нему, но прекрасно чувствовала, как мужской взгляд обжигал ее плечи. Она обернулась и вдруг поняла, что замерзла. Ведь она все еще была в мокрой одежде!
— Габриэль? — обратилась она к разбойнику. Тот, в который раз заметил, как ласково звучит его имя в ее устах. Будь его воля, Красавчик заставил бы ее произносить его имя снова и снова, когда она изнывала бы от желания…
— Не могли бы вы выйти? — продолжила Скарлетт. — Мне нужно снять промокшую одежду.
Ее щеки вновь залились румянцем. После ее последних слов Габриэль почувствовал, как в его жилах с новой силой закипела кровь. Позволь мне согреть тебя! — едва не вырвалось у него. Чтобы не смущать больше Скарлетт, он все же поднялся и вышел. Пока его не было, девушка повесила свою одежду над камином и укуталась в теплое толстое одеяло. Теперь оно было ее единственным одеянием и позволяло хоть в какой-то мере сохранить приличие.
Вновь вошел Габриэль. Скарлетт было спокойнее при мысли, что хоть кто-то был рядом с ней в этом доме, когда за окном бушевала гроза. Но она все же волновалась. Нельзя было сказать, что она боялась — она доверяла Габриэлю. Скорее это было приятное волнение. Девушка еще никогда не оставалась наедине с ним, а тем более на всю ночь, вдали от всех. Что произойдет этой ночью? Скарлетт на минуту задумалась. Внезапно она тряхнула головой. Что за мысли? Она — леди, а леди не положено думать о таких вещах, тем более до свадьбы и… Девушка посмотрела на разбойника. И по отношению к черноволосому красавцу, которого я так хочу поцеловать, подумала она.
Словно почувствовав ее взгляд, Габриэль обернулся. Он сидел возле камина спиной к Скарлетт и нарезал вяленое мясо, которое достал из погреба. Когда их глаза встретились, девушка покраснела и опустила взгляд. Красавчик улыбнулся. Неужели она думала о том же, о чем и он? Закончив нарезать мясо, Габриэль подал Скарлетт еду в тарелке.
— Поешьте. Вы наверняка проголодались.
Девушка взяла тарелку в руки.
— А как же вы? — спросила Скарлетт.
Она откинула с лица влажные волосы и улыбнулась.
Габриэль тоже улыбнулся и решил немного поухаживать за Скарлетт, пользуясь ее хорошим настроением. Пододвинувшись к ней поближе, он лукаво взглянул на девушку.
— Знаете, Скарлетт, у меня так болит плечо.
Она сразу же разгадала его замысел и ответила, желая подыграть:
— Неужели? Но минуту назад вы не страдали от боли, когда резали мясо.
— Ах, эта боль — она так внезапна.
У Габриэля заблестели глаза. Он сейчас говорил о совсем другой боли, не связанной с раненой рукой, а с…
— И что же вы предлагаете? — спросила девушка, вновь улыбаясь.
Красавчик молчал. Она сама все поняла. Взяв в руку кусочек мяса, Скарлетт поднесла его ко рту мужчины. Габриэль взял еду с ее рук, словно верный преданный пес. Когда его губы коснулись ее пальцев, девушка задрожала. Забрав мясо, мужчина облизнул ее пальчики. Так они поужинали. Когда в тарелке не осталось ничего, разбойник забрал посуду и поставил ее на стол. Затем вернулся с кувшином воды. Скарлетт напилась и умылась, затем села ближе к камину, чтоб согреться. Ей внезапно стало так холодно — до дрожи. Девушка вспомнила, как ушла под воду, проваливаясь в холодный мрак.
Заметив ее нахмуренные брови, Габриэль тоже нахмурился.
— Что-то не так? — взволновано спросил он. — Как вы себя чувствуете?
— Ничего, все в порядке. Просто я вспомнила сегодняшние события, и мне стало страшно. Я ведь была так близка к смерти. Спасибо вам, Габриэль! — она вдруг повернулась и прильнула к нему. Разбойник растеряно обнял девушку.
— Скарлетт, — прошептал он, пряча лицо в ее густых волосах. Плечи девушки вздрогнули — она заплакала.
— Не надо, — попросил Габриэль, гладя ее по спине. — Я не выношу, когда ты плачешь.
Как же ему хотелось сейчас сбросить с плеч Скарлетт одеяло, разделявшее их. Она все сильнее прижималась к разбойнику, и он вот-вот мог потерять контроль над собой. Девушка словно не замечала, что обнимает полураздетого мужчину, настолько ее затопили эмоции. Пережитый страх и невысказанные чувства управляли ее разумом. Скарлетт хотела, чтобы он оберегал ее, обнимал ее, целовал, был с ней в эту ночь…
Словно во сне она почувствовала, как внутри нее будто разжигается пламя. Скарлетт отклонилась от своего спасителя, чтобы заглянуть в его глаза.
Глаза Габриэля из карих превратились в почти черные. Пламя костра отражалось в них, и казалось, что они горят огнем. Его взгляд завораживал, пленил ее. Девушка обняла разбойника за шею, притянув его к себе еще ближе, еще… Он наклонился и поцеловал ее: нежно, горячо, страстно. Они словно утонули друг в друге: не существовало ни времени, ни пространства. Не слишком настойчиво он начал опускать ее на пол, все еще целуя, обнимая руками за талию. Габриэль не отрывался от ее губ. Он не пытался остановиться: желание отняло у него способность трезво мыслить.
Скарлетт же и не хотела останавливаться. Ей было так хорошо в его объятиях, что она не думала о продолжении. В ее теле взрывались маленькие вулканы счастья. Это было ее первое желание к мужчине! Она не могла спутать его с чем-то другим.
Скарлетт хотела его — Габриэля…
Но разбойник внезапно отстранился. Девушка не успела опомниться. Она все еще дрожала от желания, и с ее губ сорвался сладкий стон его имени. Габриэль! Это слово, сказанное шепотом, прозвучало громче, чем крик. Красавчик посмотрел на лицо Скарлетт. Оно раскраснелось от жаркого напора, а губы стали ярко-алыми от его поцелуев. Отпустив девушку, Габриэль быстро вскочил на ноги.