Разгадай меня
Шрифт:
Касл стоит прямо передо мной и ждет, когда же я наконец подниму на него взгляд.
— Не нужно извиняться, — говорит он.
Его пронзительные ясные карие глаза и дружелюбная улыбка легко заставляют забыть о том, что он является лидером «Омеги пойнт». Главой этого грандиозного подпольного движения, посвященного борьбе с Оздоровлением. Голос его слишком уж мягкий и добрый, и от этого мне становится еще хуже.
— И все же, — продолжает он, — вам придется научиться обуздывать свою энергию, мисс Феррарс.
Пауза.
Шаг вперед.
Он кладет ладонь на небольшую стенку из кирпичей, которые я должна была уничтожить. Похоже, он только делает вид, что не замечает ни красных ободков вокруг моих глаз, ни металлических труб, которые я раскидала по комнате. Он предпочитает не смотреть на кровавые следы, оставленные на деревянных планках, которые я тоже отложила в сторону. Его вопросы не касаются того, почему я так крепко сжимаю кулаки и не повредила ли я себя в очередной раз за время тренировки. Он чуть склоняет голову в мою сторону, но смотрит в какую-то точку, находящуюся за моей спиной, и мягко при этом произносит:
— Я знаю, что вам это весьма трудно. Но вы должны этому научиться. Вам придется это сделать. И от этого будет зависеть ваша дальнейшая жизнь.
Я нервно сглатываю, и этот звук получается слишком громким, словно падает в бездонную пропасть между нами. Я киваю и прислоняюсь спиной к стене. Мне приятны и эта прохлада, и боль от камня, впивающегося мне прямо в позвоночник. Я подтягиваю колени к груди и чувствую, как мои ступни вжимаются в защитное покрытие из матов на полу. Я почти готова расплакаться и теперь только боюсь, что могу внезапно пронзительно завизжать. Но в итоге я спокойно говорю ему:
— Я просто не знаю, как это делать. Я понятия не имею, как это можно сделать. Мне даже не совсем понятно, что именно я должна делать.
Потом я устремляю взгляд в потолок и моргаю-моргаю-моргаю… Мои глаза влажные и блестят от слез.
— Я не знаю, как нужно сделать, чтобы все вышло так, как вы хотите.
— Значит, вам надо об этом хорошенько подумать, — отвечает он, ничуть не напуганный такой моей реакцией. — Он поднимает одну из металлических труб, валяющихся на полу, и взвешивает ее в руке. — Вам придется нащупать связь между всем тем, что произошло. Когда вы пробили бетонную стену в камере для пыток у Уорнера… Или когда вы преодолели стальную дверь, чтобы спасти мистера Кента… Что тогда происходило? Почему в обоих этих случаях вы сумели отреагировать на обстоятельства столь необычным способом? — Он садится в паре метров от меня и подталкивает ко мне трубу. — Очень важно, чтобы вы проанализировали свои способности, мисс Феррарс. Вам придется сосредоточиться.
Сосредоточиться.
Всего одно слово, но его достаточно, и мне становится дурно. Похоже, все хотят от меня одного — чтобы я сосредоточилась. Сначала этого добивался Уорнер, а вот теперь Касл.
Но мне никогда не удавалось доводить это до конца.
Глубокий и печальный вздох Касла возвращает меня к действительности. Он поднимается со своего места и разглаживает свой, по-моему, единственный темно-синий блейзер. Я мельком смотрю на вышитый у него на спине серебристый символ «Омега». Он рассеянно трогает кончик своего «хвоста» — Касл всегда стягивает свои дреды в узел на затылке.
— Вы сопротивляетесь самой себе, — говорит он, хотя и достаточно мягко. — Может быть, вам стоит поработать с партнером ради разнообразия? Может быть, напарник поможет вам разобраться в себе лучше и тогда вы поймете связь между теми двумя происшествиями?
Я удивлена и чувствую, как напряглись мои плечи.
— Мне помнится, вы говорили, чтобы я работала одна.
Он прищуривается, словно не замечает меня, чешет у себя за ухом, потом сует руку в карман.
— В общем-то, мне не хотелось, чтобы вы работали одна, — заявляет он. — Просто никто не вызвался добровольцем стать вашим помощником.
Внутри меня будто падает камень, потом еще один, потом снова и снова… Несколько камешков застревают в горле. Не знаю почему, но я начинаю задыхаться. Что же меня так удивило? Не стоит удивляться. Не каждый человек — Адам.
И не все остаются в целости и сохранности рядом со мной, как это происходит с ним. Только Адам сумел дотронуться до меня и получить от этого удовольствие.
И об этом мне никто ничего не рассказывает.
Но Касл продолжает смотреть на меня глазами, полными надежды. Этот взгляд уверяет меня в том, что он еще ничего не подозревает. Он не знает, но от его нового предложения мне становится гораздо хуже. Хуже, потому что, хотя я и знаю всю правду, мне больно слышать ее. Больно еще и потому, что я помню одно: несмотря на то что я могу существовать в теплом невидимом пузыре вместе с Адамом, весь остальной мир до сих пор считает меня угрозой. Чудовищем. Мерзостью.
— Что же изменилось? — интересуюсь я. — Кто же вызвался помочь мне с тренировками теперь? — Небольшая пауза, и потом: — Вы сами?
Касл улыбается.
От его улыбки жар унижения быстро распространяется по моей шее и пронзает мою гордость так, что я только усилием воли заставляю себя усидеть на месте, чтобы не броситься к двери и не вылететь отсюда пулей.
— У меня, к сожалению, нет на это времени, — заявляет Касл. — Но теперь наконец-то освободился Кенджи. Мы смогли перестроить его личный график, и он сказал, что будет очень рад поработать с вами. — Секунда колебаний и потом: — Ну конечно, если только вы сами не против.
Кенджи.
Теперь мне хочется громко рассмеяться. Конечно, только Кенджи смог бы согласиться рискнуть и поработать со мной. Один раз я причинила ему боль. Это произошло случайно. Но мы с ним не проводили вместе много времени с тех пор, как он сам привез нас в «Омегу пойнт». Было похоже на то, что он просто выполняет какое-то задание, некую миссию. И, как только она была завершена, он снова занялся своими делами. Очевидно, Кенджи здесь заметная фигура. У него миллион разных дел. Он постоянно что-то улаживает, словом, наводит здесь порядок. Похоже, людям он нравится и даже пользуется их уважением.